Поводом стала подготовка новой Белой книги по обороне, которая должна быть опубликована до конца текущего года и станет первым подобным документом администрации президента Ли Чжэ Мёна. Министерство обороны Республики Корея 18 июня было вынуждено выступить с официальным опровержением появившихся в СМИ публикаций о том, что в новой версии документа может исчезнуть формулировка "северокорейский режим и северокорейская армия являются нашим врагом". Военное ведомство подчеркнуло, что его позиция остается неизменной.
"Сообщения о том, что рассматривается отказ от определения Северной Кореи как противника, не соответствуют действительности. Наша позиция о том, что северокорейский режим и северокорейская армия являются нашим врагом, остается неизменной", - заявили в минобороны.
Однако вскоре выяснилось, что единой позиции внутри правительства по этому вопросу нет. Министерство по делам объединения фактически выступило против сохранения подобной формулировки, и опять этот вопрос заострили журналисты. Представитель ведомства заявил репортерам, что провозглашенная администрацией Ли Чжэ Мёна политика мирного сосуществования на Корейском полуострове несовместима с определением КНДР как врага.
"Невозможно одновременно считать Северную Корею главным врагом и стремиться к мирному сосуществованию с ней", - подчеркнули в министерстве.
В ведомстве напомнили, что при прогрессивных администрациях Но Му Хёна и Мун Чжэ Ина Северная Корея не фигурировала в оборонных документах в качестве "главного врага" или "врага", и считают, что новый документ должен учитывать этот опыт. Эксперты отмечают, что спор затронул одну из наиболее чувствительных тем южнокорейской политики. Формулировки в отношении Северной Кореи в Белой книге по обороне традиционно рассматриваются как своеобразный барометр курса правительства в отношении Пхеньяна.
Термин "главный враг" впервые появился в Белой книге в 1995 году после знаменитого заявления северокорейской стороны о возможности превратить Сеул в "море огня". Впоследствии он неоднократно исчезал и возвращался в зависимости от политической ориентации находившейся у власти администрации. При президенте Но Му Хёне прямые упоминания врага были заменены более нейтральными формулировками вроде "непосредственная военная угроза". Однако после гибели южнокорейского корвета "Чхонан" и артиллерийского обстрела острова Ёнпхёндо в 2010 году консервативная администрация Ли Мён Бака вновь закрепила положение о том, что "северокорейский режим и северокорейская армия являются врагом".
Этот подход сохранялся и при президенте Пак Кын Хе. Затем администрация Мун Чжэ Ина вновь отказалась от подобной формулировки в рамках политики межкорейского диалога. Последнее возвращение термина произошло уже при президенте Юн Сок Ёле: в опубликованной в 2023 году Белой книге по обороне после шестилетнего перерыва вновь было записано, что "северокорейский режим и северокорейская армия являются нашим врагом".
После победы Ли Чжэ Мёна многие наблюдатели предполагали, что новое правительство может вновь отказаться от использования подобной терминологии. Тем более что президент неоднократно подчеркивал необходимость снижения напряженности и восстановления каналов диалога с Севером.
Однако ситуация на Корейском полуострове существенно отличается от той, что существовала во времена Но Му Хёна или Мун Чжэ Ина. Северная Корея официально отказалась от концепции единой корейской нации, провозгласила Север и Юг двумя отдельными враждебными государствами и называет Южную Корею "главным врагом". На этом фоне даже в лагере сторонников диалога растет число тех, кто считает преждевременным отказ от жестких формулировок. С другой стороны, при всей жесткой риторике Пхеньян параллельно подчеркивает подход к Югу: "Не трогайте нас вообще и мы вас трогать не будем". КНДР в последнее время не предпринимала никаких действий, которые можно рассматривать как прямые провокации против Южной Кореи. Пхеньян уже давно не проводит ядерных испытаний. Ракетные же запуски проводятся таким образом, что это не представляет угрозы окружающим странам. Точно так же те же южане испытывают свои вооружения.
Что касается спора двух ведомств Республики Корея, то пока признаки указывают на то, что министерство обороны сумело отстоять свою позицию. Южнокорейские СМИ сообщают, что вероятность сохранения в новой Белой книге формулировки о том, что северокорейский режим и северокорейская армия являются врагом, остается высокой.
Вместе с тем сама дискуссия показывает более глубокую проблему, с которой сталкивается администрация Ли Чжэ Мёна. Правительство пытается одновременно проводить курс на мирное сосуществование с Пхеньяном и учитывать новую реальность, в которой Северная Корея сама официально определила межкорейские отношения как отношения между двумя враждебными государствами.