Июнь - время пугливых. Автор "Поезда в Пусан" предлагает новый образец зомби-триллера - "Колония"

Июнь, в кинотеатрах так называемый "летний репертуар" - тот, что "не грузит". Непритязательные комедии, интригующие хорроры, вот и зомби разгулялись: на экранах - "Колония". Этих зомби в жизни никто никогда не видел, остается довольствоваться фантазией тех, кто их придумал.

Как явление их закрепил в сознании зрителей режиссер Джордж Ромеро, выпустивший множество историй про как бы живых мертвяков. Они волочили ноги, трупное окоченение сковывало движения. А свои судорожные угловатые движения зомби впервые обрели в гонконгских хоррорах про "дзянши" - мертвецов-вампиров. Так постепенно сложилась в массовом сознании пугающая пластика зомби, окончательно утвержденная Майклом Джексоном вместе с хореографом Майклом Питерсом в их "Триллере".

Свой вклад в обогащение страхолюдного образа новыми деталями внес южнокорейский режиссер Ён Сан-хо в новом триллере "Колония". После его десятилетней давности фильма "Поезд в Пусан" он прославился как незаурядный мастер жанра: в замкнутом пространстве скорого поезда разворачивалась страшная драма - там разгорелась эпидемия зомби. Традиционная "заторможенность" движений зомби сменилась стремительными бросками, неестественными изломами рук, для таких ролей понадобились профессиональные танцоры и акробаты. Для нового фильма добавилась выразительная тема: безмозглые зомби, подобно муравьям, могут передавать друг другу информацию с помощью феромонов, таким образом демонстрируя подобие "коллективного сознания".

В итоге показанные Ён Сан-хо зомби мало того, что имеют тошнотворное обличье, они способны как бы слипаться друг с другом, образуя устрашающего вида сооружения, размахивающие руками и торчащими во все стороны окровавленными головами - зрелище не для нервных. Есть там даже и существующий в природе муравьиный "круг смерти", когда сбитые с толку феромоном насекомые начинают бежать по кругу, пока не погибнут от истощения. Отсюда и название фильма: колония в биологическом смысле - скопление особей одного вида (колония бактерий, пингвинов, муравьев…).

Все это нам объяснят в крепко сделанном динамичном зачине картины, когда в одном из гигантских торговых центров идет биотехнологическая конференция, на которой ученые слушают доклад о муравьях и возможном применении их "опыта" в человеческом сообществе. Мы знакомимся с главными героями и, в частности, с биохимиком Квон Се-джон (популярная корейская звезда Джанна Джун). Конфликт начинается с расхожего ныне мотива - теракта, задуманного несправедливо уволенным сотрудником биотехнологической корпорации, в прошлом талантливым ученым Ён-чхоль. Он коварно вводит гендиректору компании разрушительную сыворотку, и тот превращается в изрыгающее блевотину чудище. При этом террорист заявляет, что он является единственным носителем спасительной вакцины, поэтому его нельзя убить.

Все эти "вводные данные", повторяю, нам сообщат в зрелище динамичном и крайне интригующем - мы узнаем руку мастера, снявшего культовый "Поезд в Пусан". Его мгновенно перекусавшие другу друга и размножившиеся зомби быстро заполняют коридоры небоскреба, и немногим уцелевшим остается искать выход самостоятельно, ибо власти объявили зданию полный карантин, туда закрыт вход даже спасателям.

В такой напряженной обстановке и развивается действие триллера, по корейскому обычаю натуралистичного и безжалостного. Сказывается и традиционный скептицизм режиссера по отношению к людским моральным качествам: ищущие спасения персонажи постепенно превращаются в сборище паникующих, вконец отчаявшихся и готовых утопить друг друга существ. Развязка придет частично по естественным причинам (ждем муравьиного "круга смерти"), а частично по укоренившимся уже канонам кино эпохи победившего феминизма: самыми умными, находчивыми, отважными и деятельными в фильме оказываются женщины.

Можно отметить слегка затянутый хронометраж картины, отчего в ней возникает монотонность и оттого - сюжетные провисы. Кроме того, уже нет замкнутого пространства "поезда смерти", а на просторах небоскреба и бедствующего мегаполиса камера и особенно режиссер по монтажу кажутся растерянными: уследить за локациями и логикой происходящего становится все труднее.

Даже и уступая во многом предыдущей картине мастера, "Колония" все же представляет собой небезынтересный образец жанра, который никак не может оформиться окончательно и постоянно обрастает новыми фантазиями.