Старший сержант Андрей Бугримов: В любой момент может случиться, что раз - и тебя нет

Старший сержант Андрей Бугримов говорит о себе скупо. Очень скромный парень. Но буквально преображается, когда начинает рассказывать о работе. Для танкиста его Т-72Б3М - живой организм, и такое ощущение, что он относится к нему как к любимому домашнему питомцу.

- А что же было самое главное? - интересуюсь я у Андрея в конце беседы.

- Главное - все живы, - говорит он и тут впервые широко улыбается, совершенно по-мальчишески. И в этих трех словах умещается все: и невероятный бросок многотонной стальной машины через минное поле, и обожженное лицо, и осколки от снаряда, которые застряли в его ноге, да так и остались в ней.

- Все живы. И мы сделали это. А остальное… до свадьбы, как говорится, заживет.

Так до свадьбы и зажило. Андрей познакомился с девушкой во время отпуска по ранению. Они полюбили друг друга, как говорится, с первого взгляда. Откладывать не стали: сразу и создали первичную ячейку общества.

- Сам себе удивляюсь, - снова улыбается танкист. - До СВО было много времени, но всегда находились первоочередные дела и решение вопроса личной жизни откладывалось на потом. Был уверен, что успеется. А тут раз - и все.

- Почему так?

- Психология поменялась. Теперь понимаешь, что в любой момент может случиться что-то: раз - и тебя нет! И потому надо жить здесь и сейчас. Как в той песне, ведь точные слова: "Есть только миг между прошлым и будущим…"

Кто сказал, что танк неуклюжий? Вот, разогнавшись, как гоночный кар, ощетинившись металлическими сетками мангалов, мрачно рыча, несется он, рассекая гусеницами липкий чернозем южнорусской степи. Периодически под ним что-то лопается, по броне что-то шлепается и рассыпается каскадами искр, словно рой надоедливых светящихся насекомых.

- Ловили все, что в нас летело, но так и было задумано, - вспоминает Андрей.

После очередного мощного удара - это сдетонировала вражеская противотанковая мина - стальная громадина замирает. Внутри нее раздаются бурлящие звуки, сопровождаемые визгом и скрипом вращающихся зубчатых колес. Несколько мгновений машина стоит неподвижно, затем трогается с места, тяжело дыша и хлюпая, резко дергается и снова устремляется вперед, окутанная плотным едким дымом, который полностью скрывает ее от вражеских глаз сверху.

Андрей признается, что вот эта детонация чуть не вышибла из него весь дух. Усилием воли танкист взял себя в руки и, зло сжав зубы, принялся от души заряжать из пушки по противнику, а если точнее - куда глаза глядят.

Позже выяснилось, что именно эти сокрушительные залпы "по площадям", которые оператор-наводчик производил скорее эффекта ради, по ходу буквально стерли с лица один из вражеских "укрепов", который штурмовики долгое время никак не могли взять.

Т-72Б3М докатился до конца "открытки" (открытой местности. - Прим. "РГ"), дальше начиналась застройка населенного пункта на запорожском направлении. За танком на приличном расстоянии следовали БТРы с пехотинцами внутри. Теперь танкисты разворачивались, сделав свое дело, а штурмовики спешивались и вступали в работу, укрываясь в развалинах близлежащих домов.

Такова была задумка командования: нужно было проложить путь пехоте по полю с помощью минного трала и отвлечь на себя внимание врага, по ходу движения ведя огонь по позициям ВСУ на подступах к поселку. Буквально за месяц до этого аналогичный подвиг совершил другой танковый экипаж 70-го мотострелкового полка, и для парней команды Андрея Бугримова это был безусловный пример. Накануне на построении командир так и сказал троим танкистам: "Парни, сделайте все, чтобы выполнить задание и вернуться живыми. А мы подстрахуем, обязательно вытащим".

- А вы что? Какие ощущения?

- Да никаких, - спокойно пожимает плечами Андрей. - Это наша работа - рисковать ежедневно. Ну а потом сколько раз так было, что те, кто по всем законам должен был умереть - выживал. И наоборот. На войне поневоле становишься фаталистом. Только Господь знает кого и когда призовет.

На обратном пути Т-72Б3М все-таки встал, теперь уже окончательно. Это снова сработала прямо под брюхом многострадальной машины противотанковая мина. Танк взвыл, словно смертельно раненый зверь, и замер, со стоном испустив из себя дух - густой белый пар. Оглушенные и обожженные парни выкатились из открытого люка и сразу поспешили залезть под днище, потому что на них тут же с сатанинским визгом спикировали несколько вражеских ударных дронов. Переждали ночь и рано утром, "по-серому", когда в небе не летают беспилотники, ушли к своим по ближайшей лесополосе.

Андрей вспоминает, что, уходя, на прощание с сожалением погладил словно живое существо дымящееся остывающее железное тулово своего боевого товарища, с которым почти сроднился за годы СВО. Танк догорал, а люди оказались крепче стали - задача была выполнена…

На груди у Андрея - медаль "За отвагу" и два ордена Мужества. Последний орден - как раз за этот беспримерный рейд. Он вспоминает, как детстве смотрел все серии художественного фильма "Четыре танкиста и собака", мечтая стать одним из членов экипажа. А когда подписывал контракт с полком, то сразу выбрал танковое подразделение. И ни разу не пожалел.

Теперь героическому экипажу дали новый Т-72Б3М. Андрей приглядывается к нему и сравнивает с прежним. Говорит, что у каждого танка - свой характер.