Свой парень из Эшеры: Корреспонденты "РГ" побывали в родном селе первого президента Абхазии

Село Эшера расположено в восьми километрах от Сухума, в живописном месте - между морем и горными хребтами, изрезанными множеством русел рек. В народе его называют "президентским", потому как именно здесь родился первый президент Абхазии Владислав Ардзинба, здесь прошли его детство и юность. Здесь же, согласно его собственному завещанию, он похоронен - на территории Мемориального комплекса в память о погибших на Гумистинском фронте.

В 2024 году средней Эшерской школе присвоили его имя. Как раз учебному заведению исполнилось сто лет. Владислав Григорьевич учился в ней, в школе завучем работал его отец, и, как он потом с юмором вспоминал, последнее обстоятельство наряду с определенным преимуществом приносило некоторые неудобства: родители быстро получали информацию о шалостях сына.

Но только оказавшись на месте, начинаешь постигать истинные следы прошлого. Дело в том, что от кирпичного здания школы, в которой учился будущий лидер (построено еще в советские годы на месте старого двухэтажного особняка), остался осыпающийся скелет фасада, а новым храмом знаний вот уже несколько десятилетий служит корпус бывшей воинской части. Так что навигатор в этом случае беспомощен, отыскать ее помогли лишь разъяснения местных жителей.

К окончанию нынешнего учебного года в стенах полностью завершили ремонт. И так сложилось, что в его правом крыле размещается Эшерский музей боевой славы. Временно, пока не построят новое здание, которое включат в мемориальный комплекс. С 2005 года музей возглавляет член Союза журналистов Абхазии Марина Тванба, и все это время она кропотливо собирает и изучает материалы, связанные с Отечественной войной народа Абхазии 1992-1993 годов.

- Мы регулярно проводим памятные мероприятия с участниками тех событий - бойцами, добровольцами, родителями погибших ребят, и я всегда наготове держу бумагу с ручкой, чтобы записывать их рассказы, одним словом, веду постоянную поисковую работу, - рассказывает Марина Султановна. В следующую минуту она подводит меня к витрине, где за стеклом темнеют изъеденные коррозией стволы оружия. - К примеру, эти автомат и пистолет сельские мальчишки случайно обнаружили в 2019 году, купаясь в Гумисте (она была фронтовым водоразделом в конфликте. - Прим. ред.). Но мы же следопыты, должны знать, кому они принадлежали. Видите зеленую ленточку на штыке? Именно такие опознавательные знаки повязывали наши штурмовики, когда в ходе Мартовского наступления 1993 года форсировали реку. Конечно, ткань за это время истончилась, превратилась в нити, но цвет не изменила, притом что сталь изрядно испортилась.

В юбилейный год 80-летия со дня рождения Владислава Ардзинбы в музее создали обширную экспозицию, посвященную жизненному пути знаменитого выпускника. В зале разместили документы, газетные публикации, редкие домашние фотографии. На одной из них Славик совсем маленький, держит в руках меховой комочек щенка. На плечах мешковатое пальтишко чудного покроя, как видно, доставшееся от старших двоюродных братьев. Все-таки время было трудное. На другом снимке ему уже лет 12-13 - поднявшись на ступеньку крыльца родного дома, он почти сравнялся в росте с родителями.

Поначалу их домик был совсем простой - плетеный, покрытый дранкой - и состоял из двух комнат. Позже его неоднократно перестраивали и в конце концов возвели новое двухэтажное здание. Опалубку первого этажа сделали своими силами, покрыли крышу. Во время войны пострадала лишь кровля, вместе с родителями Владислав ее обновил, а всю обстановку сохранил прежней.

Его отец Григорий Киаминович - инвалид Великой Отечественной войны - получил тяжелое осколочное ранение в феврале 1943 года в боях за Харьков. Несмотря на выпавшие испытания, он был душевным человеком и отдал себя воспитанию детей… как своих, так и чужих - еще до призыва в армию успел три месяца проработать директором Верхнеэшерской семилетней школы. После возвращения с фронта он восстановился в своей должности, затем заведовал учебной частью и преподавал историю. Мама, Надежда Шаабановна, была ему под стать: трудилась в школе делопроизводителем и слыла замечательной хозяйкой. Согласитесь, содержать до сотни кур и всегда в случае нежданных гостей на пороге быстро и вкусно накрыть на стол - та еще задача.

В книге воспоминаний Владислава Ардзинбы "Моя жизнь 1945-2010" (издана уже после его смерти) читаю такой любопытный эпизод: "…Впоследствии у нас появилась корова, которая к себе никого не подпускала, кроме папы. Она узнавала его даже по голосу. Как только папа приходил из школы, он тотчас же, не снимая с себя костюма и галстука, шел доить ее. По этому поводу шутили, что наша корова не подпускает к себе никого без галстука".

В галерее портретов есть и фотографии первой учительницы Владислава, совсем еще юной Нуцы Лазбы, и снимок преподавательницы абхазского языка Любови Кецбы. Стоит ли упоминать, что Владислав с легкостью справлялся с учебой. Кроме того, он с удовольствием читал стихи, занимался кавказскими танцами и даже на приличном уровне освоил настольный теннис, став чемпионом Сухумского района.

Дальше фотографии сменяются, словно в стремительном калейдоскопе времени: вот кадр из беззаботного студенчества в Сухумском пединституте, куда Владислав Григорьевич поступил на историко-филологический факультет, соседний снимок сделан в период изучения хеттологии в аспирантуре Института востоковедения АН СССР (впоследствии он стал его научным сотрудником и защитил докторскую диссертацию). Новая жизненная веха - руководство Абхазским НИИ языка, литературы и истории имени Д. И. Гулиа. И наконец, глазам предстает уже более знакомый всем образ политического деятеля - сначала в качестве народного депутата СССР от Абхазии, потом председателя Верховного Совета Абхазии, а с декабря 1994 года - первого президента республики.

На мой сугубо личный взгляд, феномен популярности Владислава Ардзинбы, со временем лишь крепнущий, коренится не только в том, что в самые тяжелые годины для страны он смог объединить различные силы и отстоять государственную независимость, но еще и в том, что он никогда не стремился к особым привилегиям. Наоборот, сознательно оставался "одним из народа". Односельчане, вспоминая Владислава Григорьевича, единодушно отмечают: "Для нас он в первую очередь был человеком и только во вторую - президентом".

- Когда Владислав Григорьевич летом возвращался с работы в отцовский дом, то очень любил купаться в море, - делится Марина Тванба. - В личной охране у него состоял всего один человек, и то к берегу шел без сопровождения, там всегда его дожидались наши ребята - они играли в волейбол либо отдыхали в тени дерева. Была у него любимая собака, которую он частенько сажал на переднее сиденье своего автомобиля. А если по дороге ему встречался пожилой односельчанин, то всегда останавливался, выходил, интересовался: "Как здоровье? Как семья?" Так принято у абхазов. С удовольствием работал на земле. Допустим, посеет кукурузу, и когда подходит время тохать (то есть пропалывать), ребята предлагают: "Слава, давай мы тебе поможем". Он с улыбкой отмахивается: "Прошу вас, не мешайте мне отдыхать!" Для него физический труд - разгрузка. Представляете!

Да и сам он был убежден: власть - не привилегия, а громадный груз ответственности. Иными словами, состояние, когда ты сам себе не принадлежишь, делаешь то, что надо, а не то, что хочется. В музее хранится публикация со строчками завещания первого президента: "…Пышных похорон не устраивать. Похоронить как солдата, с почетным караулом. … Не делать никаких памятников, только надгробную плиту, на которой так и написано - Первый Президент Абхазии (дата рождения и смерти)". Все так и выполнили - его похоронили в родном селе Нижняя Эшера, а его могила представляет собой лаконичную скульптуру в форме плиты, придавливающей к земле цепь, которая связывает два меча.

Храм солнца

Возле поглощаемого деревьями остова старой школы расположены знаменитые Эшерские кромлехи - памятник мегалитической культуры. В свой приезд мы, конечно, не могли пройти мимо уникального объекта и сфотографировали ряды каменных глыб, выложенных в несколько колец. Согласно одной теории, кромлехи - ритуальные сооружения, другая гласит, что они связаны с солнечным культом и служили храмами солнца.