Зачем России свой банкомат: Глава Гознака Аркадий Трачук - о технологиях будущего и спросе на наличные

Гознак к концу года завершит разработку отечественного модуля ресайклинга, отвечающего за подтверждение подлинности, прием и выдачу банкнот, и представит опытные образцы. Затем он должен пройти испытания и сертификацию в Банке России, что в итоге даст возможность создать первый полностью российский банкомат. О том, что даст рынку появление первого отечественного блока валидации, насколько инертен спрос на наличные, целесообразна ли чеканка монет и нужен ли запрет банкнот "фабрики приколов", рассказал в интервью "Российской газете" генеральный директор Гознака Аркадий Трачук.

В прошлом году Гознак объявил о совместном проекте с компанией BFS по разработке отечественного модуля ресайклинга, отвечающего за подтверждение подлинности, прием и выдачу банкнот. На какой стадии сейчас находится этот проект? Когда он будет завершен?

Аркадий Трачук: Работа идет по плану. На сегодняшний день модуль ресайклинга существует уже в качестве опытного образца. До конца календарного года мы планируем полностью завершить разработку этого решения, завершить техническую часть.

Конечно, впереди еще один этап: модуль должен пройти испытания и сертификацию в Банке России, получить одобрение на использование. Затем сам банкомат, в который будет интегрирован этот узел, также должен пройти экспертизу регулятора для допуска к работе. Но появление отечественного модуля ресайклинга даст мощный толчок к производству полностью российских банкоматов, поскольку сейчас даже у отечественных производителей все еще часто используются импортные узлы. Для технологического суверенитета страны это принципиально важный шаг. Поэтому я рассчитываю на то, что уже в следующем году появится полностью российский банкомат.

Уход иностранных вендоров коснулся и сложной техники для обработки наличности в кассовых центрах. Как здесь решается вопрос замещения?

Аркадий Трачук: Действительно, уход западных игроков стал серьезным вызовом для Банка России и коммерческих банков в части сортировальной техники. В бытовом представлении это просто "счетная машина", но на практике профессиональные счетно-сортировальные машины - это огромные высокотехнологичные комплексы. Они одновременно обрабатывают большое количество банкнот всех номиналов. Проверяют их подлинность по машиночитаемым признакам, сортируют банкноты по ветхости.

К счастью, у нас на этом рынке были хорошие заделы. Благодаря долгосрочной политике ЦБ, который даже в благополучные годы поддерживал отечественные разработки, мы за полтора-два года совершили качественный скачок. Для этого Гознак полностью реконструировал производство в Екатеринбурге на базе нашей дочерней компании. На сегодня потребность в больших счетно-сортировальных машинах закрыта полностью. Средний класс машин сейчас проходит испытания в Банке России, и в ближайшее время мы завершим их документальное оформление. Это более массовый вариант, более компактный, но способный также обрабатывать все номиналы российских банкнот одновременно. Уверен, он будет востребован у крупных коммерческих банков.

По сути, на этом направлении мы сработали проактивно. К слову, из этих же компетенций по распознаванию образов и защитных признаков выросла и наша история с разработкой валидатора для банкоматов.

В последние месяцы Банк России отмечал необычный всплеск спроса на наличные деньги, увязывая это с отключениями мобильного интернета. Насколько, на ваш взгляд, этот спрос инертен? Будут ли люди продолжать делать запасы в наличных даже после того, как отключения перестанут оказывать влияние на безналичную оплату?

Аркадий Трачук: Я бы не стал сводить динамику спроса исключительно к ограничениям в работе интернета или платежных систем. На мой взгляд, к этим вызовам ключевые игроки рынка уже адаптировались и способны предоставлять клиентам полный сервис даже в условиях ограничения связи. Если еще год назад, скажем, во время прогулки с семьей в парке покупка бутылки воды при сбое интернета могла стать проблемой, то сейчас, на мой взгляд, такие вопросы в основном решены.

Мне кажется, мы сейчас находимся в процессе поиска нового устойчивого баланса между наличным и безналичным оборотом. Спрос на банкноты будет периодически колебаться в ту или иную сторону. Это зависит от уровня банковских процентных ставок, от текущих потребностей людей в расчетах и от доступности платежных инструментов.

Важную роль здесь играют два фактора. Это и продолжение политики Банка России по повышению доступности расчетов, это и дальнейшее "обеление" экономики - организация процессов таким образом, чтобы использование наличных вне розничного сектора становилось просто нецелесообразным. В совокупности это вернет показатели спроса к тем трендам, которые сформировались ранее.

Ощущает ли Гознак влияние от колебаний спроса на наличные на свою деятельность?

Аркадий Трачук: Конечно, ощущает. Но здесь важно отметить, что Банк России управляет обеспечением наличных в экономике. Для этого формируются достаточные запасы наличных, которые территориально распределены и вводятся в обращение в нужном объеме в нужное время. Поэтому заказ на банкноты носит плановый характер. Но он всегда учитывает те общие тенденции, которые складываются в денежном обращении. И если смотреть в ретроспективе последних семи-десяти лет, то объем планового заказа на банкноты со стороны Банка России упал кратно.

А если говорить о монетах - насколько целесообразно продолжать их чеканку при высокой себестоимости производства?

Аркадий Трачук: Рассматривать этот вопрос в отрыве от роли монет в денежном обращении нет смысла. Да, всегда есть соотношение между номиналом монеты и затратами на ее чеканку. В текущем денежном ряду мы видим, что в некоторых случаях экономически целесообразнее использовать банкноты низких номиналов больше, чем монеты.

Чеканить монеты целесообразно, но они должны являться полноценной частью наличного оборота

Однако у монет есть неоспоримое преимущество - кратно более долгий срок службы при интенсивном обращении в качестве размена. Если монета полноценно участвует в обращении, возвращается в банки и оборачивается годами, то затраты эмитента полностью обоснованны.

Если же монеты оседают в копилках граждан и не возвращаются в оборот, целесообразность их чеканки вызывает вопросы. Именно поэтому Банк России проводит "монетные недели", регулярно возвращая в оборот большое количество монет. Как производитель я могу сказать: чеканить монеты целесообразно, но они должны являться полноценной частью наличного оборота.

Но есть то, что частью наличного оборота не является - речь о банкнотах "фабрики приколов". В ЦБ отметили, что хотят их запретить. Зачем это вообще понадобилось? Неужели их могли где-то принять?

Аркадий Трачук: С одной стороны, визуально такие сувенирные изделия действительно могут восприниматься человеком как платежное средство, хотя полноценной подделкой их назвать нельзя. Проблема возникла в сегменте устройств самообслуживания.

После ухода с российского рынка ряда зарубежных вендоров часть банкоматов осталась без регулярного технического обслуживания и обновлений ПО. Если злоумышленники знают особенности контроля и приема банкнот конкретным устройством, они могут адаптировать даже не самую совершенную копию под те признаки, которые проверяет валидатор. И в этот момент сувенир превращается в инструмент фальшивомонетничества.

При этом предъявить претензии к производителям таких "сувениров" в рамках действующего законодательства сложно: при обычном визуальном контроле, без специального оборудования отличить такую адаптированную подделку от "сувенира" очень сложно.

К счастью, доля неиспользуемых и необслуживаемых старых банкоматов стремительно сокращается. Российские банки активно обновляют парк устройств, повышая контроль защитных признаков. В современные аппараты, которые поддерживаются и обновляются в соответствии с требованиями ЦБ, загрузить "банкноту банка приколов" практически невозможно.

В целом наше денежное обращение защищено очень хорошо, вероятность столкнуться с подделкой в повседневной жизни минимальна. Но для Гознака и Банка России любой случай, когда фальшивка принимается устройством, критичен и требует реакции. Иногда появляются сообщения о подобных инцидентах, но это единичные случаи - буквально десятки на всю страну. Они не влияют на общую систему расчетов, но мы обязаны свести эту вероятность к абсолютному нулю.

На полях ПМЭФ Гознак подписал сразу два соглашения с Московской и Петербургской биржами. Оба этих соглашения касаются рынка золота. В чем суть этих соглашений, что Гознак ждет от их реализации?

Аркадий Трачук: Оба соглашения направлены на развитие рынка инвестиционных металлов. С Московской биржей мы зафиксировали новые подходы к оказанию кастодиальных услуг, в части хранения и переработки драгметаллов, расширив спектр нашего взаимодействия. Сегодня Гознак предоставляет практически полный комплекс кастодиальных услуг на рынке инвестиций в драгоценные металлы, за исключением аффинажа (металлургического процесса очистки драгоценных металлов от примесей и сопутствующих химических элементов. - Прим. "РГ").

С Санкт-Петербургской товарно-сырьевой биржей мы подписали соглашение о старте проекта по выводу на рынок цифровых финансовых активов (ЦФА), обеспеченных золотом. Проект очень интересный, хотя на рынке ЦФА пока сохраняется ряд непростых регуляторных ограничений, которые нам совместно предстоит преодолеть.

Как изменился спрос в приложении "Гознак.Инвестиции" на фоне недавнего динамичного и резкого роста цен на золото? Каковы перспективы золота как актива?

Аркадий Трачук: На пике ценового ралли мы зафиксировали практически двукратный рост продаж. Сейчас, несмотря на некоторую стабилизацию и коррекцию цен, мы все равно видим прирост объемов на 20% к началу года.

Золото - это мощный, но специфический инвестиционный инструмент

В структуре продаж примерно 60% приходится на слитки, около 40% - на инвестиционные монеты. При этом мы видим особый интерес к небольшим мерным слиткам, например пятиграммовым, которые мы начали продавать в начале июня.

Если говорить о перспективах, то я бы оценивал золото не на горизонте года, а на горизонте десятилетия. Это мощный, но специфический инвестиционный инструмент.

Я всегда предостерегаю розничных инвесторов от иллюзии, что золото работает так же просто и прямолинейно, как банковский депозит. Здесь бывают периоды падения цен, затяжной стабилизации, сценарии могут быть самыми разными. Но как инструмент диверсификации портфеля для долгосрочных вложений золото остается крайне привлекательным. Кто-то покупает его в расчете на рост, кто-то - для защиты капитала, а многие сейчас приобретают монеты и слитки в качестве ценного подарка. Это устойчивый тренд.

В апреле этого года правительственная подкомиссия по вопросам ИИ одобрила KPI для ведомств и подведомственных организаций по внедрению ИИ. Это имеет какое-то отношение к Гознаку?

Аркадий Трачук: Значительная часть нашей деятельности сегодня - это разработка и сопровождение государственных информационных систем, создание и эксплуатация ИТ-инфраструктуры. По обоим этим направлениям мы видим сформировавшийся запрос, связанный с искусственным интеллектом.

С одной стороны, на базе наших дата-центров (ЦОД) мы уже начали предоставлять цифровую инфраструктуру для задач ИИ нашим заказчикам. На ПМЭФ-2026 мы подписали соглашение с Росалкогольтабакконтролем о предоставлении мощностей своего ИИ-кластера для тестирования перспективных моделей ИИ, которые служба планирует внедрять в свою работу.

Мы также сейчас подбираем техническое решение для локализации работы ИИ-агентов, которые были разработаны и в настоящее время применяются в работе новой версии системы "Электронный бюджет". Опыт работы с ИИ-кластером мы позже масштабируем по завершении строительства нашего нового дата-центра в Москве. В новом ЦОДе будет выделенный сегмент, адаптированный исключительно под задачи ИИ.

Вместе с созданием этого ЦОДа мы дополнительно прорабатываем архитектурные решения по защите той цифровой инфраструктуры, которая будет решать задачи ИИ с учетом актуальных требований в сфере информационной безопасности. Аттестация этих решений позволит размещать в нашем новом дата-центре сервисы ИИ для государственных информационных систем. Ожидаем ввести первую очередь ЦОДа в эксплуатацию уже в конце 2027 года.

У Гознака есть собственный опыт внедрения ИИ в свою деятельность? Насколько эффективно, на ваш взгляд, вот это форсирование внедрения ИИ в деятельность госструктур?

Аркадий Трачук: Первый опыт внедрения ИИ в собственные процессы и продукты у нас есть. Например, в приложении "Гознак.Инвестиции" на первой линии техподдержки уже успешно работает наш собственный чат-бот. Это пока "проба пера", но мы на этом останавливаться не планируем.

Что касается оценки эффективности внедрения ИИ, здесь все зависит от того, насколько грамотно определен спектр задач, который ИИ должен решать. У нас уже есть пример его удачного применения: в новой версии системы "Электронный бюджет" уже внедрены и работают ИИ-агенты, которые помогают с рутинной процедурой формирования подбюджетных классификаций и уточнения кодов. Казалось бы, простая история, но именно там традиционно допускается больше всего ошибок. Внедрение ИИ-решения позволило нам снизить количество таких ошибок примерно на 60%.

Но, повторюсь, мы считаем, что на первом этапе перед началом внедрения ИИ очень важно заранее правильно определить, в каких бизнес-процессах и какие конкретно задачи должны решаться с его помощью. Это комплексная, нетривиальная задача, если отнестись к ней серьезно.

Чтобы помочь организациям такие задачи решать, Гознак сейчас работает над цифровым решением, которое позволит описывать все значимые бизнес-процессы предприятия или ведомства, создав таким образом их "цифрового двойника". Решение проводит анализ этих бизнес-процессов, моделирует внедрение в них ИИ. На выходе получается готовая рекомендация по тому, куда именно и в каком виде следует внедрить работу ИИ для достижения максимального эффекта. Этот проект у нас сейчас находится в стадии активной разработки. Ожидаем получить первый рабочий прототип такого решения уже в следующем году.

Вы упомянули развитие системы "Электронный бюджет". В прошлом году прошел первый этап внедрения новой версии этой системы. Когда произойдет следующий этап, чем он будет отличаться и когда планируется полностью завершить перевод на новую версию?

Аркадий Трачук: Отмечу, что речь идет не о разработке системы с нуля, а о новой версии "Электронного бюджета", которая создается на замену действующей. Это определенный технологический вызов: нам необходимо обеспечивать бесперебойную эксплуатацию модулей старой версии системы и параллельно внедрять новый функционал. К примеру, принятый бюджет на 2026-2028 годы был сформирован уже в новой версии "Электронного бюджета". Но его выполнение пока еще осуществляется в рамках функционала старой версии системы.

Как раз над новой версией функционала, отвечающего за организацию исполнения бюджета, сейчас идет работа. Cо следующего года к системе начнут массово подключаться бюджетные учреждения, что значительно расширит круг пользователей. Внедрять новый функционал "Электронного бюджета" планируем в два этапа, первый из которых предстоит весной 2027 года.

Документооборот постепенно переходит в электронную форму. Например, снижается потребность в бумажных полисах ОСАГО. Насколько сильно влияет переход в "цифру" на выручку Гознака? Как компания адаптируется к этим вызовам?

Аркадий Трачук: Влияет, и влияет сильно. Переход в "цифру" объективно снижает объемы производства традиционной защищенной полиграфии. Мы четко осознаем, что работаем на падающем рынке. Наша стратегическая задача - диверсификация бизнеса и выход в новые сектора.

Основным вектором развития для нас стало предоставление цифровых и инфраструктурных услуг. Прежде всего, у Гознака мощная, развитая и хорошо защищенная ИТ-инфраструктура, которую мы коммерциализируем. Второе направление - это как раз разработка и обслуживание госинформсистем. Только на этом направлении выручка Гознака в последние годы увеличивается примерно на миллиард рублей ежегодно.

Более того, с этого года мы начали активно оказывать услуги в сфере информационной безопасности в рамках эксплуатации ГИС - видим к этому направлению большой интерес со стороны федеральных органов исполнительной власти.