Батальон Кривоноса: ВСУшники, попав в плен, стали воевать против Киева

На Донбассе разговоры получаются особенно откровенными. Я встретилась с теми, кто когда-то носил шевроны ВСУ, а теперь держит позиции вместе с российскими войсками. Три бойца, три непростые истории. И один общий ответ на главный вопрос: возможно ли снова нам стать братьями, а не врагами. Вот что они рассказали в тени разрушенной святыни…

Позывные: Еврей, Колпак, Тигр

Мы стоим на ступенях разбитого Свято-Иверского женского монастыря под Донецком. Вокруг - ни одной целой лавочки. И ни одного целого креста. Рядом - побитое осколками кладбище. У одного из памятников статуя осталась без головы: бетонная голова лежит тут же, в пыли и щебне. Вместе с облаками пролетают БПЛА. Российский "Орлан" или украинский "Лелека" - беспилотники, чьи силуэты в небе Донбасса видят каждый день. По звуку не отличишь. Оба летят. Свой или чужой - не понимаю. Да и не до того.

Рядом со мной бойцы батальона имени Максима Кривоноса. Позывные: Еврей, Колпак, Тигр. Еще недавно они служили в ВСУ. Сегодня воюют совместно с подразделениями ВС РФ против киевского режима.

В воздухе - запах гари и очень личная, щемящая боль. Я родилась в Николаевской области, на Украине. Смотрю на разбитый храм и невольно думаю: во что превратили мою родину… Парни рядом - тоже молчат. Они все оттуда с Украины. Из Черкасской, Киевской и Львовской областей. И для каждого из них эта война - не "картинка по телевизору", а судьба, прерванная жизнь и надежда, что когда-нибудь все это закончится.

Они хотят, чтобы все поскорее закончилось

Первый боец с позывным Еврей. Взгляд энергичный, открытый. До войны у него был бизнес. Работал с евреями, отсюда и позывной. Родом из Черкасской области.

- 24 февраля 2022 года я проснулся от взрывов, - говорит он негромко. - Мой маленький сын очень испугался. Пошел в тероборону, потом в ВСУ. Тогда я верил, что во всем виновата Россия. Просто потому, что другой стороны войны нигде нам не показывали. Украинские телеканалы транслировали максимально однобоко позицию Киева.

Эти трое парней забираются в УАЗ "Патриот". Машина уходит в сторону фронта - защищать Донбасс от тех, в чьей форме они ходили еще недавно

В плен он попал случайно. Командование отправило их на задачу, заверив: "До русских окопов - 2-3 километра". На деле оказалось - 150 метров. Бойцам ВСУ выдали один автомат, ни одной гранаты.

Еврей пожимает плечами:

- Выбора не было. Сдались.

- Страшно было? - спрашиваю я.

- Страшно. Но думал не о смерти. Думал о сыне. Переживал, чтобы с ним все было хорошо.

Из архива батальона Кривонос Фото: Из архива батальона Кривонос

Сегодня Еврей - такелажник. Это те, кто тащит на передовую снаряды. До 100 кг груза на себе, воду в канистрах, еду. К слову, рискуют не менее штурмовиков. Под обстрелами - каждый день. И подбираться им приходится максимально близко к передовой.

- Сердце екает, когда в прицеле видишь бывших сослуживцев ВСУ? - уточняю я.

- Конечно, екает. Враг - живой человек. Но это война. И мы каждый день приближаем мир, - говорит он.

И здесь - та самая мягкая, едва уловимая антивоенная мысль, которая тонкой нитью проходит через весь разговор. Ребята не хотят воевать. И убивать. Они хотят, чтобы все поскорее закончилось.

Форсаж из Киевской области стал Колпаком

Второй боец - Колпак. В ВСУ у него был позывной Форсаж - за скорость, быстрый он очень. До войны работал бригадиром в печатной типографии под Киевом. Жил обычной жизнью, пока утром в электричке на станции Киев-Волынский его не тормознули сотрудники ТЦК (военкомат).

- Сказали: пройдешь комиссию - поедешь обратно на работу. За час провели медосмотр и вечером меня отправили на военную распределительную базу, - рассказывает он.

Попал в 110-ю механизированную бригаду ВСУ. Получил приказ - следить за перекрестком в Горняке (город в ДНР), который тогда удерживали ВСУ, а российские подразделения брали в клещи.

Колпак вспоминает, как на четвертый день начался штурм города. Они спрятались в комнате. Дом разбили танковым обстрелом. Командование по рации орет: "Не покидать позиции!". А крыша уже падает.

- Мы с парнями спустились в подвал. Потом искали другое укрытие. Бежали, разбрелись, потерялись. Я остался один, - говорит Колпак. - Три ночи просидел в пустой городской поликлинике. Думал - все.

Боец батальона им. Кривоноса: "Конечно, сердце екает, когда вижу в прицел бывших сослуживцев. Но это война". Фото: Из архива батальона Кривонос

Услышал русскую речь. Приоткрыл дверь, передал свой автомат.

- Спрашиваю: "Точно меня не убьете?". Русские ответили: "Выходи".

Он вышел. Его накормили, напоили чаем, дали позвонить маме. Мама на той стороне плакала, но сказала: "Сынок, ты живой - и слава богу".

Сегодня Колпак - оператор БПЛА в батальоне имени Максима Кривоноса. Уничтожает в основном иностранную технику и наемников. Признается:

- Мне подарили второй день рождения. Теперь батальон Кривоноса - моя семья.

На Западной Украине читал русские книги

Третий - Руслан, позывной Тигр. Сам невысокий, но жилистый, накачанный - силы в нем, точно у тигра, на четверых хватит. Родом из Львовской области. Работал поваром-кондитером в пекарне. Потом недолго в Польше на заработках. В ВСУ его мобилизовали… просто когда он вышел из магазина.

- Сказали "пойдем в военкомат, обновим данные". Через два часа формальности закончились. Тут же получил статус "годен к службе", - вспоминает Тигр.

Отправили в 150-ю отдельную механизированную бригаду ВСУ. Он не скрывает: учился вместе с другими украинцами в Польше у натовских инструкторов. Не всех, но многих бойцов ВСУ обучали в Европе. Но при этом он говорит на русском чисто, без акцента. Почему? Тигр говорит:

- Книги читал на русском "Мастер и Маргарита", "Тихий Дон". Еще до войны. Фильмы советские смотрел. А потом у нас вдруг начали запрещать русский язык. Зачем?

Фото: Из архива батальона Кривонос

Он воевал. Попал в бои под Торецком на Донецком направлении. Командование бросило их с товарищем - раненых, без воды и еды. Пять дней просидели в грязном угольном сарае, пока не услышали русскую речь.

- Мы крикнули: "Сдаемся!". Меня не били, не унижали, - говорит Тигр. - Потом я сам захотел в батальон Кривоноса.

Почему батальон носит имя Кривоноса?

Максим Кривонос (был известен под прозвищем Перебейнос) - казак, военный и политический деятель, правая рука Богдана Хмельницкого. В 1648 году он громил польскую шляхту в сражениях под Корсунем и Пилявцами. Сегодня батальон его имени бьет нацистов - тех, кто запрещает русский язык, кто сталкивает братские народы, кто обогащается на тех самых западных деньгах, которые Украине дают под войну.

- Кривонос для меня - символ борьбы за правду, - говорит Тигр. - Он не воевал против простых людей. Он воевал против угнетателей. Сейчас угнетатели - киевский режим и его западные хозяева.

Никто из троих ребят не говорит громких лозунгов. Но в каждом слове - выбор. Они могли остаться в ВСУ. Могли сдаться и ждать обмена пленными. Но они взяли в руки оружие за свободную от режима Зеленского Украину. Потому что увидели своими глазами: дончане не обстреливали сами себя. Не местные жители разрушали свои дома - по Донбассу били с украинской стороны. "Аллея ангелов" в Донецке с портретами убитых детей - не выдумка.

- Я голосовал за Зеленского на президентских выборах, - неожиданно признается Колпак. - Он обещал мир. И что? Ему много раз предлагали остановить войну - он ни разу не согласился. Столько пацанов уже полегло.

И здесь, в этом разрушенном монастыре, рождается главное, что хотят сказать бывшие солдаты ВСУ, а ныне бойцы батальона Кривоноса.

Мы соседи, не враги

- Верите, что русские и украинцы снова сядут за одним столом? - спрашиваю.

- Конечно. Верю, - отвечает Еврей. - У меня одноклассники ездили в Россию зарабатывать деньги в Москве. У многих из нас родственники и там, и там. Да, у кого-то сын погиб, у кого-то брат. Осадок останется. Но время лечит. Война закончится - и будем жить мирно. Как раньше.

Он слегка улыбнулся. Рядом - разбитый храм, осколки на могилах, уходящая вдаль военная машина. Но в этой улыбке - надежда. Тихая, согревающая, как плед из родного дома. Та, ради которой и проводится спецоперация: чтобы однажды утром на Донбассе никто не просыпался от взрывов. Чтобы люди говорили на том языке, на котором хотят.

Эти трое парней забираются в российский УАЗ "Патриот". Машина уходит в сторону фронта - защищать Донбасс от тех, в чьей форме они ходили еще недавно.