Татарская экосказка: Каким получился мистический триллер "Шурале"

"Шурале" - режиссерский дебют актрисы Алины Насибуллиной, запомнившейся по драме "Хрусталь" Дарьи Жук. Эти картины, к слову, роднит общая тема: жажда обрести "свое место". Но если у Жук героиня Веля (Алина Насибуллина) очень даже конкретно понимает, где оно (Америка), и совершает определенные действия для достижения своей цели, то главная героиня "Шурале" от начала до конца истории просто застыла в экзистенциальной фрустрации. "Где мое место?" - главный вопрос в фильме остается без ответа, повисая во влажном воздухе Татарстана.

Кадр из фильма "Шурале" (2026). Фото: Kinorium

В начале фильма мы наблюдаем, как под прозрачным колпаком роскошного стеклянного дома героиня Айша вянет от гиперопеки своего будущего мужа Миши (Максим Матвеев). Он же в ее день рождения демонстрирует невесту светским друзьям, словно диковинную зверушку, и чуть ли не ставит на табуретку, чтобы та прочитала стихотворение собственного сочинения на родном татарском языке. Это единственная наводка, которая может дать понять, чем вообще девушка занимается, - а раскрыть это было бы неплохо, так как далее все-таки намечается разговор о самоопределении человека.

После празднества Айша посреди ночи срывается в родную деревню - ее сводный брат Тимур (Геннадий Блинов) внезапно пропал. Он со своей командой лесорубов позарился на "священный" участок леса, к которому никто никогда не прикасался. Теперь Айше предстоит выяснить: пропажа брата - то ли дело рук местного криминального авторитета дяди Жени (Роман Михайлов), то ли мифического лесного существа Шурале, чьи владения беспардонно осквернили.

Кадр из фильма "Шурале" (2026). Фото: Kinorium

Стоит сразу прояснить, что есть "шурале" за пределами картины Насибуллиной, - тогда будут ясны некоторые детали и поведение героев. Это существо, олицетворяющее дух леса, из тюркской мифологии, наиболее распространено в татарских, башкирских, чувашских и марийских сказаниях. Шурале, принимая человеческий облик, сбивает с пути одиноких лесных путников, заманивает в самую чащу и щекочет до смерти. Отсюда и загадочный грибник, и внезапные конвульсии Айши на сырой земле.

Или, например, еще одна особенность: лесная сущность крадет лошадей и загоняет их до изнеможения. Для спасения остальных скакунов хозяева намазывали седло смолой - дух прилипал к одной кобыле и больше не мог вредить. Отсюда обилие этих красивых белых животных в кадре, а также буквальное повторение этого старого обычая современными лесорубами (небольшие роли Сергея Гилева, Рузиля Минекаева). Словом, все нюансы отражены с предельной внимательностью и любовью к оригинальному мифу.

Кадр из фильма "Шурале" (2026). Фото: Kinorium

В 1907 году, собрав разные народные предания об этом существе, татарский писатель Габдулла Тукай написал поэму "Шурале" (кстати, по ней был поставлен первый татарский балет в 1945 году). В основе этого произведения - мысль о доминировании человеческой природы и смекалки над импульсивным и анархичным устройством природы первородной.

Но у Насибуллиной этого торжества нет. Человек на ее фоне выглядит жалким и беспомощным. Лесная стихия со своими инфернальными обитателями с холодным расчетом и без капли милосердия к роду людскому забирает то, что ей принадлежит. Природа не "сотрудничает" с человеком, и более того - ему не союзник. Поэтому нарушение собственных личных границ, если можно так сказать, она не прощает. Никому из героев не удастся перехитрить злобного духа, как это сделал джигит из поэмы Тукая. Но если смотреть по существу - никто и не пытался ему противостоять.

Сценарий был написан вместе с Игорем Поплаухиным - призером каннской программы Cinefondation (за фильм "Календарь", 2018) и автором порывистой картины "На тебе сошелся клином белый свет" о последних днях Янки Дягилевой. Вероятно, эта "бинарность" и не позволила гармонично соединить в ленте мрачную татарскую экосказку и внятное философское рассуждение о своем предназначении.

На протяжении всего фильма нам всячески пытаются дать понять: героиня неприкаянна. Ее союз с Мишей - прямо-таки то самое столкновение мужского рацио и женской стихийности, иррациональности из "Антихриста" Ларса фон Триера (даже лесные панорамы словно перекочевали оттуда). Однако здесь это, к сожалению, остается лишь на уровне схемы. Айшу угнетает приземленность ее мужчины, неспособного учуять тонкие материи. Персонаж Матвеева неуклюже пытается во всем разобраться, а героиня Насибуллиной с неестественно приоткрытым ртом лишь смотрит сквозь него пустыми глазами. Полное отсутствие внутренней динамики героини и постоянные оммажи быстро утомляют, превращая потенциально глубокую драму в череду интересных, но застывших образов.

Кадр из фильма "Шурале" (2026). Фото: Kinorium

При этом тема именно региональной идентичности подана без привычного надрыва и пафоса - этническая принадлежность здесь не продавливается как самоцель (как того часто требует повестка), а естественно прорастает в завораживающие ландшафты и татарскую речь. К тому же все это замшелое (в хорошем смысле) гипнотическое полотно неплохо дополняет разнородный каст: здесь и рэпер Хаски (по совместительству муж Насибуллиной), еще не успевший сойти с экранов в "Коммерсанте" братьев Кравчук, - правда, просто в качестве декора; Сергей Гилев, Рузиль Минекаев, Геннадий Блинов пытаются изъясняться на татарском (за что их отчитали зрители на премьере в Казани); режиссер Роман Михайлов в образе авторитета дяди Жени наводит жути, психопатически складывая губы трубочкой, и смахивает на более заторможенную версию героя Гэри Олдмена из "Леона".

Но что же в итоге с "идентичностью" и "шурале"? А он в виде рогатой тени просто навязывает эту идентичность героине. Жертва Айши сюжетно понятна, хоть и встроена в повествование весьма неаккуратно. Но в чем же оправданность этой жертвы, с точки зрения судьбы самой героини? Выходит, отдаться корням, в прямом и переносном смысле, против собственной воли, но из чувства долга - справедливо? Так ли человек обретает "свое место"? В финале получается, что так. Но уверенности, что это осознанный ответ на поставленный в середине фильма вопрос, нет.

Кадр из фильма "Шурале" (2026). Фото: Kinorium

"Шурале" - добротный этно-макет, усеянный режиссерскими заметками на важные темы, которые, к сожалению, так и не стали высказыванием.