Фермопилы в Донбассе: как три солдата на узком участке оборону держали

Часовой лежал на снегу лицом вверх. Из разорванной штанины в области голени хлестала кровь. Это была его вторая контузия и второе ранение в данной заварушке. В некоторой прострации он наблюдал, как вражеский коптер, только что сбросивший снаряд, сделал крутой вираж и ушел из виду, а ему на смену спешила, громыхая, "Баба-яга". Часовой тогда не знал, что в его ногу вошел мелкий осколок и большая опасность исходила не от крохотного куска металла, а от разорванного кровеносного сосуда: кровопотеря грозила самыми печальными последствиями. Подоспевший Брат стянул раненого друга в блиндаж, а Коршун завалил вход мешками с песком. Затем боевые товарищи плотно перевязали бойцу ногу: жить будет.

Часовой - из города Чусовой Пермского края, Брат - из Перми, Коршун - из Москвы. Как они оказались на этом клочке леса - на возвышенности среди окружающих полей? Пошли в атаку, выполняя приказ командира. Воспользовались опустившимся густым туманом, из-за чего не были видны дронам. С самого начала их было десять. А на позиции врага против них - не менее тридцати солдат ВСУ. Когда наши штурмовики прошли две трети пути, вэсэушники, заметившие движение в их сторону, обрушили на них шквальный огонь. И туго бы пришлось нападавшим, если бы не одно обстоятельство…

В какой-то момент высоко в небе что-то громко шарахнуло так, что осветило все окрестности багровым цветом до самого горизонта. Звук был похож на взрыв самолета или шаровой молнии, без всяких визуальных последствий в виде падающих на землю обломков. Парни до сих пор гадают, что это было.

"Трындец!" - подумали вэсэушники, решив, что против них развернута войсковая операция с применением авиации. Парням рассказал об этом потом взятый ими в плен солдат. Украинские "захистники", в панике побросавшие оружие и боеприпасы, скатывались с пригорка в глубокие сугробы и смешно бежали по заснеженному полю, высоко поднимая колени, словно плясали боевой гопак. Наши бойцы, дав несколько автоматных очередей им вслед, только посмеялись.

На позиции группа разделилась надвое - семеро пошли дальше, а трое - Часовой, Брат и Коршун - остались на месте, чтобы закрепиться на данной территории. Попрощались, пожелали успеха. Больше они друг друга не видели.

Взятая ими территория представляла собой лесополосу на небольшом холме длиной с километр и шириной метров двести, с сетью хорошо укрепленных блиндажей, которых парни насчитали аж двадцать штук. Бойцы были уверены, что следом на ними на высоту взойдет их основной штурмовой отряд, но погода внесла коррективы. Туман рассеялся, и в небе появились вражеские дроны.

В обычной жизни Часовой - немногословен, но в минуту опаснсти в нем просыпается неподражаемой чувство юмора. Он вдруг вспомнил эпизод фильма "300 спартанцев", в котором царь Леонид предупреждает воинов: "Что бы сейчас оттуда ни появилось - не ужасайтесь", и повторил его слова. Брат и Коршун дружно повернули головы в сторону, куда указал товарищ, и стали напряженно всматриваться в темноту.

В блокбастере, о котором вспомнил Часовой, спартанцев по очереди пытались сокрушить разные твари: "бессмертные", носороги и слоны, циклопы, рои стрел и даже маги с огненными шарами. Сейчас война стала куда более технологичной, и все эти экранные страсти померкнут перед испытаниями, которые еще предстоят нашим героям.

"Что бы ни появилось…" Вскоре оно появилось. Сначала вдалеке что-то ухнуло, и где-то на горизонте возникла маленькая огненная точка. Она стала приближаться, становясь мохнатой и увеличиваясь в размере. "Гранатомет", - только и успел подумать Часовой, ныряя следом за парнями в проем подземелья. Сзади что-то сверкнуло, тугой и нестерпимо жаркой волной ударило по барабанным перепонкам, обожгло сомкнутые веки. Часовой несколько минут лежал на полу блиндажа оглушенный, в звенящей тишине, пока не пришел в себя.

Следующим испытанием стал минометный обстрел. Вот где парни мысленно поблагодарили вэсэушников, которые так глубоко выкопали и так качественно укрепили эти блиндажи. Услышав характерный звук и помня инструкции, все трое легли на пол и вжались в землю. Оказалось - вовремя. Мина опустилась прямиком на крышу блиндажа - да так, что только щепки полетели, а подвал тряхануло, словно от мощного землетрясения. Выждав, когда минометчик выпустит серию зарядов, бойцы выскочили из объятого пламенем подземного жилища и сменили позицию.

Не снимая противогазы, парни вышли наружу и увидели апокалиптическую картину: весь лес вокруг из белого заснеженного превратился в красный

В то утро Часовой и Брат проснулись от странного горьковатого запаха, першило в горле. В блиндаж ввалился дозорный - Коршун, напуская внутрь стужу, сам красный как рак, еле выдавил из себя: "Гады! Пустили газы".

Противогаз на этот случай всегда под рукой, и вот он уже на голове Часового. Другие тоже не стали мешкать.

Один из героев - штурмовик с позывным Часовой (на фото) - уже готовится к выходу на очередное боевое задание. Фото: Андрей Полынский/"РГ"

Подождав часок, парни вышли наружу, не снимая противогазы, и увидели апокалиптическую картину: весь лес вокруг из белого заснеженного превратился в красный. Коршун после этого неделю харкал кровью, а кожа потом жутко чесалась еще месяц. Он объяснил, что сначала принял этот странный дым за густой туман, но когда увидел на себе красный налет и почувствовал едкий запах, понял, что это химоружие.

Видимо, решив, что всех перетравили, вэсэушники, словно зомби из фильмов ужасов, пошли цепью с автоматами наперевес в направлении высоты прямо через поле. И снова Часовой мысленно возблагодарил бывших обитателей этих скорбных чертогов, оставивших здесь крупнокалиберный пулемет с боезапасом. Постоянно меняя позиции, чтобы не прилетело из миномета, Часовой выкашивал очередями одну за другой эти цепочки из "ходячих мертвецов". Напарники из автоматов ему помогали. Колонны нападавших сменялись одна за другой. Но на этом узком участке, да еще при подходе к возвышенности, численное превосходство теряло всякий смысл. То, что враги были под воздействием наркотиков, сомнения не вызывало.

И тогда взбешенные неудачами вэсэушники подогнали "Град". Система залпового огня, оставшаяся у ВСУ с советских времен, поднатужилась и с диким ревом и огневыми вспышками начала выплевывать из себя снаряды, которые били хотя и неприцельно, по площадям, но ломали как спички и поджигали толстые стволы деревьев, превращая лес в одно большое пожарище

Однако наши герои зря времени не теряли. К этому моменту они прорыли целую систему подземных ходов, объединяющих между собой блиндажи. Так, что им уже не было необходимости подниматься наверх. И если какой-нибудь из подвалов оказывался разрушен или объят пламенем, бойцы переходили в соседний, надев противогазы.

В общей сложности оборону высоты Часовой, Брат и Коршун держали полтора месяца.

Когда подмога в виде передового штурмового отряда под покровом густого тумана добралась-таки до осажденной троицы, штурмовиков поразил их внешний вид. Парни были похожи на скелеты, обтянутые кожей. Часовой был перебинтован с ног до головы как мумия. Но глаза всех троих горели яростью и решимостью идти до конца. К тому времени были разрушены и сожжены 19 из 20 блиндажей, они прятались в последнем. Все трое принялись дружно отказываться от эвакуации, выражая готовность продолжать наступление вместе со штурмовиками. Уложенный на носилки Часовой, не согласный с таким раскладом, вскакивал и хватал свой автомат, порываясь "крошить" неприятеля.

- Чем вы питались полтора месяца? - спрашиваю я.

- Сначала теми запасами, что оставались от ВСУ. Потом тем, что сбрасывали наши операторы с БПЛА. Однако погода не всегда была летная, да и многое разбивалось о землю, особенно пластиковые бутылки с водой. В среднем на день у нас выходило на одного человека пол-литра воды и пара сникерсов. Но бывало и так, что по три-четыре дня вообще без еды обходились.

После эвакуации Часовой отлежал в госпитале и вернулся на передовую. Еще неделю тренировок на полигоне - и снова на боевое задание. Брат долечивается. Коршун после короткой передышки ушел на боевое задание и, к сожалению, вскоре погиб в одном из боев.

Часовой сидит передо мной, говорит негромко и скупо. С виду простой парень, самой мирной внешности - на улице пройдешь и не обратишь внимания. Не крутой спецназовец, не лихой десантник, не безбашенный морпех - обычный доброволец. Но вместе с двумя товарищами не только потомкам древних укров, но и древним грекам - настоящим эпическим героям - нос утер. Тех ведь было триста…