Новинку назвали импортозамещающим аналогом "Комацу". Японская корпорация имеет внушительную линейку дорожно-строительной техники, но в данном случае искать "родню" надо ближе. Разработка на новом техническом уровне повторяет идею трактора Т-800, рожденного в Челябинске в советские годы. Частная корпоративная история таким образом приобретает более глубокий смысл - возрождение производственной школы сверхтяжелых машин - и возвращает Южному Уралу перспективу доминирования в этом сегменте.
Когда Т-800 только задумывали, один из высокопоставленных областных руководителей попросил: "Сделайте машину такой, чтобы удивила всех. Это будет подарком стране". До этого самой крупной моделью, выпускаемой на заводе, был бульдозер 25-го класса тяги, а задумали 75-го, перескочив сразу несколько ступеней эволюции.
Разработанная машина представляла собой стальную "гору мускулов": около 13 метров длиной, высотой с двухэтажный дом и весом около 106 тонн, с топливным баком объемом более 2000 литров. Впервые гиганта выставили для обозрения в 1983 году на Комсомольской площади Челябинска, и он вызвал шквал обсуждений.
- Довелось "восьмисотому" поучаствовать и в международной выставке в Москве на Красной Пресне. На столичных руководителей он тоже произвел неизгладимое впечатление. Когда завели двигатель и стали поднимать отвал, они в испуге отбежали, но затем спохватились, стали восхищаться его мощью, - вспоминает инженер-испытатель Александр Чалых.
Т-800 попал в Книгу рекордов Гиннесса как самый крупный и производительный из существующих на планете. Впоследствии, правда, кто-то оспорил его лидерство, заявив: в то же время на выставке в Лас-Вегасе показали японский D-555 компании "Комацу" весом 120 тонн.
Но на это мало кто обратил внимание, ведь уральского богатыря задумывали под конкретные и вполне практические задачи. Одна из них, как и у тестируемого сейчас в Якутии тяжеловеса, касалась добычи алмазов. Технология, основанная на взрывах карьерных пород, для этого не годилась - на драгоценных камнях появлялись микротрещины, что снижало их ценность. Требовались другие подходы.
Правда, вначале Т-800 отправили обустраивать в скальной породе фундамент под атомный реактор - ресурса других машин для этого не хватало.
- Страшно было даже находиться рядом, когда зуб рыхлителя упирался в скалу и таранил ее. Громадные куски породы отваливались с шумом и искрами. Я спросил о впечатлениях прораба, он покачал головой: как только появился этот трактор, спокойная жизнь закончилась. Прослышав о нем, каждый участок требовал его к себе, - вспоминал работавший заводским конструктором Эдуард Соболев.
Другим испытанием стала реконструкция Магнитки. Задание, которое на комбинате давали японскому агрегату на две недели, уралец выполнял всего за смену. После таких его подвигов сталевары стали применять машину там, где никакая техника не могла трудиться в принципе: он разрабатывал отвалы металлургического шлака полувековой давности, куда сливали бракованную сталь, сбрасывали многотонные "козлы".
А работу на алмазных приисках машина начала со строительства объектов инфраструктуры.
- В Якутии вначале действовал один алмазный карьер, потом нашли второе месторождение. Решили быстро запустить в эксплуатацию, но вот беда - дороги к нему нет. Слышу, как на селекторе один из начальников дает своим подчиненным задание особой важности: "Как хотите, а чтобы дорога была. Неделя сроку". Те в один голос: "Невозможно!" Но через три дня слышу новый доклад: путь проложен. Как сумели? Отвечают: запустили Т-800, - вспоминал об эффективности супертяжа сопровождавший агрегат в поселок Мирный представитель предприятия-производителя Анатолий Потешкин.
Выпущенных колоссов, впрочем, можно было пересчитать по пальцам - всего их было десять. Комплектующие для бульдозеров-гигантов поставляли из разных уголков страны: на эту машину, говорят специалисты, работал почти весь Союз. Потому с переходом на рыночные рельсы проект закрыли. Судьба оставшихся тракторов, кроме последнего, неизвестна. Он сохранился в Челябинске у завода-изготовителя, привлекая внимание туристов и экскурсантов как техническая диковина. Правда, в свет выходит нечасто, и то со специальными накладками на гусеницах: как былинного богатыря держит не всякая поверхность.
Одним из таких выходов стала съемка популярной передачи "Поедем, поедим!" с ведущим Джоном Уорреном. Идею предложил известный российский силач Эльбрус Нигматуллин: команда, которую он собрал, с помощью каната должна была сдвинуть с места самый большой трактор. По сюжету трос должен был порваться, чтобы победила дружба.
- Конечно, я не специалист, но… Потрясающе! Я люблю большие игрушки. Вообще мужчины и мальчики отличаются только размерами игрушек, - изрекла телевизионная звезда после пояснений испытателя Александра Чадова и сделанного по заводской площади круга.
Тракторный завод оказался единственным предприятием, куда заехала кулинарно-этнографическая передача, представляющая портрет региона.
- Все думают, что я шпион. Поэтому, когда бываю на таких мероприятиях, всегда шучу, что мне придется передавать во вшитый в куртку микрофон: "Ребята, трактор огромный, не трогайте их вообще! Сдавайтесь!" - шутил общительный иностранец. Но затем посерьезнел: - Я бы хотел на основе этой передачи сделать другую, вывезти ее за границу. Всегда расстраиваюсь, когда наступает оттепель, но потом опять что-то происходит - и все. Они там, на Западе, чего-то боятся и оттого неправильно реагируют. Желаю, чтобы это сумасшествие, которое сейчас наблюдается в мире, прекратилось, - сказал без камер Уоррен.
Подобная Т-800 продукция, по его мнению, может выступать в качестве голубя мира, показывая реальные, а не надуманные устремления людей. И действительно: в новейшей истории к челябинскому "малышу" стали проявлять интерес ближние и дальние страны - ЮАР, Индия, Таджикистан, и предприятие-изготовитель даже задумалось о реанимации проекта.
Большой трактор, как показала жизнь, оказался не только востребованным товаром, но и брендом региона, подобным каслинскому литью или златоустовскому оружию. К тому же идеальным символом мощи и размаха уральской индустрии.
Однако технику сверхтяжелого класса и сегодня способно произвести не каждое специализированное предприятие, даже не каждый регион. Для этого нужна конструкторская и технологическая зрелость. И то, что Челябинск вновь в топе, говорит не только о возвращении прежних компетенций, но и о приобретении новых.