Может ли ребенок с расстройством аутистического спектра привыкнуть к храму? А к литургии? Сколько времени ему понадобится для этого? И как помочь ему, если он вдруг раскричался на весь храм?
- С проблемой особенных детей я столкнулся у себя в храме. Они ведут себя по-разному - иногда улыбаются, иногда кричат, иногда бегают. И нам нужно научиться понимать их, - говорит председатель Синодального отдела по благотворительности протоиерей Михаил Потокин. - Сегодня уже есть храмы, где дети с особенностями могут участвовать в приходской жизни, но наша задача не ограничиваться отдельными островками помощи, а сделать ее системной. Тогда мы сможем привлечь семьи, которые еще только ищут в себе силы прийти в храм. Тогда мы сможем создать спокойную атмосферу, чтобы они не чувствовали особого внимания к себе, чтобы ребенок мог участвовать в таинствах, привыкать к строю службы, пространству храма.
По его словам, "великой целью" проекта должно стать вовлечение больших и маленьких прихожан с особенностями в общую литургию.
- Литургия для всех одна, но родителю особенного ребенка часто бывает сложно приступить к службе. Впрочем, как и любому человеку, - отмечает священнослужитель. - В 20 лет я не мог достоять до конца службы, у меня болела спина, а бабушки рядом стояли от начала до конца как свечки. Нам нужно не выделять группы с особенными детьми, а дать им время, чтобы они могли привыкнуть к участию в общей литургии.
Инициатором помощи особым людям в храме стала вице-спикер Госдумы Анна Кузнецова. Многодетная мама, матушка - кому, как не ей понимать, как сложно родителям привести ребенка в храм, отстоять долгую службу и уговорить драгоценное чадо дождаться причастия - главного Таинства.
- Хотим мы этого или нет, сегодня, наверное, каждый из нас сталкивается с семьями, где есть диагноз РАС и даже не через седьмое, а через первое или второе рукопожатие, - считает заместитель председателя Госдумы Анна Кузнецова. - Детей с особенностями развития общество долго не замечало. Мы как бы отторгали тот факт, что есть не такие, как все. Многие стереотипы, несмотря на то, что мы говорим об инклюзивном обществе и принятии всех, еще остались. Что касается детей с особенностями развития, а именно аутизма, мы только начинаем движение. И здесь принятие и понимание обществом играет ключевую роль. Когда ребенок начинает делать что-то не принимаемое обществом, он воспринимается как нарушитель. Но это нарушение обусловлено особым состоянием. Кто, как не церковь примет и поймёт его? Русская православная церковь всегда была для особенных людей средой принятия. К людям, которые не такие, как все, в церкви всегда было особое отношение и уважение. Сегодня мы умножаем эти усилия.
- В нашей стране проживает около миллиона детей с диагнозом РАС, - говорит руководитель по научно-методической работе автономной некоммерческий организации "Наш солнечный мир" Игорь Шпицберг. - Мы с 1991 года помогаем детям с расстройством аутистического спектра и другими нарушениями в развитии. Организовали лагерь для них и вместе с родителями, логопедами, дефектологами, иппотерапевтами, фольклористами и другими специалистами попытались сделать пространство радости и развития. С Божьей помощью нам удалось адаптировать к самостоятельной жизни более ста тысяч ребят.
В Синодальном отделе по благотворительности РПЦ надеются, что благодаря совместной работе священнослужителей и экспертов через некоторое время в каждом округе столицы появятся храмы, где семьи с особенными детьми смогут получить всю необходимую помощь и стать полноценными участниками жизни прихода.