Комбат Дик: Мобилизованный из Москвы возглавил батальон и разорил "осиное гнездо" дроноводов ВСУ

Прибывшие на днепровский рубеж подразделения ВСУ, как оказалось, оснащены модернизированной аппаратурой беспилотных систем. Помимо обычных FPV-камикадзе принялись запускать в больших количествах дроны на оптоволокне, а также ударные БПЛА, силы и средства РЭБ которым оказались ни по чем... Что это за новые "птички" применил противник? Как скоро на них нашлась управа? Почему ВСУ бьют не по военным, а по гражданским людям и объектам? На эти и другие вопросы "РГ" ответил командир одной из лучших воинских частей 49-й общевойсковой армии группировки войск "Днепр" капитан с позывным Дик.

Что за неуязвимые чудо-дроны появились у ВСУ на вашем участке фронта?

Дик: Да, действительно, противник оказался хорошо обеспечен дронами, оснащенными искусственным интеллектом, которые не подвержены воздействию нашей РЭБ, сами выбирают приоритетную цель и пикируют на нее, отключая иной раз двигатели.

Ну и что же мы противопоставили этим технологиям?

Дик: Ну, система обнаружения у нас универсальна. Боевой опыт пехотинцев, несущих службу на постах воздушного наблюдения, позволяет справляться с любыми дронами противника.

Относится это и к дронам на оптоволокне, которые имеют уязвимости прежде всего по скорости. Крупнокалиберные пулеметы, стрелковое, охотничье оружие при своевременном обнаружении дрона в сочетании с маскировкой постов воздушного наблюдения дают очень хороший результат. Плюс к этому у нас есть механические приспособления, которые препятствуют операторам дронов на оптоволокне осуществлять свои преступные замыслы.

Результат поражения ударным дроном пикапа ВСУ (вид с БПЛА взвода разведки). Фото: Алексей Колесников

Получается, что большинство дронов, если не все, обезвреживаются на рубеже обороны?

Дик: Технически это непростая задача, требующая большого труда, поэтому основные усилия мы сосредоточили на выявлении пунктов управления, мест взлета БПЛА противника и нанесении им упреждающего огневого поражения.

Прибывшие по ротации подразделения ВСУ оказались тактически более грамотными и лучше оснащенными, чем их предшественники. В ходе их перемещения нам удалось засечь и сжечь лишь три пикапа. В том числе потому, что они заранее подготовили себе позиции на гораздо большем от нас расстоянии и сумели скрытно, в туман, по сумеркам просочиться и занять их. Соответственно, враг стал менее доступным для наших огневых средств.

В течение недели мы искали "осиное гнездо" дроноводов ВСУ и в конце концов обнаружили, как над одной из посадок взмывает на "Мавике" воздушный ретранслятор. Детальное изучение района местности подтвердило предположения о размещении там крупного пункта управления, мы спланировали огневое поражение и при поддержке артиллерии уничтожили живую силу, склад с ударными и разведывательными дронами и ретрансляционное оборудование ВСУ. Уже на следующий день атаки противника снизились на 80, а затем и на 90 процентов. По радиоперехватам стало понятно, что враг понес большие потери.

Подразделения ВСУ, которые прибыли на рубеж обороны, не считают местных за людей. Для них они, как и крымчане, нелюди, раз не выехали на Украину

Поздравляю с успехом! И все же, как быть с системами радиоэлектронной борьбы? Когда им станет по плечу ронять БПЛА с искусственным интеллектом?

Дик: У нас есть своя лаборатория по изучению новинок БПЛА противника. Сейчас ребята заняты изучением плат управления, чтобы понять, как на них воздействовать. Также сбитые стрелковым огнем трофеи отправлены в университеты, которые занимаются такими вопросами. В том, что решение будет найдено и дроны с искусственным интеллектом мы также будем гасить РЭБ, как и все другие модификации, лично у меня сомнений не возникает.

Наблюдатель поста воздушного наблюдения с позывным Добрый. Фото: Алексей Колесников

Несколько слов о комплектовании батальона. Насколько я знаю, вы сами, ваш батальон состоит из мобилизованных. Идет ли переход воинской части на профессиональную основу?

Дик: Действительно, личный состав у нас из числа мобилизованных. Сам я в октябре 2022 года тоже призвался по мобилизации в 1429-й полк московского формирования, стал командиром роты снайперов. За плечами общевойсковое командное училище, участие в контртеррористической операции на Северном Кавказе, работа на гражданке, занимался бизнесом. И тут достаточно резко пришлось все поменять. В подчинение поступило подразделение, состоящее из москвичей, с которым вскоре отправился на Запорожский фронт. В 2023-м году отражали "контрнаступ" ВСУ, снайперские пары придавались для усиления пехотным подразделениям. Затем стал заместителем и начальником штаба вновь сформированного батальона, навел там порядок. Командование 49-й общевойсковой армии это заметило и предложило должность командира отдельного батальона.

Воинская часть у нас постепенно переходит на профессиональную основу, 45 процентов личного состава подписали контракты, что не удивительно: воюем четвертый год, люди привыкли к своим военным специальностям, на себе прочувствовали важнейшую государственную задачу, которую решают. Немало и тех, кто раньше мечтал стать военным и рад возможности, которая, наконец, представилась. Да не просто представилась: у мужиков есть возможность проявить себя в реальном деле, и они это ценят.

Многие из тех, кто сейчас на передовой, и по окончании специальной военной операции останутся в строю. У ребят хороший карьерный рост: мобилизованные стали настоящими солдатами, военными специалистами, младшими командирами, а самые достойные и офицерами, командирами подразделений. Через пару лет батальон станет, видимо, уже полностью профессиональным.

Любой успех на фронте - это коллективный труд, что можете сказать о командовании батальона, военнослужащих, которые отличились в ходе боевой работы?

Дик: Команда у нас подобралась профессиональная, управление батальона составляют кадровые офицеры, большую роль играют командиры рот, которые непосредственно организуют выполнение боевых задач, контролируют их выполнение, ведут ротное хозяйство. Сейчас мы стоим в активной обороне, сводим на "нет" атаки противника и наносим по нему упреждающие удары, готовы к решению любой задачи командования.

Особое внимание уделяем сохранению личного состава, постоянно организуем доработку инженерных сооружений и маскировки, ведем работы круглосуточно. Если вы обратили внимание, в траншеях по стенам у нас развешаны пятилитровые пластиковые бутылки с водой, со стен снят горючий материал. В случае попадания в траншею зажигательного дрона с тушением проблем не возникает.

А на подъездах к населенным пунктам создаем маршруты безопасности в том числе для местных жителей, чтобы они не опасались выезжать из села.

Командир мотострелкового батальона с позывным Дик проверяет пост воздушного наблюдения. Фото: Алексей Колесников

Почему в 2026 году ВСУ стали чаще бить не по военным, а по гражданским людям и объектам?

Дик: Во-первых, подразделения ВСУ, которые сейчас прибыли на рубеж обороны, не считают местных за людей. Для них они, как и крымчане в 2014-м, нелюди, раз не выехали на Украину. Но главное даже не это. Главная причина - потому что бить по военным сложнее, их ведь надо еще найти. Личный состав строго соблюдает правила маскировки и скрытного перемещения. Ну, а докладывать о боевой работе командованию ВСУ надо. Вот и докладывают…

Но мы не даем противнику осуществлять задуманное, отслеживаем дроны и уничтожаем вне зависимости от того, по гражданским объектам они летят или военным. И стимулируем стрелков, операторов, разведчиков, которые вовремя докладывают о приближении вражеских "птиц". Командиры подразделений ведут подсчет сбитых дронов противника, учитывают вклад каждого в общее дело, по заслугам производим награждения личного состава ведомственными и государственными наградами.