Ректор Российского университета транспорта Александр Климов - о подготовке специалистов для ВСМ и новых профессиях

В условиях, когда страна формирует новый транспортный каркас, задачи по подготовке квалифицированных отраслевых кадров становятся первоочередными. Операторы автономных судов и поездов, специалисты по беспилотной авиации нужны уже сейчас. Как их готовить, адаптируя образовательный процесс под реалии рынка, на "Деловом завтраке" в "Российской газете" беседуем с ректором Российского университета транспорта Александром Климовым и первым проректором Владимиром Тимониным.

О беспилотном транспорте еще недавно говорили как о технологии из будущего. Но это будущее стремительно наступает. Успеваем ли мы готовить кадры для меняющейся отрасли?

Александр Климов: Сейчас в стране реализуется масштабный национальный проект, посвященный беспилотным авиационным системам. При этом критически важно развитие беспилотных технологий на автомобильном, железнодорожном и морском транспорте. Для примера, в мире свыше 80% грузов перевозится по морю. Переход к автономным транспортным системам потребует перезагрузки системы подготовки кадров. Пока, однако, мы находимся только в начале большого пути. Естественно, мы уже сейчас инвестируем ресурсы в новые программы обучения. У нас есть уникальное оборудование. В Академии водного транспорта, например, работает тренажерный комплекс, который позволяет проводить подготовку специалистов в области автономного судоходства. Будущие выпускники уже знакомятся с этими технологиями. Кстати, беспилотные паромы, которые сейчас перевозят грузы и пассажиров на маршруте Санкт-Петербург - Калининград, управляются специалистами, проходившими обучение в РУТ. Это первый в истории страны опыт подготовки таких кадров.

С 1 сентября во всех профильных университетах вводится единый модуль по основам беспилотного транспорта

С 1 сентября во всех профильных университетах вводится единый 18-часовой модуль по основам беспилотного транспорта. Задача - сформировать понимание, как работает эта новая отраслевая технология. Одновременно с этим ведутся дискуссии о том, каким образом должен измениться классификатор специальностей и специализаций высшего образования в ближайшем будущем. Я думаю, что уже через два-три года мы увидим большое количество абсолютно новых программ - не только в транспортных университетах, но и вообще в технических вузах. Система подготовки кадров должна соответствовать будущим технологиям.

Надо при этом учитывать, что новые решения внедряются стремительно, и в короткой перспективе основой для подготовки специалистов становится дополнительное профобразование - это точечная, целевая "настройка" кадров под те проекты и решения, которые нужны здесь и сейчас.

Уже через два года между Москвой и Петербургом должно быть запущено движение высокоскоростных поездов. Как идет подготовка кадров для ВСМ?

Александр Климов: У нас создана передовая инженерная школа "Академия ВСМ". Привлечены лучшие эксперты со всей страны. Эта структура ведет мониторинг хода строительства ВСМ. Созданная платформа позволяет понимать, что происходит на том или ином участке ВСМ. С помощью беспилотных летательных аппаратов делаем облеты трассы, загружаем информацию для использования руководителями и специалистами. В проекте есть и образовательная часть. Из разных транспортных университетов отобраны лучшие студенты-старшекурсники - более 200 человек. Их обучают по трем направлениям ВСМ - подвижной состав, инфраструктура и связь. Студенты глубоко интегрированы в проект создания высокоскоростной магистрали.

Безусловно, по мере появления новых маршрутов ВСМ увеличится потребность в квалифицированных кадрах. Будут меняться и требования к выпускникам, появляться новые инженерные направления. Когда мы говорим о движении со скоростью до 400 км/ч, то это совершенно иные подходы к строительству, созданию и эксплуатации цифровых системы связи и управления движением.

В чем сегодня состоят особенности подготовки студента-транспортника?

Владимир Тимонин: Наша главная задача - показать онтологию всей отрасли. Как работает ее экономика, что такое логистические коридоры и так далее. Например, студент может в режиме моделирования на тренажере отработать заказ на перевозку грузов из Таиланда в Мурманск. Ему нужно сделать это максимально быстро, используя разные виды транспорта, с минимальными потерями и издержками. Это хорошая база, которая реально готовит к тому, чем придется заниматься на рабочем месте. В любом случае, каждая программа - это набор ядер, который отличается у логиста, мостовика или инженера-конструктора. Также особое место у нас отведено проектной деятельности.

Специалистов, которые будут управлять высокоскоростными поездами, готовят в "Академии ВСМ" - структурном подразделении Российского университета транспорта. Фото: Сергей Михеев

Меньше месяца остается до старта приемной кампании. Какие главные изменения ждут абитуриентов?

Владимир Тимонин: Мы и еще 16 университетов вошли в эксперимент по новой уровневой модели высшего образования в соответствии с Указом Президента РФ. Для нас изменения будут весьма существенными. Бакалавриат, специалитет, магистратура - атрибуты Болонской системы - перестают существовать. Возникает понятие базового образования или просто высшего образования. Вместо магистратуры вводиться специализированное высшее образование. С точки зрения поступления принципиально ничего не изменится. Сдавай ЕГЭ, получай нормальный балл, конкурируй с другими, и поступишь. Другое дело, что теперь вуз сам определяет срок обучения - 4, 5 или 6 лет. Мы понимаем, что в информационных технологиях цикл обучения довольно короткий, поэтому 4 года достаточно. Но есть и сложные для освоения специальности с углубленной фундаментальной подготовкой, большим набором профессиональных дисциплин. Например, строительство мостов и тоннелей. Там и высшая математика, и строительная механика, и понимание современных технологий работы с конструкционными материалами. Там срок обучения 6 лет.

Эксперимент также дает нам право самим определять квалификацию. Мы должны помочь работодателю понять, кто перед ним, на какое рабочее место целесообразно принимать выпускника вуза. Еще Указ дает право вузам самим принимать решения о формате диплома.

А какой будет новая магистратура?

Владимир Тимонин: Этот уровень, несмотря на законченность высшего образования, остается. Будет называться "специализированным". Например, предполагаются программы специализированного управленческого образования. Неважно, по какому направлению студент получал высшее образование. Работа руководителя требует особой подготовки. Поэтому для будущих управленцев потребуются программы высшего специализированного образования.

Другой пример. У транспортных компаний существуют проекты развития, которые требуют подготовки специализированных команд. Это невозможно сделать на базовом уровне высшего образования. Университет создает уникальную программу для подготовки требуемых специалистов. В образовательном стандарте РУТ указано, что специализированное высшее образование может быть разных типов: управленческое, проектное, корпоративное, исследовательское. У нас есть несколько успешных примеров взаимодействия с крупными транспортными компаниями, например ОАО "РЖД", когда мы готовим специалистов под конкретные проекты развития.

Недавно было предложено наделить Минобрнауки правом позволять поступать в магистратуру только тем абитуриентам, которые закончили соответствующий профиль в бакалавриате. Что по этому поводу думаете?

Александр Климов: Пока это только предложение. Есть и плюсы, и минусы. С одной стороны, это даст возможность более глубоко, более точно и специализировано погружаться в ту или иную сферу деятельности. С другой - это все-таки серьезные ограничения. В современном мире очень ценятся специалисты, которые интегрированы в различные сферы профессиональной деятельности. Если человек хороший инженер, но при этом он на следующем уровне образования осваивает, например, углубленные цифровые технологии, то, как правило, получается очень полезный результат. Если мы стремимся к тому, чтобы у нас была эффективная и современная экономика, передовые технологии, то нужно формирование таких сложно подготовленных специалистов. В целом не очень понятно, что мы выиграем, если сделаем жесткую связку по профилям между уровнями образования. Думаю, имеет смысл обратить больше внимания на то, каким образом мы отбираем на конкурсной основе абитуриентов для поступления в магистратуру. В этом случае студенты смогут успешно осваивать насыщенные современными знаниями программы.

Целевой набор у вас большой?

Владимир Тимонин: Значительный, но он в последние годы уменьшается. Если пять лет назад целевой набор был порядка 1,5 тысяч человек в год, то сейчас около 350. Раньше целевой набор позволял человеку поступить в вуз с более низким баллом ЕГЭ. Потом государство поменяло правила. Если выпускник не отработал три года в соответствии с условиями договора по окончании обучения или его отчислили из вуза, то он обязан компенсировать стоимость обучения. Есть встречные обязательства и предприятия. Обе стороны сегодня понимают степень ответственности. И принимают более взвешенные решения.

Много ли сейчас иностранных студентов?

Владимир Тимонин: Сейчас в Российском университете транспорта учится чуть больше двух тысяч иностранных граждан. Пять лет назад их было примерно 900 человек. География широкая - 80 стран. Мы видим колоссальный прирост по Китаю - в 12 раз за четыре года прежде всего за счет совместных программ. Сейчас их 700 человек. Вступаем в партнерство с крупными китайскими вузами. Часть времени студенты учатся в Китае, затем продолжают обучение в Российском университете транспорта. Развиваем программы со странами Африки. Например, в Гане есть большой панафриканский проект по строительству транспортной инфраструктуры - новых железнодорожных путей, портов. С учетом этих планов договариваемся на высоком уровне, что мы готовим команду африканских студентов, которые по завершении обучения вернутся на родину, и вместе с нашими специалистами будут создавать современную транспортную систему. Довольно много ребят учится из стран СНГ. Эти цифры остаются стабильными последние годы. Есть образовательный проект с Азербайджанскими железными дорогами. Также наши традиционные партнеры - Монголия и Улан-Баторская железная дорога. У нас хорошие отношения с Кубой. Сейчас устанавливаем контакты со странами Южной Америки. Это для нас новый перспективный рынок.