Режиссер Рытков про свой фильм "Приграничье" о вторжении в Курскую область: С бойцами мы гнали врага к границе, фиксируя все, что видели

На Московском кинофестивале в воскресенье вечером прошла мировая премьера документального фильма "Приграничье" режиссера Владислава Рыткова. Лента снята под Курском в те месяцы, когда российская армия освобождала свою землю от новых нацистов. Камера следует за бойцами спецподразделения "Анвар" до самой границы…

За последние пару лет это чуть ли не единственный документальный фильм, снятый непосредственно на передовой. Так же снимали операторы Великой Отечественной войны - врывались в освобожденные города на танках, грелись в тесной печурке в блиндажах вместе с солдатами и по приказу вместе с ними, а бывало, и впереди них шли в бой.

Вероятно, отборщикам кинофестиваля "Приграничье" приглянулось именно этим. Речь ведь тут не просто о хронике освобождения. А о чем? В день премьеры "РГ" поговорила с режиссером.

Владислав, судя по реакции зала на фильм, "Приграничье" для многих - как тест на совестливость. На способность чувствовать боль за своих. Я прав?

Владислав Рытков: Когда ВСУ ворвались в Курскую область, многие наконец-то поняли, кто есть кто. Тем, кто кричал, что СВО их не касается, вот на Россию нападут - тогда другое дело, в августе 2024-го надо было отвечать за свои слова. Хотя бы перед самим собой… Тогда многие подразделения были переброшены в приграничье, некоторые приехали сами помогать чем могут. Мы работали с отрядом специального назначения "Анвар". Спасибо командирам подразделения Берету и Герою России Балу. Они воюют с 2014-го, и это они взяли нас на свой страх и риск туда, куда гражданских не берут. С бойцами мы гнали врага к границе, фиксируя все, что видели. Врать не буду: это было намного больнее, чем когда мы снимали фильмы на Донбассе.

Это заметно. Фрагмент о Судже, где вы оказались уже на следующий день после освобождения, напомнил мне летописные плачи по сожженным городам, по павшим защитникам…

Владислав Рытков: Для меня это фильм-реквием по погибшим нашим ребятам. По той цене, которую они платят за наше с вами спокойствие. Несколько лет назад я снял фильм "Я иду домой" об освобождении Бахмута, но там я рассказывал историю, оставаясь за кадром. А здесь попытался пропустить увиденное через себя. Зрители это, надеюсь, почувствовали.

Война с 2023 года очень изменилась. Уже нет такого активного наступления штурмовиков, война стала тягучей, многое решают дроны: убивают за многие километры от линии соприкосновения, причем мирных. Когда у дрона кончается бензин, а военная цель так и не найдена - не возвращать же "птичку", думает украинский оператор, и бьют в первый попавшийся дом, машину, а там пенсионеры, женщины… Я пока фильм монтировал, слезами обливался.

Фото: Владислав Рытков

Вместе с войной изменились и мысли, в том числе о том, каково сегодня быть русским защитником. Тоже, если хотите, летописный мотив.

Знаю, что вы едва не погибли при съемках фильма…

Владислав Рытков: Было много ситуаций на грани. Как-то ночью по нам лупили "Градами". Просыпаюсь - все в окне горит. Кричу: "Пацаны, надо выбегать". А они спокойно: "Нет, братка, лежи, спи". Понимали: если выбежать, шансов выжить не будет.

Или зашли в подвал, поснимали, вышли, а через пару минут туда прилетел "Хаймерс", здание раскидало, парни контужены…

Однажды должны были дойти до одного блиндажа, переночевать и дальше до границы. Но опоздали на сутки - и как раз в эти сутки блиндаж сожгли термобарическими боеприпасами. Ночевали прямо на сырой земле в лесу. Ни обратно, ни дальше вперед - не было варианта. И всю ночь по нам били кассетными боеприпасами. В шесть утра "кассетка" разорвалась прямо над нами. Как выжили, не пойму…

Это фильм-реквием по погибшим нашим ребятам. О той цене, которую они платят за наше с вами спокойствие

Не говорили себе в такие минуты: "Ну и зачем мне это, холод, грязь и до смерти четыре шага, а мог бы дома отсидеться или поснимать на полигонах?"

Владислав Рытков: Такие мысли, конечно, невольно проскакивают, но я не хочу по-другому. Не простил бы себе, и зрители меня бы не простили - видно же, где кинематографисты фальшивят, а где вкладываются по-настоящему.

За фильмами-поступками чаще всего стоит не просто режиссер - судьба. Как вы пришли в документальное кино?

Владислав Рытков: Наверное, я не должен был стать кинематографистом - родился в далеком дальневосточном Комсомольске-на-Амуре, где чаще всего вырастают и остаются на местных заводах, делают бизнес. Но у меня было большое желание делать именно кино, причем не ради развлечения. Чтобы привносить, как мне казалось, в мир что-то хорошее. Большую роль в моей жизни сыграл дедушка - он был врачом народной медицины, многих спас, открывал мне мир, стараясь всячески отвлечь от улицы.

Фото: Владислав Рытков

А в 17 лет я уехал из своего города. Сменил пару вузов, в Петербургском гуманитарном университете профсоюзов моим наставником был Юрий Евгеньевич Афанасьев, он и открыл для меня в кино то, чему я стараюсь следовать. Он же стал моим крестным, когда я крестился в 23 года. И теперь, узнав, что нас отобрали на ММКФ, я первым делом купил мастеру билеты из Санкт-Петербурга.

Афанасьев довел меня до ВГИКа, а уже там моими мастерами были Владимир Иванович Хотиненко и Владимир Алексеевич Фенченко. Я уже выходил на диплом, когда началась спецоперация… И все, я поехал, и до сих пор там.

А зачем вы там - свой ответ нашли?

Владислав Рытков: Если бы я умел хорошо воевать, взял бы в руки автомат. Но так как я умею снимать кино, то решил для себя, что от меня с камерой на войне будет больше пользы… Самая главная война - в головах людей. Ссорятся, не могут объединиться. И я искренне считаю, что документальные фильмы, как маленькие пули, должны ранить сердца, чтобы спящие проснулись, чтобы нашлись необходимые слова у тех, кому нужна Победа. Когда сердце болит, нужные слова находятся быстро.

Да, такие фильмы очень нелегко смотреть. Но это нужно видеть. Чтобы не заблуждаться. Чтобы сохранять внутренний камертон. И я рад, что отборщики Московского кинофестиваля замечают такие фильмы, понимают их важность.

Но ведь попасть на передовую документалистам сегодня почти невозможно. Откуда взяться честному кино про то, что там и как на самом деле?

Владислав Рытков: Все военные документалисты, которые сегодня у нас есть, в том числе Максим Фадеев, Сергей Белоус, снявшие "У края бездны" о боях за Мариуполь, тратят много времени и сил, чтобы доказать, как важно снимать кино на передовой, как важно кинооператору идти вместе с освободителями. Отсылки к Великой Отечественной войне почему-то никого не убеждают. А между тем представьте, если бы у нас под Москвой, в Сталинграде, на Курской дуге, в Праге или Вене отсутствовали кинооператоры. Мы бы до сих пор доказывали, что это не мы фашисты, не мы звери. Что это мы брали Берлин и спасали народы… Как и сегодня: вынуждены бесконечно уверять, доказывать, что наше дело правое.

Фото: Владислав Рытков

Что ждет "Приграничье" после ММКФ?

Владислав Рытков: Права на этот фильм у ВГТРК. Говорят, будут показы на фестивалях, фильм также будет доступен на платформах. Если честно, работа над "Приграничьем" отняла столько сил, что не хочется и думать, что с ним будет после.

А кинокомпания "Откровение", которую я учредил полтора года назад, сейчас занимается двумя фильмами. Один - о спасателях на Эльбрусе, а второй - о фронтовых священниках. Снимают разные ребята, я лишь продюсирую. Сам же хочу сделать игровое кино о спецоперации. На реальных событиях, уже пишется сценарий…

Кадр из фильма "Приграничье". Права на картину у ВГТРК. Фильм будет доступен на онлайн-платформах. Фото: Предоставлено Владиславом Рытковым

Афиша "РГ"

В конкурсе документального кино ММКФ и другие ленты российских режиссеров. Марина Мария Мельник представит "Музей", посвященный коллекции и сотрудникам Музея изобразительных искусств им. А.С. Пушкина. Это не история, а, скорее, исследование памяти, сосредоточенной в вещах, которые здесь хранятся. Увидеть можно 20 апреля в "Октябре" и 22 апреля в "Москино Молодежный".

Картина "Машенька" Валерии Гай Германики - о спасительной любви женщины-продюсера к герою фильма Эдику, который ранен, страдает от посттравматического стресса, выброшен на улицу и пристрастился к алкоголю. Все жутко, но фильм про то, что даже из социального дна можно вынырнуть, если ты по-настоящему кому-то нужен. "Машеньку" покажут 21 апреля в "Октябре" и 22 апреля - в "Москино Музейный".

А накануне в кинозалах фестиваля показали ленту "Русский Челси" Алексея Жаркова об известном лондонском футбольном клубе во времена, когда им владел Роман Абрамович.