Дело в том, что отечественные мощности производства бензина лишь на 10-15% опережают внутренний спрос на него. ДТ у нас выпускают на 40-50% больше объемов спроса на него в России, и это основной экспортный товар в линейке нефтепродуктов.
Сейчас до 31 июля действует полный запрет на экспорт бензина. ДТ могут вывозить за кордон только производители, то есть нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ), для трейдеров экспорт запрещен. О том, что власти рассматривают возможность введения полного эмбарго на экспорт ДТ, заявил 23 июня вице-премьер Александр Новак, который назвал ситуацию на топливном рынке России "непростой, но контролируемой".
Возникшая ситуация связана с внеплановыми ремонтами НПЗ из-за массированных налетов БПЛА в мае и июне. Объемы производства топлива сократились, покупатели вынуждены менять поставщиков, есть сложности с транспортировкой.
Проблема в том, что данные по выпуску бензина и ДТ в России закрыты. Мы не знаем точно, насколько сократилось производство, поэтому приходится пользоваться внешними источниками информации. По достаточно пессимистичной оценке Reuters, оно упало на 25%. Даже если принять эту цифру, то такое снижение критично для внутреннего рынка по бензину, но вроде не критично по ДТ.
Как заметил в беседе с "РГ" зампред Комитета Госдумы по энергетике Юрий Станкевич, полный запрет на экспорт дизельного топлива - это жесткая и достаточно радикальная мера, поэтому ее эффект будет зависеть от сроков действия и параметров регулирования. В краткосрочном периоде она способна стабилизировать оптовые цены и частично снизить давление на розницу. Однако в России цены на АЗС во многом регулируются демпферным механизмом (субсидии нефтяникам из бюджета за поставку топлива на внутренний рынок по ценам ниже экспортных) и налоговой нагрузкой. Поэтому резкого падения цен ожидать не стоит - скорее замедление роста или умеренную коррекцию.
Системного дефицита дизеля в России сейчас нет, уверен Станкевич. Периодически возникают локальные перебои - из-за логистики, ремонтов НПЗ или сезонного роста спроса (уборочная, северный завоз). Запрет экспорта сам по себе проблему логистики не решает. Он увеличит ресурс внутри страны, но если узкие места - это транспортировка по железной дороге или региональная инфраструктура, то ускорение доставки будет ограниченным.
По мнению управляющего партнера NEFT Research Сергея Фролова, в России сейчас на топливном рынке наблюдается самый серьезный дефицит за всю новейшую историю. Нехватка ощущается по всем основным видам топлива, кроме сжиженных углеводородных газов (СУГ) и мазута. При этом эксперт считает, что никакие запреты не решат этот вопрос. А в части ДТ, по которому традиционно был системный профицит производства, это только снизит остроту проблемы.
Схожую оценку запрета делает зампред Наблюдательного совета Ассоциации "Надежный партнер", член Экспертного совета конкурса "АЗС России" Дмитрий Гусев. Мера позволит пополнить запасы ДТ, поможет сельхозпроизводителям и промышленным потребителям, уверен он.
В прямую на поставки и цены бензина запрет экспорта ДТ, конечно, не влияет. Но для НПЗ это серьезный сигнал, что нужно сдерживать рост цен на все виды топлива любыми возможными способами. Как поясняет Сергей Терешкин, запрет на экспорт ДТ будет гораздо более чувствительным для российских НПЗ, чем запрет на экспорт бензина. Дизель остается одним из двух ключевых экспортных нефтепродуктов - наряду с мазутом, но при этом маржинальность производства и экспорта мазута ниже, чем аналогичный показатель для дизеля.
Поэтому посыл сверху НПЗ не считать не смогут. Другое дело, что сам запрет экспорта ДТ несет в себе риски для всей отечественной нефтепереработки. Станкевич полагает, что если нефтяные компании потеряют маржу на экспорте дизеля (традиционно более маржинального продукта), их общая рентабельность переработки может снизиться. Это усиливает зависимость от демпферных выплат по бензину. При неблагоприятной конъюнктуре такой подход создаст дополнительное давление на бюджет или потребует корректировки механизмов регулирования. Кроме того, есть риск затоваривания рынка, если запрет будет длительным (более 1-2 месяцев) и совпадет с периодом слабого внутреннего спроса.
Схожее мнение высказывает Терешкин. Запрет экспорта ДТ даст эффект только в том случае, если будет кратковременным - не более чем один квартал. В противном случае отрасль увидит не только сокращение нефтепереработки, но и сокращение добычи.
Причем, как подчеркивает Станкевич, снижение загрузки НПЗ приведет к пропорциональному сокращению выпуска всех нефтепродуктов, включая бензин. Поэтому при затяжном запрете экспорта ДТ возможно и косвенное влияние на предложение бензина - не из-за падения спроса, а из-за технологического сокращения переработки.
Иначе оценивает ситуацию Фролов. Ни о каком затоваривании сейчас даже речи нет - необходимо не допустить коллапса на внутреннем рынке, считает он. Запас прочности нашей нефтянки практически достигнут, через какое-то время проще будет не ремонтировать НПЗ, чем вводить его и получать снова удар через несколько дней. По бензину и авиатопливу еще вчера нужно было срочное принятие мер, которые Минэнерго предлагало еще в марте. Этот пакет мер позволил бы не допустить: лимит на топливо для физлиц (кое-где оно сейчас вообще не продается им), распределение объемов исходя из значимости для функционирования всей транспортной системы.
Только срочное насыщения рынка импортным топливом на время ремонта выбывших НПЗ может решить вопрос физического доступа к ресурсу и снижению цен, уверен Фролов. До этого времени, даже административные меры не смогут сдержать рост цен ни в опте, ни в рознице.
Здесь нужно сказать, что помимо запрета экспорта ДТ, правительство рассматривает и другие меры поддержки внутреннего топливного рынка. В том числе, по данным СМИ, речь идет о поправках в Налоговый кодекс, которые позволят получать демпфер некоторым (уполномоченным) компаниям, поставляющим импортное топливо. Это нивелирует разницу стоимости между импортным и отечественным топливом. Также рассматривается возможность выплат по демпферу для средних и малых НПЗ, которые производят автомобильный бензин за счет смешения прямогонного бензина (первичный продукт нефтепереработки) с иными компонентами.
Особое мнение высказал Гусев, предложивший подойти к вопросу стратегически - снизить потребление бензина в стране в пользу других видов топлива. Это можно сделать, убрав Утилизационный сбор, НДС и пошлины за ввоз в Россию импортных дизельных легковых автомобилей. Потребление ДТ вырастет, а спрос на бензин снизиться.