145 лет назад родился первый русский морской летчик Григорий Пиотровский

Биография этого человека, несмотря на всего 54 прожитых года, исключительно богата событиями. Рос в родовитой дворянской семье, отметившейся по архитектурной линии. Отец, Виктор Пиотровский, окончил в Петербурге институт гражданских инженеров и был причастен к сооружению приметных общественных и культовых зданий на пространстве Российской империи. Мать Лидия была дочерью витебского архитектора Христиана Плющика-Плющевского. Григорий рос в семейном имении Михалово в Витебской губернии и в Новороссийске, где работал отец.

Будущий авиатор учился в гимназиях в Петербурге, Витебске и Тифлисе, высшее юридическое образование получил в Императорском Варшавском университете. В 1903 году пошел служить на военный флот, в 18-й флотский экипаж, ходил на учебном паруснике к берегам Бразилии. Принесший ему громкую известность 1910 год флотский лейтенант Пиотровский начинал на крейсере "Алмаз", не помышляя ни о каких полетах. И тогда в его жизнь ворвались две подряд счастливые случайности. Первая из них состоялась в апреле: один из семи русских военных, командированных во Францию учиться летать у знаменитого Луи Блерио, получил серьезную травму, и на замену ему решили отправить Григория.

Искусство управлять тогдашними аэропланами было нехитрым, но крайне рискованным. На публичной лекции в Витебске Пиотровский вспоминал, как это было: "Мотор был пущен в ход, пропеллер завертелся и, отталкиваясь лопастями от воздуха, понес меня с громадной скоростью по полю. Несмотря, однако, на все мои усилия, линия выходила кривая, меня все время уклоняло с прямого пути налево". Получив небольшое повреждение, лейтенант хотел было отказаться от летной карьеры, но в итоге себя преодолел, 29 августа 1910 года выдержал экзамен на пилота и получил диплом летчика.

Из Франции Григорий Викторович возвращался с аэропланом "Блерио" новейшей конструкции. Хотел было перелететь на нем в Петербург, что стало бы уникальным мировым рекордом, но французы уговорили везти самолет в разобранном виде. Не прошло и месяца с момента получения авиаторского диплома, как Пиотровский действительно установил мировой рекорд. Этому способствовала вторая счастливая случайность, имевшая место 22 сентября 1910 года во время Всероссийского праздника воздухоплавания в Петербурге. Праздник проходил при громадном стечении публики, в газетах писали о 175 тысячах зрителей. Все было, как в известной песне Александра Городницкого:

• Взволнованы и озабочены,
• Толпятся купцы и рабочие.
• И каждый без памяти рад
• Увидеть, как в небе над
• городом,
• В пространстве, наполненном
• холодом,
• Под звуки нестройного хора
• дам
• Нелепый парит аппарат.
• Он так неуклюж
• и беспомощен!
• Как парусник, ветром
• влеком еще,
• Опору в пространстве
• винтом ища,
• Несется он над головой.

В полетах на празднике участвовал и знаменитый Сергей Уточкин, Пиотровского же никто еще не знал. Поднявшись около шести вечера 22 сентября в небо на своем "Блерио" с пассажиром - студентом Масаиновым, он не собирался лететь ни в какой Кронштадт. Но над Финским заливом внезапно испортилась погода, и в какой-то момент летчику стало понятно, что обратно в Петербург он вернуться уже не сможет. Спасение состояло в полете до Кронштадта. При подлете закончилось топливо, приземлялись на плацу кронштадского флотского полуэкипажа "на честном слове и на одном крыле": была помята правая консоль крыла и поврежден пропеллер.

Авиатор и его пассажир не пострадали, полет на расстояние 27 километров занял полчаса. На Пиотровского тут же свалилась всероссийская слава. Восторгавшиеся подвигом земляка "Витебские губернские ведомости" писали: "Отважный офицер совершил перелет, едва ли не являющийся мировым рекордом. Расстояние между Петербургом и Кронштадтом больше, чем ширина Ла-Манша между Кале и Дувром, где совершались до сих пор самые знаменитые перелеты через море. Пиотровский совершил свой блистательный перелет вечером, когда уже спустилась темнота, и имел пассажира. Никто ему не указывал пути, никакой пароход его не провожал, и никто даже не знал, куда неожиданно скрылся смелый летун. Это событие и подвиг не только в русской, но и во всемирной авиации".

Минута славы затянулась для Григория Викторовича на несколько месяцев. Он стал первым русским морским авиатором, газетчики же окрестили его "первым летчиком дальнего действия". В Кронштадте при большом стечении народа его носили на руках, после чего образованный летчик прочел собравшимся лекцию об авиации. В Петербурге выпустили почтовые карточки с его портретом, Луи Блерио прислал ему поздравления. Правда, обратный полет в Петербург едва не стал для Пиотровского последним. Сразу же после взлета аэроплан "Блерио" был атакован резким порывом ветра и упал на землю.

А в конце октября 1910 года героя-летуна встречала огромная толпа на вокзале в Витебске. Пиотровский приехал немного отдохнуть и подлечиться в родительском имении. В Витебске в присутствии счастливых отца и матери Григорий Викторович выступил с публичной лекцией, которая затем была издана в виде брошюры "О летании".

Во время Первой мировой Пиотровский участвовал в экспедиции через Черное море и Дунай в союзную России Сербию с грузом оружия, а с 1915 г. находился в Великобритании и США по делам морской авиации. Революции 1917 года застали заслуженного авиатора в составе российского посольства в США. Служить советской власти Пиотровский не стал, в 1919-м отправился в Польшу, где большой карьеры не сделал и скончался в 1935 году на 55-м году жизни.