Почему "Волшебника Изумрудного города" Александра Волкова считали плагиатом

Условный юбилей - 135‑летие Александра Мелентьевича Волкова (1891-1977) - это не только повод вспомнить русского интеллигента, чья юность пришлась на переломную эпоху. Он честно тридцать лет отработал в системе высшего образования и одновременно оказался одним из самых востребованных детских писателей с многомиллионными (без всякого преувеличения) тиражами и огромной, как сказали бы сейчас, фан-базой. Еще это повод задаться актуальными вопросами: где граница между переводом и пересказом, плагиатом и оммажем?

Напомним предысторию. В 1930‑е годы Александр Волков - сын отставного фельдфебеля и уже к тому времени доцент математики, с целью совершенствования своего английского стал переводить и читать маленьким сыновьям "с листа" известную сказку американца Лаймена Фрэнка Баума о девочке Дороти, попавшей в волшебную страну Оз. Детям очень нравилось. Волков, имевший опыт написания художественных произведений, тоже почувствовал, что поймал волну, и написал свою сказку полностью - от начала до конца. После чего отнес рукопись самому Самуилу Маршаку - главному в ту пору по детской литературе в СССР. Честно указав при этом первоисточник. Самуил Яковлевич с его острым нюхом на талант и актуальность сразу понял: это именно то, что нужно. Так "Волшебник Изумрудного города" зажил своей самостоятельной жизнью. После первого издания 1939 года появились многочисленные переиздания, каждое из которых несло с собой небольшие переделки - вплоть до 1959 года, когда Александр Волков встретился (и в личном, и в творческом плане) с художником Леонидом Владимирским, сделавшим канонический набор иллюстраций. Так появились именно та Элли, тот Страшила и прочие персонажи, которых мы знаем до сих пор и которых уже не можем представить иными. Через четыре года, в 1963 году, появились Урфин Джюс и его деревянные солдаты-дуболомы, потом, еще через четыре года, - семь подземных королей, и так до 1982 года, когда за год до смерти 85-летний автор закончил последнюю сказку цикла, с уже откровенно коммерческим названием - "Тайна заброшенного замка" - и откровенно фантастической темой космических пришельцев.

Но насколько самостоятельной можно считать эту насыщенную жизнь девочки Элли и ее друзей? С наступлением постсоветских времен вопрос из этической плоскости перешел в юридическую и маркетинговую. Оригинальные книги "вселенной страны Оз" появились на российском рынке - и их издатели, разумеется, не скупились на красочные эпитеты в адрес цикла Александра Волкова, называя его контрафактной продукцией, дилетантской подделкой и некачественным пересказом.

Столь резкое суждение не вовсе беспочвенно. В детской литературе вообще придумать что‑то новое трудно. Коротышки Николая Носова восходят к дореволюционным "Приключениям Мурзилки (!) и лесных человечков" Анны Хвольсон (на что очень любит указывать разоблачители всего советского), а те, в свою очередь, - к лилипутам, если не фольклорному Мальчику‑с‑пальчику. Алексей Толстой написал своего "Буратино", получив заказ на краткий пересказ "Пиноккио", но увлекся и создал совершенно оригинальное произведение, в котором только при очень большой ангажированности можно разглядеть плагиат морализаторской книги Коллоди.

С другой стороны, "Аня в стране чудес" Набокова, несущая на себе все черты оригинального набоковского стиля, безусловно является переводом абсурдистской сказки Кэрролла.

В случае Волкова по степени близости к английскому оригиналу ситуация ближе к набоковской, но при этом на обложке стоит фамилия Волкова, а не Баума. Значит, все‑таки плагиат? Контрафакт должен уступить дорогу доброкачественной оригинальной продукции? Но такой тон здесь явно неуместен. Цикл из шести книг, последние три из которых имеют самое косвенное отношение к первоисточнику (у которого, кстати, тоже немало томов и продолжений, появлявшихся долго после смерти Баума), - просто невозможно назвать недобросовестным.

Представим себе, что Самуил Маршак в 1939 году, решив опубликовать понравившийся ему вольный перевод Волкова, запросил бы правообладателей по ту сторону океана. С учетом скорости тогдашних коммуникаций он дожидался бы ответа год. И, скорее всего, ответ был бы отрицательным - до того, как США и CCCP стали союзниками по антигитлеровской коалиции, частные компании шли на бизнес с большевиками с большой оглядкой. Но даже если бы он оказался положительным, как бы Маршак доказал партийным начальникам необходимость выделения "инвалюты" на покупку аполитичной сказки, в которой ни слова не говорится о победе рабочего класса над эксплуататорами? Ведь мигуны и жевуны - это несознательное крестьянство, а правящие ими феи вообще ближе к теократии, чем к капиталистам. И свергать их никто не собирается.

Так что перед Александром Волковым и Самуилом Маршаком стоял не выбор "издавать пиратским или законным образом", а просто "издавать или не издавать". Здесь уместнее провести аналогию с советскими ВИА 1970-80‑х, которые "в ноль" снимали песни западных кумиров - не платя, естественно, ни копейки авторам. Сама мысль связаться, например, с мистером Маккартни и запросить у него права на исполнение песни "Вчера" могла показаться абсурдной. Потому что советские музыканты делали это не от жадности, а от жажды донести до слушателей то, от чего сами были без ума. Это было чистой воды просветительство, а не пиратство. Конечно, нельзя ставить знак равенства между СССР 1940-50‑х и СССР 1970-80‑х, как нельзя ставить знак равенства между Л. Фрэнком Баумом и The Beatles - но посыл деятельности Волкова, автора множества оригинальных произведений для детей и взрослых, по переносу сказок Баума на русскую почву был именно такой.

Мало того: в 1996 году сам Леонид Владимирский породил такой "кроссовер", как "Буратино в Изумрудном городе" - на что он имел моральное право как создатель визуального ряда обеих повестей. И намного предвосхитив многочисленные аналогичные "кроссоверы" разных супергеройских вселенных. Вышедший 1 января 2025 года фильм Игоря Волошина "Волшебник Изумрудного города. Дорога из желтого кирпича" стал самым кассовым российским фильмом 2025 года - а уже 1 января 2027 года нас ждет сиквел "Волшебник Изумрудного города. Великий и ужасный". Так что эта дорога историй и не думает заканчиваться. И Баум, и Волков (и Волошин, и те, кто будет после) - лишь гонцы, передающие послание.