У дагестанского бизнеса оказалась одна из самых высоких просрочек по кредитам

Республика оказалась в числе "лидеров" в антирейтинге по дисциплине заемщиков-предпринимателей. Хотя в список аутсайдеров вошли практически все регионы Северного Кавказа. Согласно данным Центра экономических исследований "РИА Рейтинг", доля корпоративной просроченной задолженности в Дагестане составляет 30,7 процента. Хуже ситуация только в Ненецком автономном округе - 45,2 процента. Для сравнения: самые дисциплинированные заемщики среди юрлиц зарегистрированы в отдаленных северных регионах, например на Чукотке просрочки по платежам имеют 0,02 процента предпринимателей.

Экономист, разработчик "Стратегии социально-экономического развития Республики Дагестан до 2030 года" Халил Халилов подтвердил корреспонденту "РГ", что ситуацию в регионе в плане кредиторской задолженности можно назвать удручающей. Он привел следующую статистику. По состоянию на первое марта 2026 года корпоративный кредитный портфель некоторых регионов юга России выглядит таким образом: Дагестан - 67 миллиардов рублей, Ставропольский край - 581 миллиард, Адыгея - 67,6 миллиарда, Астраханская область - 111 миллиардов.

- Даже Адыгея, население которой в пять раз меньше, чем Дагестана, опережает наш регион по этому показателю. Банковский сектор в развитии ВРП Дагестана участвует на уровне 5,5 процента, тогда как мировая практика составляет 50 процентов, - говорит Халилов.

Он отметил, что в Дагестане, согласно статистике, проблемным можно считать каждый третий заем.

- Почему столь неблагоприятная ситуация сложилась в регионе, население которого превышает 3,25 миллиона человек, а ВРП достиг 1,2 триллиона рублей? Причина в неудовлетворительном состоянии инфраструктуры и структуре экономики - высокорентабельных, наукоемких и инновационных компаний практически нет, а промышленность сократилась до уровня статистической погрешности в три-четыре процента. Этому способствует неэффективная банковская инфраструктура в регионе, обвал кредитных рейтингов у заемщиков, политика делегирования вопросов кредитования центральным офисам банков в других регионах, отсутствие документов на имущественные активы или земельные участки. Для банков стал проблемой поиск порядочных заемщиков, с которыми они могли бы сотрудничать без особых рисков. Решение проблемы - в кардинальном изменении подходов на политическом, административном и хозяйственном уровне, во взаимодействии федеральных, региональных властей и банковского сектора, - считает Халилов.

Сложившаяся в СКФО картина платежной дисциплины бизнеса объясняется переплетением факторов структурного и социокультурного характера, пояснила корреспонденту "РГ" профессор Финансового университета при Правительстве РФ Надежда Капустина. Речь идет об особенностях региональной экономики, где традиционно высока доля теневого сектора, а прозрачность хозяйственных операций оставляет желать лучшего. Малый и средний бизнес нередко существует в условиях хронической нехватки оборотных средств и зависит от сезонных колебаний выручки.

- Контраст с северными территориями, где предприниматели демонстрируют идеальную платежную дисциплину, закономерен. Там бизнес зачастую завязан на крупных ресурсодобывающих проектах и госконтрактах, а северные надбавки обеспечивают стабильный денежный поток. Кавказские предприниматели работают преимущественно в сферах торговли, сельского хозяйства, туризма, общепита и на небольших производствах, где маржинальность невелика, а зависимость от локального спроса критична. Сфера туризма начала развиваться в Дагестане сравнительно недавно, и республика пока не обладает инфраструктурным потенциалом, чтобы обеспечить стабильный доход в этой отрасли, - говорит эксперт.

Капустина отметила, что значительная часть кредитов в регионах СКФО берется на пополнение оборотного капитала, закупку сельхозтехники, развитие тепличных хозяйств, животноводства и переработки плодоовощной продукции. При этом аграрный сектор, чувствительный к погодным аномалиям, формирует основную массу проблемной задолженности. Любой неурожай или падеж скота моментально превращается в кассовый разрыв, который заемщик не в состоянии закрыть собственными силами. А значительный ущерб, который понесли многие хозяйства из-за наводнения, может ухудшить и без того непростую обстановку с обслуживанием кредитов.

- Эффект проявится не сию минуту, а с лагом в несколько месяцев. К тому моменту пострадавшие предприниматели исчерпают собственные резервы и страховые выплаты, если таковые вообще предусматривались договорами, и столкнутся с необходимостью либо реструктуризировать обязательства, либо признать дефолт. Без адресной поддержки со стороны федерального центра и республиканских властей доля проблемных заемщиков в республике может вырасти еще ощутимее. Поддержка должна включать субсидирование процентной ставки для пострадавших хозяйств, расширение программы агрострахования, кредитные каникулы для аграриев и владельцев гостевых домов, - пояснила Надежда Капустина.

Руководитель практики по сопровождению бизнеса Исследовательского центра ABL Кырлан Марчел полагает, что к долгам перед банками в СКФО часто приводит сочетание нескольких факторов.

- Бизнес берет кредиты на товарные остатки, строительство, аграрный цикл, транспорт, небольшие сервисные проекты, иногда просто на поддержание текущего оборота. При благоприятной конъюнктуре такая модель работает. Но если платежи от контрагентов задерживаются, спрос проседает или растут издержки, кредит превращается уже не в ресурс развития, а в фактор давления на ликвидность. В таких условиях даже работающий бизнес начинает быстро двигаться в зону просрочки, - считает эксперт.

Он предположил, что последние паводки могут усугубить эту проблему из-за временной потери выручки вследствие повреждения торговых точек, складов, техники и дорог.

- Слабая платежная дисциплина бизнеса в СКФО - это не нежелание платить, а отражение более рискованной экономической среды, где у значительной части компаний маленький запас прочности и высокая зависимость от внешних шоков. А такие события, как наводнения, делают эту уязвимость еще заметнее, - заключил эксперт.