Реальный рост экономики Кыргызстана опередил прогнозный в два раза

В следующие пять лет Кыргызстан осуществит переход от сервисной модели (экономики услуг) к индустриально-аграрной. Трансформацию обеспечит увеличение доли производства до 28-30 процентов в структуре ВВП. Об этом заявил на республиканском совещании, посвященном итогам 2021-2025 годов, глава правительства КР Адылбек Касымалиев.

Новый для Кыргызстана тип экономики, как отмечают официальные источники, будет выстраиваться на заранее подготовленном и прочном фундаменте. Почву для трансформации в КР, по мнению представителей правительства, сумели создать благодаря проведению масштабных реформ.

- Согласно Национальной программе развития Кыргызской Республики до 2026 года, наш среднегодовой экономический рост предусматривался на уровне пяти процентов, - напомнил председатель правительства КР Адылбек Касымалиев. - Но нам удалось превзойти долгосрочные прогнозы. Реальность показала особую динамику: за последние четыре года Кыргызстан обеспечивает среднегодовой темп роста на уровне 10 процентов. По итогам 2025 года мы достигли исторического рубежа: объем ВВП подошел к отметке в 1,1 триллиона сомов, увеличившись на 11,1 процента.

Как удалось достичь таких результатов? В правительстве Кыргызстана указывают на несколько факторов. Во-первых, в республике качественно улучшили систему администрирования различных сборов в бюджет. Поступления от налоговой службы благодаря этому по сравнению с 2020 годом выросли почти в четыре раза и достигли 304,3 миллиарда сомов. Объем таможенных сборов, в свою очередь, увеличился в шесть раз. Все это - следствие ужесточения служебной дисциплины и внедрения цифровых платформ, сократившего коррупционные риски.

Вторым фактором успеха в правительстве КР называют применение новых финансовых инструментов и изменение инвестиционной политики. Частные компании, включая иностранные, охотно вкладывают в Кыргызстан, благодаря запуску в республике своих цифровых валют. Причем одна из них обеспечена золотом. Кроме того, кыргызская сторона разместила еврооблигации на 700 миллионов долларов, которые направлены на стратегические проекты развития.

Третий по счету, но не по значимости фактор - реформа государственного аппарата. Госструктуры проходят дебюрократизацию, отказываясь от излишних требований к бизнесу и бумажного документооборота. Сроки оказания государственных услуг в итоге сократились до нескольких часов, хотя ранее решения по тому или иному вопросу иной раз приходилось ждать днями и даже неделями. Одновременно с этим правительство внедряло другие инструменты поддержки бизнеса: открывались линии льготного кредитования, а крупные проекты получали государственные гарантии и преференции.

Политическое руководство страны, вместе с тем, связывает экономический рост в республике не только с административными и иными подобными им реформами, но и, прежде всего, с масштабной борьбой с коррупцией. В администрации президента Кыргызстана подчеркивают, что в течение нескольких последних лет властям удалось навести порядок в сферах, где ранее господствовали так называемые теневые схемы. Высокий уровень коррупции в госструктурах и политизированность чиновников не позволяли реализовать крупные инвестиционные и инфраструктурные проекты, что замедляло развитие экономики и ослабляло госинституты.

В рамках антикоррупционных мероприятий в собственность государства в последние несколько лет вернули тысячи объектов недвижимости. Часть их передана на баланс муниципальных структур. Органам местного самоуправления тем временем возвращено более 3,3 тысячи гектаров сельскохозяйственных земель, незаконно отчужденных в пользу коррупционеров или связанных с ними лиц.

Прямая речь

Садыр Жапаров, президент КР

Твердо убежден, что 2021-2025 годы войдут в новейшую историю Кыргызстана не просто как период восстановления, но и как эпоха качественного экономического развития страны. За эти пять лет нам удалось заложить прочную основу устойчивого роста. Если в первые годы мы сосредоточили основные усилия на восстановлении системы государственного управления, то последующие годы посвятили глубокой трансформации экономической модели, определив ее в качестве стратегического приоритета.