Нырнуть в запредельное. Почему актриса из фильма "Хамнет" стала лауреатом "Оскара"

Из всех номинантов недавнего "Оскара" фильм Хлои Чжао "Хамнет" выделялся стабильностью своего положения в рейтинге: никто не сомневался в победе ведущей актрисы Джесси Бакли, и никто в этом не ошибся. Все остальные компоненты фильма в номинациях фигурировали скорее формально: в фаворитах ходили другие номинанты.

Между тем это фильм - замечательный по многим компонентам, включая режиссуру. Хотя сюжет основан на жизни Шекспира, язык не повернется назвать картину байопиком. Бард породил легенд о себе не меньше, чем пьес, под вопросом даже само его существование, так что никому в голову не придет сравнивать картину с любой из его биографий. Впрочем, сюжетная канва основана на реальных фактах: смерть 11-летнего сына-двойняшки Хамнета, возможно, послужившая эмоциональным толчком для создания трагедии "Гамлет". Но от лишних придирок сценарий фильма, основанный на романе Мэгги О`Фаррелл, застрахован уже тем, что в центре сюжета не Бард, а его жена Агнес. Бард приезжает и уезжает - она остается.

Дитя Востока - режиссер Хлоя Чжао верит в могущество природных сил и уделяет особое внимание пантеистическим мотивам. В увертюре картины героиня предстает в лесной чаще, общаясь накоротке с любимым ястребом; в лес она убегает рожать, и камера оператора Лукаша Жаля берет верхний план, чтобы Агнес, угнездившаяся среди могучих корней, выглядела там как в чреве матери. Здесь есть все для полного погружения в шелест нирваны: и гулкое дыхание лесных просторов, и продолжающая эту гулкость музыка Макса Рихтера. И даже дом Агнес вписан в это монументальное торжество природы - сначала мы видим лес, отраженный в стеклах, и только потом войдем в комнаты с низкими потолками, где будущий Бард дает детворе уроки латинского.

Это фильм -погружение. В природный мир, где даже гений - лишь его частичка. В иной век. Где говорят и ведут себя иначе. Где иные ритмы жизни. Где ткани грубы и на взгляд пропитаны потом. Где лица словно закопчены. Поэтому такое внимание к деталям и к жизнетворным процессам - родов или рождения стихотворных строк, такого же мучительного, как роды младенца. Зов творчества столь же властен, если, повинуясь ему, герою придется оторваться от любимой семьи и уехать в Лондон, где театры.

В этом кино две кульминации: первая потрясает запредельностью страдания, вторая дает зрителю то, что греки называли катарсисом. В первой умирает, заразившись от сестры, маленький Хамнет. Во второй мы впервые увидим Шекспира в Лондоне, на сцене его театра, где он играет Призрака в "Гамлете".

Ясно, что нет зрелища более душераздирающего, чем смерть ребенка и горе матери, еще только осознающей всю глубину беды. Подробный этот эпизод более скептично настроенные критики уже прозвали слезовыжималкой. Обычно в кино таких подробностей избегают, но здесь смерть Хамнета - сюжетообразующее событие, его надо пережить. Конечно, авторы делают все, чтобы ввести сотрясающую сердца тему рока: и они, и мы знаем, что Хамнет умрет, и расставание отца с любимым сыном подано так, словно оба предчувствуют: это последний раз. Но разве не за то мы любим кино, что оно дает возможность прожить чужую жизнь во всех ее измерениях? В нее погрузиться до самозабвения. На это расчет фильма.

Вторая кульминационная сцена снята в зале реального шекспировского "Глобуса". Это первая встреча Агнес с театром, с не понятным ей занятием, которое постоянно разлучало ее с мужем. Она приходит в театр с братом и поначалу враждебно реагирует на звучащее со сцены имя ее сына. То, что произойдет дальше, описывать не стану - в это тоже надо погрузиться, это пережить. Скажу только, что зрелище наивной, но абсолютной веры публики в происходящее на подмостках, сцена душевного слияния сценического действия и зрительного зала заставляет ощутить подобие того, что древние греки называли катарсисом. Через абсолютную условность фильм с идеальной полнотой выразил магический момент единения правды искусства с правдой жизни. Этот момент просветления искупит в глазах Агнес все страдания, которые причинил ей постоянно отсутствующий муж с его загадочными увлечениями. В волшебном финале картины весь смысл чуда по имени театр.

Но в это, повторяю, тоже нужно войти. Подобно наивным зрителям в зале "Глобуса", нырнуть, погрузиться в детство большого искусства, до природной мудрости которого мы, уже взрослые, все дотягиваемся и дотянуться не можем. Довериться току чувств. Для тех современных мудрецов и мудриц, кто довериться не в состоянии, эта сцена тоже так и останется "слезовыжималкой".

Итак, сеанс погружения. Полного доверия без скепсиса. Прививка восточного пантеистического сознания древу европейской рационалистичной эстетики дала в итоге этот фильм с его океаном чувств от полного штиля до запредельных эмоций.

Новообъявленный лауреат "Оскара" ирландская актриса Джесси Бакли доселе миру была мало известна. Хотя уже много снималась и, в частности, в шекспировских фильмах: воплощала Джульетту в фильме 2021 года и Миранду из экранизированного спектакля "Глобуса" "Буря". В "Хамнете" она существует на разрыв души - женщина из другого века, кряжистая, как ее излюбленное гнездо-дерево, неостановимая в полете, как ее любимый ястреб. И потеря сына для ее героини не менее, чем разрушение природой установленного смысла жизни. Сраженный наповал мир кино именно поэтому никого другого не видел на пьедестале "Оскара". У Джесси Бакли в премиальной гонке были сильные соперницы, но она предъявила нам нечто значительно большее, чем исполнение роли - мы имеем дело с полным перевоплощением, абсолютным погружением актрисы в личность и бытие своей героини.