Глава Россельхознадзора Сергей Данкверт - о запретах армянской продукции и борьбе с фальсификатом

Ограничения на поставки армянской сельхозпродукции связаны не с политикой, а с отсутствием эффективного контроля качества у производителей. Россельхознадзор готовится расширять использование искусственного интеллекта для борьбы с фальсификатом, а в перспективе небезопасная продукция может блокироваться еще до попадания в корзину покупателя. О том, почему цифровые системы уже сегодня выявляют нарушения лучше человека, какие схемы подделки молочной продукции остаются самыми распространенными и насколько российский АПК зависит от импортных вакцин, в интервью "Российской газете" рассказал руководитель Россельхознадзора Сергей Данкверт.

В последнее время Россельхознадзор ввел большое количество ограничений в отношении армянской продукции. Президент Армении назвал эти решения политизированными. Что вы на это скажете?

Сергей Данкверт: Я не видел ни одного президента, который бы говорил, что ограничения не политизированы. Но в данном случае речь идет совсем о другом. У нас есть многолетняя история работы с предприятиями, результаты лабораторных исследований, данные по поставкам и выявленным нарушениям.

Проблема Армении заключается прежде всего в организации производства и контроля. Там большое количество мелких фермеров, которые выращивают продукцию и поставляют ее на экспорт. Но между производством и отгрузкой фактически отсутствует система внутреннего контроля и кооперации. Тысячи пучков зелени собираются в одну машину, после чего контролирующие органы должны проверить огромные объемы продукции. Физически это невозможно.

Мы постоянно говорим коллегам, что контроль должен начинаться не на границе, а непосредственно на этапе производства. Когда существует кооперация, производственный контроль, ответственность объединений производителей, тогда система работает эффективно. Именно этого сегодня не хватает. Поэтому причины ограничений лежат в плоскости качества и безопасности продукции, а не политики.

Россельхознадзор вводил ограничения и в отношении предприятий из других стран. Какие нарушения сегодня встречаются чаще всего?

Сергей Данкверт: Практически всегда речь идет о вопросах безопасности. Все остальное - производное от них.

У нас по каждому иностранному предприятию формируется история. Причем история не за месяц или год, а иногда за 15-18 лет. Мы видим, сколько раз отбирались пробы, какие нарушения выявлялись, как предприятие реагировало на замечания. Поэтому решения никогда не принимаются спонтанно.

Когда возникает очередное нарушение, мы оцениваем его не отдельно, а в контексте всей предыдущей работы поставщика. Именно поэтому ограничения чаще всего вводятся в отношении конкретных предприятий, а не целых стран. Если проблема носит системный характер, тогда уже начинается работа между контрольными службами государств.

Россельхознадзор вновь поднимал вопрос остаточного содержания антибиотиков и ветпрепаратов в животноводческой продукции. Насколько масштабна проблема?

Сергей Данкверт: Я бы не сказал, что ситуация ухудшается. Скорее мы стали лучше видеть проблему благодаря новым методам контроля.

Сейчас мы проводим большую работу по пересмотру регистраций ветеринарных препаратов. Многие антибиотики регистрировались 15-20 лет назад, когда существовали совершенно другие методики анализа. Сегодня лаборатории способны обнаруживать значительно меньшие концентрации веществ, чем раньше.

Поэтому мы проверяем корректность сроков выведения препаратов из организма животных. Для производителей это достаточно сложный процесс, но он необходим. Наши научные институты работают с компаниями, чтобы подтвердить или скорректировать действующие нормативы.

Кроме того, большое значение имеет прослеживаемость сырья. Крупные компании уже понимают важность этой работы. Сложнее ситуация с небольшими хозяйствами, особенно там, где молоко собирается через посредников. Если сборщик объезжает десятки дворов и смешивает сырье в одной партии, потом очень сложно установить источник проблемы.

Информационная система "Меркурий" существует уже несколько лет, однако ведомство продолжает выявлять площадки-фантомы и фиктивные цепочки поставок. Почему бизнес до сих пор находит возможности обходить систему?

Сергей Данкверт: Во многом это последствия той либерализации, которую мы сами когда-то поддерживали. Мы старались сделать максимально комфортные условия для бизнеса, чтобы предприятия быстро входили в систему и начинали работать.

Но практика показала, что часть участников рынка использует такие возможности не для развития бизнеса, а для создания фиктивных схем.

Поэтому сейчас требования к регистрации ужесточаются. Используются цифровые подписи, дополнительные механизмы идентификации, более тщательная проверка данных. Мы рассчитываем, что уже в ближайшее время значительную часть подобных проблем удастся снять.

При этом я считаю, что ответственность за создание площадок-фантомов должна быть существенно выше. Потому что речь идет не о формальном нарушении, а о схемах, которые в итоге используются для фальсификации продукции и обмана потребителей.

Россельхознадзор в последние месяцы сообщал о выявлении небезопасной продукции в школах, детских садах и больницах. О каких нарушениях идет речь?

Сергей Данкверт: Основная проблема связана с системой закупок. Очень часто побеждает не производитель, а посредник, который покупает продукцию у других посредников.

Когда начинается длинная цепочка перепродаж, риск появления фальсификата резко возрастает. При этом формально конкурс проведен правильно, цена снижена, бюджетные средства сэкономлены.

Но возникает вопрос: что в итоге получают дети, пациенты больниц и другие потребители?

Мы постоянно рекомендуем регионам анализировать историю предприятий и использовать данные прослеживаемости. Иногда лучше купить продукцию немного дороже у понятного производителя, чем потом сталкиваться с поставками продукции неизвестного происхождения.

После запуска информационной системы "Сатурн" удалось ли снизить нелегальный оборот пестицидов?

Сергей Данкверт: Работа идет, но говорить о полном решении проблемы пока рано.

И здесь мы сегодня тоже сталкиваемся с последствиями прежней либерализации регулирования. В свое время отдельные требования к проверке действующих веществ были смягчены. Сейчас сами производители говорят о росте числа подделок на рынке и необходимости более жесткого контроля.

Мы считаем, что необходимо совершенствовать законодательство и активнее использовать международный опыт. В частности, речь идет о препаратах, которые уже запрещены в других странах по экологическим или санитарным причинам. Пора бы пересмотреть и нам требования.

В прошлом году вновь фиксировались массовые случаи гибели пчел. Видите ли вы прогресс в контроле за применением средств защиты растений?

Сергей Данкверт: Эта проблема существует не только в России. Она характерна практически для всех стран, где активно используются средства защиты растений.

Даже при наличии цифровых сервисов и систем уведомления ошибки происходят. Кто-то не внес информацию об обработке поля, кто-то не получил уведомление, кто-то нарушил сроки.

Поэтому стратегически важно развивать биологические средства защиты растений. Это направление позволяет снижать нагрузку на экосистему и минимизировать риски для пчеловодства.

В прошлом году Россельхознадзор сообщал о росте числа нарушений при производстве молочной продукции. Какие схемы фальсификации сейчас наиболее распространены?

Сергей Данкверт: Сегодня одним из главных инструментов борьбы с такими нарушениями становится искусственный интеллект. У нас созданы модели, которые анализируют производственные показатели предприятий. Система знает количество поголовья, среднюю продуктивность животных, объемы произведенного молока и готовой продукции. Если из определенного количества сырья предприятие вдруг получает больше жира или белка, чем это возможно технологически, система сразу показывает отклонение.

Дальше уже возникает вопрос, за счет чего появились дополнительные объемы. Это может быть пальмовое масло, говяжий жир или другие компоненты.

Самое важное, что подобные модели работают уже сегодня. Искусственный интеллект позволяет выявлять подозрительные схемы значительно быстрее, чем традиционные проверки.

При этом проблема остается не столько в выявлении нарушений, сколько в ответственности за них. Возможности контроля растут быстрее, чем санкции за фальсификацию.

Насколько быстро искусственный интеллект сможет участвовать не только в выявлении нарушений, но и в принятии решений?

Сергей Данкверт: По сути, он уже участвует. Сегодня наши системы анализируют движение сырья и продукции по всей цепочке - от фермы до переработчика. Мы видим, сколько молока произведено, сколько поступило на завод и какой объем продукции в итоге выпущен.

Сейчас обсуждается следующий этап развития контроля. С 2027 года должна заработать система блокировки отдельных видов продукции на кассах. Но здесь очень важно не допустить ошибок. Если заблокировать всю продукцию предприятия только из-за одного нарушения, последствия могут быть крайне серьезными. Речь идет о тысячах тонн товара, которые уже находятся в торговых сетях. Это убытки производителей, ритейлеров, затраты на хранение и последующее уничтожение продукции.

Поэтому наша позиция заключается в том, что нельзя действовать механически и блокировать все подряд. Необходимо выстроить алгоритмы, которые позволят максимально точно определять действительно небезопасную или непроверенную продукцию и останавливать именно ее оборот.

Мы уже давно обсуждаем этот вопрос с правительством и профильными ведомствами. Главная задача - создать систему, которая будет защищать потребителя, но при этом не приведет к необоснованным потерям для добросовестного бизнеса.

Насколько серьезной проблемой для российского АПК остается нелегальный оборот продукции через страны ЕАЭС?

Сергей Данкверт: Здесь многое зависит от уровня цифровизации партнеров.

Наиболее эффективно сегодня работает взаимодействие с Беларусью. Казахстан также продвигается вперед. Но единая система контроля пока еще не сформирована.

Попытки обходить ограничения были и будут всегда. Это касается не только стран ЕАЭС. Любой бизнес заинтересован в снижении издержек и поиске дополнительных возможностей заработать. Поэтому задача контрольных органов заключается в том, чтобы такие схемы своевременно выявлять.

Есть ли сейчас проблемы с доступностью импортных вакцин и ветпрепаратов?

Сергей Данкверт: Я бы не говорил о какой-то критической зависимости. Если раньше соотношение отечественной и импортной продукции составляло примерно 30 на 70, то сегодня ситуация фактически обратная. Российские производители серьезно нарастили объемы выпуска.

При этом требования к ним также становятся более жесткими. Мы усиливаем контроль качества, проверяем системы внутреннего контроля, проводим дополнительные исследования.

Что касается качества препаратов, то многое определяется не страной происхождения, а соблюдением технологий производства. В этом смысле российские компании сегодня способны выпускать конкурентоспособную продукцию.

Россия активно наращивает экспорт свинины. Каковы перспективы дальнейшего роста?

Сергей Данкверт: Китай остается важным рынком для поставок свинины. Для российских производителей экспорт в Китай интересен еще и потому, что туда поставляется продукция, которая внутри страны пользуется ограниченным спросом (уши, хвосты и т.п.). Это позволяет повышать эффективность переработки и получать дополнительную выручку.

Но стратегически гораздо важнее диверсификация. Сегодня российская продукция поставляется более чем в 110 стран мира. Мы активно работаем со странами Юго-Восточной Азии, развиваем поставки в Малайзию, Индонезию, на Филиппины и другие рынки.

Главная задача - не зависеть от одного покупателя. Чем шире география экспорта, тем устойчивее чувствует себя отрасль в условиях любых ограничений и изменений мировой конъюнктуры.