Смертию смерть поправ
Но всегда суровая к России мировая история повернулась к нам так, что задремавшая и наша всепрощающая память пробудилась. Не у всех - у многих. Именно в последние годы проснулся интерес к истине, стремление понять, как это было в самом ужасном начале. Даже детям фронтовиков сейчас за 70. И если и был упущен шанс расспросить, услышать из первых уст, то теперь, когда тяга к правде воскресла, на помощь пришли тщательные исследования ученых и только-только рассекреченные документы, казалось, заживо в архивах погребенные. Истоки Победы, добытой после 1418 дней Великой Отечественной, берут начало в подзабытых первых боях.
Разведка сообщала
Мы в деталях знаем, как бил тревогу военный разведчик Рихард Зорге. Как сообщали нам меняющиеся даты нападения антифашисты из германской "Красной капеллы". А наш единственный за всю войну агент в гестапо Вилли Леман за несколько дней назвал не только день, но и час - три утра - вероломного начала.
Но были и другие, менее известные герои. Военная разведчица-нелегал капитан Мария Полякова работала резидентом в нескольких европейских странах, в том числе в фашистской Германии. "Против нас готовится большая война", - писала она в личном послании наркому обороны Клименту Ворошилову еще в 1937 году.
А вот совсем малоизвестный факт, который приводит Полякова в своих воспоминаниях для узкого круга. Будущий генерал-лейтенант ГРУ (а тогда - майор) Иван Большаков под прикрытием нашего военного корреспондента был 22 июня 1940 года в Компьене, где французы подписали акт о капитуляции. Его отчет о состоянии немецкой армии и ее дальнейших целях был заслушан наркомом обороны в присутствии начальника Генштаба и командующих родами войск. Реакции не последовало.
Полякова жестко - так в военной среде не особо и принято - критикует генерал-лейтенанта Филиппа Голикова, считая его назначение в июле 1940 года на пост начальника военной разведки ошибкой: "Он не только не помогал нам в работе, но часто просто мешал грамотно и оперативно, быстро решать сложные задачи… Голиков испытывал страх перед Сталиным. Не мог доказать ему, что данные разведки о приближающейся войне объективны и достоверны".
Однажды по настоянию всех своих подчиненных Голиков все же доложил Сталину: по сведениям проверенного немецкого источника из Берлина, война начнется 22 июня. Сталин накричал на Голикова, обозвал его паникером. И тогда генерал начертал на сводке, которую Полякова называет исторической, резолюцию: "Возможно, деза". Его подчиненные "были шокированы этой припиской".
А за три дня до начала войны немецкий источник "ХВЦ", работавший в посольстве Германии в Москве, экстренным, применявшимся только в чрезвычайных обстоятельствах вызовом подал сигнал о необходимости срочнейшей встречи. "ХВЦ" сообщил: "Посольство получило шифр - указание уничтожить все документы и шифры и подготовиться, так как на исходе ночи на 22 июня начнется война". Но и этому сообщению теперь хорошо известного нашего друга, коммуниста Герхарда Кегеля, не поверили.
И тогда в отделе, работающем против Германии, решили самостоятельно, без приказа, перейти на военное положение. Под видом тактической игры, которые были в ту пору в моде, запустили операцию "Готовность военной разведки к началу спровоцированной войны". Точно определили одно из главных мест развертывания сил вермахта - Белоруссия. Отправили туда офицеров с задачей немедленно информировать о складывающейся ситуации по рации. Отсылали из Москвы телеграфные указания резидентам разведки на случай войны и приказы моментально реагировать на все срочные запросы. Полякова и ее товарищи не ошиблись. Сотрудники, не покидавшие своих рабочих мест и имевшие при себе так называемые "тревожные чемоданчики", через сутки, в два часа ночи, приняли шифрограммы своих радистов с границы. В ближайшие часы Германия нападет на СССР.
А сколько предупреждений о неминуемом нападении Гитлера получали из самых достоверных источников ИНО - Иностранного отдела, предтечи Службы внешней разведки! Не могу не напомнить о длиннющих и подробнейших сообщениях наших немецких друзей Старшины (офицер люфтваффе Харро Шульце-Бойзен) и Корсиканца (сотрудник министерства экономики Арвид Харнак), возглавлявших антифашистскую "Красную капеллу". Они в деталях день за днем описывают подготовку Гитлера к нападению. В сообщениях такие подробности, что усомниться в намерениях нацистов невозможно. Для вящей убедительности все они были собраны в одну папку и подписаны аналитиком внешней разведки Зоей Рыбкиной (будущей писательницей Зоей Воскресенской). Представлены наивысшему начальству 20 июня 1941 года - и отвергнуты.
Прочитал, не пропустив ни единого, эти ныне рассекреченные Службой внешней разведки документы и я. Поразительно, но сбылось абсолютно все, о чем предупреждали наши источники. И конечная омерзительная цитата из июньского выступления фашистского идеолога Альфреда Розенберга: "Понятие Советский Союз должно быть стерто с географической карты".
Таких информационных сообщений - десятки и десятки. Приведу частично лишь одно из рассекреченных. 14 декабря 1939 года Йозеф Геббельс выступил перед ближайшим кругом сотрудников. Речь его, на мой взгляд, проста для понимания всей грозившей нам неизбежности.
Для начала Геббельс предлагает "окончательно свести наши старые счеты с самой Россией". Обещает "заполучить Черное море и Балтийское, в которых мы никогда не дадим обосноваться русским". Цинизм Геббельса поразителен: "Вы задаете себе вопрос, и совершенно справедливо: "Какова наша позиция в отношении СССР?". Я вам уже сказал, что мы использовали его. И мы будем делать это так долго, пока это необходимо, - вы можете поверить, - ни минутой дольше".
Пусть прочитают эти строки лгуны-политики и карманные историки, вопящие сегодня о превентивном нападении Гитлера на Советский Союз: "Мы, впрочем, деморализовали всех, кто заключил с нами пакт. Австрия пала первая. Италии пришел конец. Испания принадлежит нам. Румыния целиком принадлежит нам в экономическом отношении. Франция и Англия уже давно чувствуют на себе политическое влияние нашего учения. СССР обречен на исчезновение со времени подписания с нами договора".
Заключительная часть выступления Геббельса по-настоящему страшна наглой откровенностью. Подлец не жалеет никого, даже союзников. "Наш экономический враг - Англия. Наш географический враг - Италия… Но нашим смертельным врагом всегда останется СССР". Под сообщением нашего друга, переправившего советской разведке этот окончательный и какой ценой не сбывшийся действительно смертельный нацистский приговор, подпись: "Верно. Нач. 5 отдела ГУГБ - Фитин". Да, тот самый начальник внешней разведки военных лет Павел Фитин. Есть и сноска от руки синими чернилами: "Этот документ направлен в ЦК ВКП(б) и СНК (Совнарком. - Прим. "РГ") СССР". О реакции получателей можно лишь догадываться.
Как было не поверить разведке - военной и внешней, бьющей в набат? Иногда и риторические вопросы уместны.
Самый кровавый первый бой
Не с потолка, а из приказа Гитлера: двадцать, в крайнем случае тридцать минут - и советские заставы должны быть смяты. По численности враг превосходил наших защитников границы в 6-10 раз, а на отдельных заставах - и в 20. И первый подвиг, не единичный, а массовый, совершили пограничники.
Они вторглись в три часа. Первые заставы пали только к девяти утра. 257 застав сдерживали мощнейшее наступление до одних суток, 51 застава - свыше 15 суток, 45 застав сражались до двух месяцев. А 82-й пограничный отряд, дравшийся на Кольском полуострове на протяжении всей войны, не уступил ни пяди, не дав чужому сапогу топтать нашу землю.
Каждый второй начальник из 1386 застав, противостоящих фашистскому напору, убит в июне - июле 1941-го, принеся себя в жертву. Больно писать: на многих заставах, которые и приняли главный удар, погибли все пограничники. Вот уж действительно смертию смерть поправ и сущим во гробех живот даровав. Гитлеровский блицкриг был сорван.
Не надо бить в литавры
Только не надо барабанного боя. Поголовного героизма не было и быть не могло. Причины - глубокие. О предательстве Сталину, Молотову, Маленкову доложили в докладной записке от 1 декабря 1941 года. "По неполным данным, за время войны (с 22 июня 1941-го. - Прим. "РГ") на всех фронтах было совершено 102 групповых перехода (на сторону врага. - Прим. "РГ") с общим количеством 1944 чел. военнослужащих". С начала войны "особыми отделами НКВД арестовано 35 738 чел., в том числе шпионов - 2343, диверсантов - 669, трусов и паникеров - 3325, дезертиров - 13 887, распространителей провокационных слухов - 4295, самострельщиков - 2358, за бандитизм и мародерство - 4214 чел.". Кара была суровой: "Расстреляно по приговорам - 14 473 чел., из них перед строем - 4115 чел.".
Героизм, битва до последней капли крови. И тысячи уклонистов от призыва, а вскоре - и дезертиров, прячущихся в тульских лесах. Так уж вышло, что именно там. Сознательный подвиг и животный страх. Да, было все.
Зло живуче
Закончилось так, как и должно было закончиться, если в войну вступает такой народ, как наш: актом о полной и безоговорочной капитуляции в Карлхорсте и Нюрнбергским процессом.
Но зло окончательно не побеждено. Русофобская идеология чертовски живуча. Из мест, где были уничтожены фашистюги, в последние месяцы звучат наглые призывы, напоминающие геббельсовские "окончательно свести наши старые счеты с самой Россией".
Свести? С нами? Вот вам…
Благодарю за предоставленные материалы пограничную службу ФСБ России, ветеранов Главного разведывательного управления, Службу внешней разведки РФ и ныне покойного генерал-майора СВР, историка Льва Филипповича Соцкова, оставившего мне часть своих личных архивов.