Эксперимента, связанного с введением самозапрета по ограничению количества покупок на маркетплейсах, пока не проводится и не планируется. Об этом в марте заявили в Минэкономразвития. Однако инициативу проведения такого эксперимента в ведомстве поддержали. Предполагается, что механизм будет работать по аналогии с уже принятым законом о самозапрете на кредиты.
По данным платформы "Консоль", при реализации инициативы маркетплейсы могут столкнуться с падением продаж на 15%. Особенно падение коснется сегмента импульсивных и незапланированных покупок в ценовом диапазоне до 1000 рублей. В первую очередь это может затронуть продавцов одежды, товаров для дома и быта, косметики и парфюмерии, отмечают аналитики.
По их словам, сегодня около 3,4% всех самозанятых задействованы в сегменте торговли на маркетплейсах в качестве продавцов, при этом средний ежемесячный чек с продажи одного товара составляет 26 912 рублей на продавца. Снижение активности покупателей может отразиться на доходах этой категории исполнителей, особенно тех, кто работает с массовыми потребительскими товарами.
"Для бизнеса это означает необходимость адаптации: снижение доли импульсивных покупок потребует пересмотра механик продвижения товаров. Мы прогнозируем, что рынок может временно просесть примерно на 15%, но в долгосрочной перспективе это приведет к более устойчивой и осознанной модели потребления", - говорит руководитель платежного сервиса "Консоль Pay" Денис Ломакин.
По мнению доцента кафедры маркетинга РЭУ им. Г. В. Плеханова Марии Твердохлебовой, в целом введение механизма самозапрета на покупки на маркетплейсах не приведет к значимому снижению покупательской активности. "Механизм будет добровольным, и им воспользуется небольшая доля потребителей. В масштабах ежегодного роста онлайн-продаж на 20-40% потенциальное снижение спроса, особенно на импульсные товары, такие как недорогая одежда, гаджеты, товары для дома, останется практически незаметным для рынка", - считает эксперт.
По итогам 2025 года российский рынок интернет-торговли достиг 11,5 трлн рублей и занял 18,8% всей розницы, причем 96,2% покупок пришлось на отечественные площадки, напоминает основатель бизнес-сообщества "Русяев Клуб" юрист Илья Русяев. "На таком масштабе точечная функция самоограничения затронет отдельные группы пользователей, а не рынок в целом. Снижение спроса вероятнее в сегментах, где решения принимаются быстро и эмоционально", - отметил он.
Государство уже применяет принцип "исключений для социально значимого", но в текущих обсуждениях инициативы прямого перечня исключений пока нет, говорит доцент кафедры общего и проектного менеджмента Финансового университета при Правительстве РФ Светлана Ульянова.
"Если человек решит ограничить себе покупки в интернете, важно, чтобы он все равно мог заказать самое необходимое. Поэтому, в случае принятия закона, из-под запрета, скорее всего, будет выведена категория товаров, которая составляет примерно 25-35% от всех заказов на маркетплейсах, а это - продукты, лекарства, детские товары, средства гигиены и товары для людей с инвалидностью. Снижение данной доли заказов не прогнозируется", - отмечает она.
По словам Ульяновой, платформы видят паттерны покупок и импульсивных, и плановых, поэтому у них есть возможность предложить персонализированные альтернативы - например, лимит на одежду, но без ограничений на продукты. Таким образом возможно снизить риск оттока покупателей.
"Маркетплейсы смогут вполне быстро адаптироваться, потому что у них есть бизнес-интерес превратить данный вызов в возможность улучшить свой пользовательский опыт. А принятие самозапрета как стимул к развитию в условиях новой экономики позволит маркетплейсам не просто подстроиться под новые правила, а стать полезнее для покупателя", - резюмировала эксперт.
Самозапрет на покупки полезен как добровольная опция, но представлять его как полноценную меру против мошенничества и хищений было бы преувеличением, считает Русяев.
"Банк России неоднократно описывал типичные мошеннические схемы на маркетплейсах, и все они связаны с кражей учетных данных, социальной инженерией, выманиванием кодов из СМС. В таких случаях лимит на покупки ничего не решает, потому что проблема лежит в компрометации доступа, а не в количестве заказов", - поясняет юрист.
Для рынка это не критично при условии мягкой модели с лимитами вместо тотального запрета, настройками по категориям и паузой на отключение. Но главный вопрос - в юридической точности, подчеркивает Русяев: что именно блокируется, как запрет включается и снимается, кто несет ответственность за нарушение.
По мнению Твердохлебовой, самозапрет на онлайн-покупки может дополнить ряд уже имеющихся инструментов борьбы с мошенничеством. "Однако не стоит забывать, что мошенники быстро адаптируются: они могут найти другие способы вывода средств, обойдя ограничения через другие платформы. Поэтому это может быть скорее дополнительной мерой", - уточняет она.
"Установленный лимит по самозапрету не позволит мошенникам вывести все деньги сразу, однако если им уже удалось получить доступ к личному кабинету, то тут лимиты не остановят списания, - соглашается Ульянова. - Самозапрет не заменит бдительность, двухфакторную аутентификацию и надежные пароли, так как это в первую очередь инструмент для осознанного потребительского поведения, а не система защиты".
Эксперты подчеркивают: как инструмент цифровой самодисциплины и осознанного потребления самозапрет на онлайн-покупки может быть полезен. "Для кого-то это действительно станет паузой перед эмоциональной покупкой и поможет держать семейный бюджет, - говорит Русяев. - Однако есть риск ложного чувства безопасности, когда человек решит, что запрет на покупки защищает и от мошенников".
По мнению Русяева, при установке самозапрета потребитель может столкнуться и с бытовыми неудобствами в виде блокировки нужных повседневных заказов, обхода через другой аккаунт или через родственников. Важно также определиться, что именно считать покупкой, включая предоплату, подписку, рассрочку и цифровой контент.
Избыточное регулирование действительно может стать проблемой, особенно когда речь идет о повседневных покупках, добавляет Твердохлебова. "Польза от самозапрета есть, но скорее для узкой аудитории. Это люди, которые хотят контролировать свои импульсивные траты, семьи с общими картами. Например, для защиты от необдуманных покупок подростков. Или те, кто осознанно ограничивает себя в расходах на определенный период".
Чтобы самозапрет действительно работал на пользу потребителя, необходимо обойти исключения для социально значимых категорий товаров, а также добавить паузу при отмене запрета, чтобы человек не снял лимит под влиянием момента, убеждена Ульянова.
"При этом одна только техническая настройка мало что изменит, нужны подкрепления в виде простых и понятных советов по управлению бюджетом, цифровой безопасности и при необходимости психологической поддержки. Только такой комплексный подход превратит самозапрет из формального ограничения в реальный инструмент для осознанного потребления", - заключила эксперт.