Академик Сергей Петриков: В России проведены первые операции по пересадке рук

Известнейший нейрореаниматолог академик Сергей Петриков руководит старейшим уникальным российским медицинским учреждением - всемирно известным Склифом. Гордимся, что он друг, автор нашей газеты. Но к нынешней встрече, к нынешней беседе особый повод. Может, кто-то и возразит, скажет, устаревший, потому что впервые то, о чем мы будем говорить, произошло год назад. И всего два таких пациента. Меня сразу поправляет Петриков: "Пока два". Именно пока. Потому что в НИИ скорой помощи имени Склифосовского уже есть план спасения тех, кто по разным причинам потерял руки.

Да, в наше время пересадка органов, тканей - не сенсации. Пересаживают сердце, легкие, почки, печень, поджелудочную железу, тонкий кишечник. И не только в Москве. Но руки… И Москва, Склиф - это не случайно. Когда-то именно Склиф дал пристанище великому основоположнику трансплантологии Владимиру Демихову, который начинал с пересадки органов, в том числе голов собакам. Одну такую собаку видела, когда впервые говорила с Владимиром Петровичем. Был на той встрече фотокорреспондент, запечатлел ту собаку. Заметку удалось опубликовать, снимок - нет. Может, ошибаюсь, но мне кажется, что именно та фотография теперь в учебных пособиях и рассказах о великом Демихове. А тогда Демихов был из гонимых. Приютил его именно Склиф. И когда директором Склифа стал Анзор Шалвович Хубутия, он за свои деньги заказал мемориальную доску, посвященную великому соотечественнику. В последние годы Склиф очень изменился, но доска на месте.

Затянулось предисловие? Оно к тому, что практически закономерно: опять все начинает Склиф. Началась пересадка рук. И слово, Сергей Сергеевич, вам.

Сергей Петриков: Действительно, операции по пересадке донорских рук в России были начаты в Институте Склифосовского. Но очень важно сказать, что инициатор этого процесса главный внештатный пластический хирург Москвы и Минздрава России, член-корреспондент РАН Наталья Евгеньевна Мантурова. Она пришла с этой идеей в Склиф еще в 2024 году. Мы начали обсуждать возможности проведения таких операций: что для этого нужно, как должно быть все подготовлено, другие технические аспекты. После этого Наталья Евгеньевна была у заместителя мэра Москвы по вопросам социального развития Анастасии Владимировны Раковой. В результате нам был дан старт и зеленый свет.

Очень важна поддержка правительства Москвы.

Сергей Петриков: Без такой поддержки ничего бы не состоялось. После той встречи к нам поступила информация, что мы можем заниматься этой проблемой. Более того: и должны ею заниматься.

У Склифа для этого достойная материальная база?

Сергей Петриков: У нас есть очень важный компонент: это целый набор отделений трансплантации органов. Это не просто набор отделений. Это набор компетенций. У нас есть отделение трансплантации почки и поджелудочной железы, которое было выбрано основным для того, чтобы развивать направление трансплантации кисти.

Повторюсь, в Склифе пересаживают все, что возможно: сердце, печень, почки, поджелудочную железу, легкие, тонкий кишечник. Это подчеркиваю, потому что иногда складывается впечатление, что такими пересадками занимаются только специальные учреждения трансплантологии. На самом деле это становится практикой нашего здравоохранения. А так как тон практике обычно задает Москва, то…

Сергей Петриков: После того, как была согласована подготовка к оперативным вмешательствам, мы начали усиленно готовиться. Очень много было проведено: и подготовка различных расходных материалов, и поиск реципиентов. Очень непростая история, потому что трансплантологи никогда не давят на пациентов. Если человек хочет сам, то он попадает в лист ожидания. Но этих пациентов надо обследовать, надо провести определенный комплекс мероприятий, чтобы понять не просто их общее состояние, надо посмотреть кровоток в утерянной конечности, досконально провести обследование.

Где вы это делаете?

Сергей Петриков: Это делается на базе отделения трансплантации почки и поджелудочной железы. Объясню, почему был сделан выбор в пользу этого отделения. Потому что в этой операции, конечно, очень непростой этап именно хирургический. Но еще более непростой этап - дальнейшее ведение пациента и подбор иммуносупрессивной терапии, на которой пациент будет находиться постоянно.

Пациент живет полноценной жизнью. Он пользуется рукой, он может писать. Кстати, пишет прекрасным почерком, который был у него до потери руки

Так вот, иммуносупрессивная терапия очень похожа, не идентична, но очень похожа на ту, что используется после трансплантации почек. Поэтому это отделение и было выбрано. Важно сказать, что все операции были сделаны в коллаборации и под присмотром наших китайских коллег. У Натальи Евгеньевны Мантуровой давнишние связи с китайскими специалистами. В частности, с теми, которые непосредственно занимаются этой проблемой. И они были привлечены к подготовке. Мы консультировались с ними.

Они такие операции провели раньше Склифа?

Сергей Петриков: У них они на потоке.

Они нас опередили?

Сергей Петриков: Нельзя сказать, что они нас опередили. Просто у них эти операции более востребованы. Очень активный есть член команды Натальи Евгеньевны, который настоящее оперативное звено. Это заведующий кафедрой пластической хирургии Сеченовского медуниверситета Валентин Ильич Шаробаро. Он пластический хирург, и он отвечал за контакты с нашими китайскими коллегами. Мы обменивались протоколами. Как только у нас все было готово, была проведена первая операция. Она состоялась в апреле 2025 года. В ней участвовали и китайские коллеги, и наши специалисты.

А роботы участвовали в операции? Сейчас же постоянно говорят: все перейдет к роботам, искусственному интеллекту. Просто коробит. Может, я не права? Никогда ничто не сможет заменить человека.

Сергей Петриков: Совершенно точно. В данных операциях роботы не участвовали. Были только люди. И их успех говорит сам за себя. Однако очень важно, что эти операции проводились на базе Флагманского центра Склифа в гибридных операционных. Это очень существенный момент так называемой холодовой ишемии. Это когда донорская кисть переносится непосредственно на момент операции.

Флагманский центр... О нем нельзя не сказать. Мы привыкли видеть исторические здания Склифа, его территорию. Это непередаваемо. И вот теперь сюда вписался просто дворец современной медицины. Таких центров уже шесть в Москве. Они дают возможность проведения уникальных операций.

Сергей Петриков: В самой операции используется очень серьезная техника. В частности, современные микроскопы, которые позволяют все увеличить необходимым образом. Ведь идет микрохирургический этап, когда надо сшивать очень маленькие сосуды и артериальные, и венозные. Потом долгий этап восстановления. В настоящий момент пациент, которому была выполнена операция в апреле прошлого года, живет полноценной жизнью. Он пользуется рукой, он может писать. Кстати, пишет прекрасным почерком, который был у него до потери руки.

Почему на него пал выбор? Как он узнал о такой возможности?

Сергей Петриков: Мы искали таких пациентов, когда вели подготовительную работу. Он москвич, ему 53 года. Потерял правую руку на уровне предплечья в результате травмы. Ему провели операцию. Сейчас он работает этой рукой как своей. Он вышел на работу, выполняет физические нагрузки.

Второму пациенту было проведено еще более сложное вмешательство. 42-летний пациент получил сразу два донорских комплекса: левую кисть и два пальца на правую руку. Прошло полтора месяца. Он еще в клинике. Эта операция была уникальна тем, что помимо пересадки кисти на правую руку были пересажены большой палец и средний палец с кожными лоскутами. То есть практически сформирована вторая кисть, чтобы он мог выполнять хватательные движения и пользоваться рукой.

Вы лично участвуете в таких операциях или нет?

Сергей Петриков: Ну я же сам не хирург. Поэтому не участвую в операции, но присутствую.

Присутствуете как директор? Или вы знаете, что к чему?

Сергей Петриков: Конечно, знаю, что к чему. Но я не хирург и в данном этапе не участвую. Я анестезиолог-реаниматолог и больше внимания уделяю этому этапу.

Откуда, где берутся доноры?

Сергей Петриков: В Москве есть Центр органного донорства, и это их зона ответственности.

Как быстро надо пересаживать орган?

Сергей Петриков: Желательно, чтобы путь от донора реципиенту был минимальный, чтобы он занимал минуты. А запуск кровотока осуществлен в течение полутора-двух часов.

В Москве такое возможно?

Сергей Петриков: Конечно, возможно. В Москве осуществляется большая программа трансплантации различных органов. Ситуация налажена в соответствии со всеми нормативными актами, которые существуют.

Могут быть всякие вопросы: откуда? как? чего? Но есть практика пересадки донорских органов, есть законодательство по их получению и их использованию. Хотя мне, например, известны факты, когда говорят: "Вот привезли почку, которая больше всего подходит".

Сергей Петриков: Это естественно, потому что перед тем, как орган пересаживают, его же тестируют по определенной системе антигенов, чтобы орган больше подходил реципиенту. Для того чтобы реакции отторжения были наименее выражены. Такой подбор тоже лежит на Центре органного донорства. В Москве налажена эта система. Для начала формируется лист ожидания пациентов. Все данные пациентов после обследования есть в Центре органного донорства. И они ищут тот орган, который наиболее подходит реципиенту. И когда они его находят, то сообщают в клинику об этом для подготовки к операции.

Здесь очень большую роль играет информация и взаимопонимание между центром, который занимается трансплантацией, и центром подготовки к трансплантации. То есть центром органного донорства.

Сергей Петриков: Совершенно точно.

Знаю, в Москве это действует уже не первый год, это налажено. И задам главный вопрос: как будет дальше? Потому что, к сожалению, потерь рук, тем более кистей, не становится меньше.

Сергей Петриков: На самом деле мы двигаемся вперед. Очень важно, что всей командой разработан протокол по трансплантации кисти, который утвержден Департаментом здравоохранения города Москвы. Это для того, чтобы можно было унифицированно подходить к таким операциям.

И напоследок: а пересадка головы возможна или нет?

Сергей Петриков: Я думаю, все возможно, в каком-то обозримом будущем.

Справка "РГ"

В 2025 году в Склифе проведено 4 пересадки сердца, 11 - легких, 135 - печени, 270 - почки, 4 - сочетанных почка плюс поджелудочная железа, 1 - сочетанная сердце плюс почка, 1 - тонкой кишки, 2 - кисти.

Всего 428 трансплантаций.