Дружба дружбой, а ДМЗ - врозь: Южная Корея спорит с военными США из-за доступа к демилитаризованной зоне

В Южной Корее разгорелся острый спор между правительством и правящей партией, с одной стороны, и Командованием ООН во главе с американскими военными - с другой, вокруг законопроекта о доступе к демилитаризованной зоне (ДМЗ), являющейся де-факто границей между Республикой Корея и КНДР. Военные США заявили, что инициатива Сеула напрямую противоречит Соглашению о перемирии 1953 года, тогда как южнокорейские власти настаивают на праве самостоятельно решать вопросы доступа на собственную территорию.

Поводом стал законопроект Демократической партии "Тобуро" "О поддержке мирного использования ДМЗ", который предусматривает передачу части полномочий по разрешению невоенного доступа в демилитаризованную зону министру объединения Республики Корея. В настоящее время такие полномочия в южной части ДМЗ полностью находятся в руках командующего силами Командования ООН - американского генерала, который совмещает также пост Командующего военным контингентом США в Республике Корея.

Командование ООН 28 января заявило, что принятие этого закона будет "прямым нарушением соглашения о перемирии", завершившего Корейскую войну. Представитель командования подчеркнул, что в случае вступления закона в силу это будет равносильно заявлению правительства Южной Кореи о том, что оно больше не считает себя связанным условиями перемирия. По его словам, именно Командование ООН несет ответственность за контроль доступа в ДМЗ и за последствия возможных инцидентов в зоне разделения.

Инициатива южнокорейской стороны во многом связана с конкретными конфликтными эпизодами последних лет. Министр объединения Чон Дон Ён напомнил, что недавно представитель администрации президента Республики Корея Ким Хён Чжон не получил разрешения на посещение раскопок в районе Пэкмагоджи в ДМЗ. "Это недопустимо для суверенного государства", - заявил министр, призвав ускорить принятие закона.

Отметим, что схожие по сути инциденты случались и ранее, что вызвало спекуляции о возможных попытках американцев мешать сближению Юга и Севера Кореи. Так, в период правления президента РК Мун Чжэ Ина (2017-2022 гг.), который быстро стал сближаться с Северной Кореей, Командование ООН несколько раз задерживало выдачу разрешений южнокорейским чиновникам или специалистам для поездок в ДМЗ. Тогда Сеул и Вашингтон временами серьезно расходились по поводу того, как стоит вести себя с Пхеньяном, что и спровоцировало слухи о попытках США ставить палки в колеса межкорейским контактам.

Военные США отвергают обвинения в политической мотивации таких решений и указывают на соображения безопасности. Представитель Командования ООН напомнил, что в период, когда Ким Хён Чжон подал заявку на посещение ДМЗ, южнокорейский военнослужащий получил ранение в результате взрыва неразорвавшегося боеприпаса. По данным командования, в районе Пэкмагоджи ежедневно обнаруживаются мины, гранаты и другие взрывоопасные предметы. В ноябре прошлого года сержант южнокорейской армии сломал лодыжку при подрыве боеприпаса во время работ по разминированию в Пхаджу. В итоге Ким Хён Чжон смог посетить ДМЗ позже - после получения отдельного разрешения Командования ООН.

Американская сторона подчеркивает, что в случае возобновления вооруженного инцидента в ДМЗ ответственность за провал режима безопасности ляжет не на президента Южной Кореи, а на командующего силами ООН. Именно поэтому, по их словам, контроль доступа в зону разделения не может быть ослаблен.

Правительство Республики Корея и правящая Демократическая партия "Тобуро", в свою очередь, оспаривают доводы американцев, считая, что никаких нарушений нет. Министр объединения РК Чон Дон Ён заявил, что законопроект предусматривает предварительные консультации с Командованием ООН и потому не вступает в противоречие с соглашением 1953 года. По его словам, вопрос заключается не в игнорировании международных обязательств, а в "гармоничном согласовании территориального суверенитета Южной Кореи и полномочий Командования ООН".

Аналогичную позицию заняло и министерство объединения, отметив, что без согласования с Командованием ООН фактический доступ в ДМЗ все равно невозможен, а сам закон лишь фиксирует роль южнокорейского правительства в процессе принятия решений.

Примечательно, что в самом южнокорейском правительстве не наблюдается единства. Ряд ведомств РК, которые считают традиционно проамерикански ориентированными, явно не хотят вступать в конфронтацию с Вашингтоном. Так, министерство обороны Республики Корея подчеркнуло необходимость уважения полномочий Командования ООН, вытекающих из соглашения о перемирии, и тесной координации с американской стороной.

Министерство иностранных дел РК заняло уклончивую позицию. Глава внешнеполитического ведомства Чо Хён заявил, что позиция Командования ООН - это "их точка зрения", и сейчас Сеул ищет "творческие решения", которые позволили бы согласовать подходы сторон без подрыва системы безопасности.

Стоит отметить, что спор этот достаточно давний. С приходом в Южной Корее к власти прогрессистов, коим и считается Ли Чжэ Мён и Демократическая партия "Тобуро", в Корее подобные настроения в пользу большей самостоятельности по части доступа к ДМЗ усилились. Если же у власти находятся консерваторы, которые ориентируются во всем на США, то обычно Сеул прекращал споры и следовал линии Вашингтона. В нынешней дискуссии также большую роль играет и личность министра объединения РК Чон Дон Ёна, который является сторонником развития межкорейского сотрудничества, а также самостоятельности Сеула в вопросах, касающихся связей с КНДР. Чон является авторитетным, опытным политиком с широкими связями в Демократической партии "Тобуро", возглавлял министерство объединения 20 лет назад при президенте Но Му Хёне и не боится открыто спорить с позицией министерства обороны и МИД, которые в обычной ситуации обладают куда более значимым влиянием, чем достаточно скромное по количеству персонала и бюджету минобъединения.

Если же попытаться спрогнозировать, чем закончится нынешний спор, то многое будет зависеть от позиции президента РК Ли Чжэ Мёна. С юридической точки зрения у Командования ООН есть основания иметь исключительные права на предоставления доступа к ДМЗ - именно так зафиксировано в договоренностях 1953 г., которые определили порядок прекращения Корейской войны и систему поддержания перемирия. Южная Корея в 1953 году отказалась подписывать Соглашение о перемирии, требуя продолжения войны с КНДР "до победного конца". Чон Дон Ён и депутаты правящей партии РК могут апеллировать к новым реалиям ситуации на Корейском полуострове, которая сильно поменялась за 70 с лишним лет, и к принципу национального суверенитета, однако даже закон РК не сможет поменять международные договоренности, определяющие особый режим и статус ДМЗ и которые Сеул соблюдал до сих пор.

Можно предположить, что в случае обострения ситуации скорее всего военные США сделают какие-то символические жесты, уступки, согласившись на незначительную корректировку порядка доступа и согласившись на порядок "предварительных консультаций при запросе на доступ", но вряд ли отдадут право южнокорейцам самостоятельно решать этот вопрос. Другим возможным вариантом может быть закулисное вмешательство лично президента РК Ли Чжэ Мёна. Несмотря на статус прогрессиста, он придерживается очень прагматичных подходов и не пойдет на открытый спор с США. Скорее всего он, используя свои хорошие личные отношения с Чон Дон Ёном, попросит его умерить риторику и переключиться на свои прямые обязанности - развитие отношений с КНДР. Отставку министра Чона тоже нельзя исключать, но это скорее будет крайним вариантом развития ситуации, сейчас никто не хочет доводить все до "выноса сора из избы".