Глава "РУССОФТ": Необходимо менять налоговые решения для ИТ-компаний разных направлений

По данным отраслевых ассоциаций, темпы роста российского рынка ПО замедляются. Насколько это тревожный сигнал для индустрии?
Валентин Макаров: Я бы пока не говорил о снижении объема рынка - снижаются именно темпы его роста. После начала активного импортозамещения, продажи российского ПО росли примерно на 30%-35% два года подряд, затем рост составил около 20%, а по итогам 2025 года рост составит 10-15%. Это отражает две тенденции. Во-первых, рынок постепенно насыщается. Многие базовые импортные решения уже заменены. Во-вторых, из-за высокой ключевой ставки и переохлаждения экономики у заказчиков становится меньше возможностей закупать программные продукты и услуги.
Важно понимать, что программное обеспечение не относится к "товарам первой необходимости". Оно помогает работать эффективнее, но в период экономической неопределенности заказчики часто откладывают такие расходы. Поэтому замедление роста закономерно, хотя для индустрии ПО это, конечно, не самый благоприятный фактор.
Какие проблемы сегодня наиболее болезненны для российских разработчиков ПО?
Валентин Макаров: Главная проблема в том, что государство применяет одинаковое налоговое регулирование по отношению к компаниям индустрии разработки ПО и к компаниям, разрабатывающим ПО не для продажи на рынке, а для собственного потребления. Но эти две категории работают по совершенно разным бизнес-моделям. В результате крупные экосистемы и платформы, которые разрабатывают ПО прежде всего для собственных нужд и получающие доход от торговли, рекламы, транспортных и иных услуг, конкурируют с компаниями своих сегментов экономики и побеждают их за счет пользования налоговыми льготами разработчиков ПО. В результате у государства складывается впечатление о росте отрасли ПО, хотя в этой отрасли совсем не так быстро растут компании, которые живут исключительно за счет продажи своих программных продуктов и услуг по их разработке.
Когда государство вводит единые налоговые решения для всех, последствия оказываются разными. Для компаний, которые только разрабатывают и продают ПО, рост налоговой нагрузки означает сокращение ресурсов на новые разработки и снижение конкурентоспособности. У второй, гораздо более весомой по объемам продаж группы компаний из сегментов торговли, транспортных услуг и т.п. остается доступ к гораздо большим ресурсам и проектам в основных сферах их деятельности.
Отдельный вопрос - снижение порога применения упрощенной системы налогообложения (УСН). Для многих малых технологических компаний это обернулось дополнительной нагрузкой, увеличившейся кратно. Мы видим, что часть таких компаний испытывает серьезные трудности, становится банкротом или покидает российскую юрисдикцию. А ведь именно малый бизнес часто является самым инновационным сегментом экономики.
За счет чего российская индустрия ПО сможет расти дальше, если потенциал импортозамещения постепенно исчерпывается?
Валентин Макаров: Все большее значение приобретает работа на дружественных рынках. До 2022 года экспорт ПО занимал уверенную позицию в совокупной выручке российских софтверных компаний, но после 2022 года пришлось менять географию экспорта, вследствие чего экспортная выручка снижалась на 15-25% в год в течение 2022-2023 годов. Но российские компании начали активно осваивать новые рынки дружественных стран, несмотря на все сложности, связанные с санкционным давлением и проблемами в проведении платежей. По нашим данным, в последние годы экспорт сначала стабилизировался, а по итогам 2025 года мы фиксируем рост на 10%. Этот тренд подтверждается данными ЦБ, которые говорят об изменении тренда экспорта за последние 2 года почти на 45% (от снижения экспорта в 2024 г.на 30% к росту экспорта в 2025 на 14%). Это означает, что в условиях охлаждения экономики индустрия не может рассчитывать только на внутренний рынок. Российским разработчикам необходимо активно выходить за рубеж и искать новые источники роста, чем они и занимаются.
Какие российские ИТ-решения сегодня наиболее востребованы за рубежом?
Валентин Макаров: Наибольший интерес вызывает не отдельный программный продукт "в коробке", а комплексные технологические решения и сам опыт достижения технологической независимости.
За последние годы Россия доказала, что способна заменить значительную часть зарубежного ПО собственными разработками и обеспечить кибербезопасность и работоспособность цифровой инфраструктуры. Для дружественных стран это выглядит очень привлекательно. Они задают простой вопрос: как вам удалось за несколько лет построить собственный технологический стек и обеспечить его безопасность и устойчивость? Мы тоже так хотим - помогите нам.
Поэтому востребованы не столько отдельные конкретные продукты, сколько компетенции в создании доверенных программных систем, включая инфраструктурное ПО, средства кибербезопасности и приложения, в целом обеспечивающие цифровой суверенитет и построения независимых ИТ-систем.
Какой формат международного сотрудничества вы считаете наиболее перспективным?
Валентин Макаров: Мы все больше говорим не о классической продаже ПО зарубежным клиентам, а о трансфере технологий. Суть подхода в том, что мы не просто продаем готовое решение, а локализуем его вместе с партнером, обучаем специалистов, открываем часть технологий и создаем совместные предприятия.
В обмен мы получаем доступ к крупным зарубежным рынкам, многократно превосходящим российский по масштабу. Такая модель позволяет не просто продавать продукт, а становиться частью национальной технологической экосистемы другой страны.
Какая государственная поддержка необходима для продвижения российских ИТ-решений за рубежом?
Валентин Макаров: Для поддержки традиционного экспорта необходимы финансовые и нефинансовые инструменты поддержки экспорта, которые давно используются во всех странах: кредитование покупателей, страхование экспортных поставок, предоставление гарантий, льготное финансирование, маркетинговая поддержка и участие в международных проектах.
Но если говорить о трансфере технологий и создании совместных предприятий, то здесь особенно важны инвестиции. Необходимо финансирование проектов за рубежом, возможность участвовать в капитале совместных предприятий и создавать инфраструктуру для долгосрочного присутствия на иностранных рынках.
Кроме того, крайне важны люди на местах - партнеры, которые знают местную культуру, законодательство и рынок и заинтересованы в успехе проекта.
Какие страны сегодня выглядят наиболее перспективными для российских ИТ-компаний?
Валентин Макаров: В первую очередь это крупные государства, которые стремятся к технологической независимости и обладают значительным внутренним рынком. Среди них Индия, Индонезия, Вьетнам, Египет, Бразилия и ряд других стран Глобального Юга.
Эти государства заинтересованы в снижении зависимости от американских и отчасти китайских поставщиков. Для них российский опыт представляет большой интерес. Кроме того, во многих странах сохранилось позитивное отношение к России еще со времен советского сотрудничества, и это помогает выстраивать доверительные отношения значительно быстрее.
Какие задачи стоят перед ассоциацией в ближайшие годы?
Валентин Макаров: Наша главная задача - создать устойчивые каналы технологического сотрудничества с дружественными странами и масштабировать уже работающие модели взаимодействия. Сейчас мы развиваем такие механизмы в Индии и планируем расширять их на Вьетнам, Бразилию, Индонезию и другие государства.
Кроме того, мы видим большой потенциал в образовательном сотрудничестве. Многие страны заинтересованы в российском инженерном и ИТ-образовании. Подготовка специалистов, которые знают российские технологии, язык и культуру, помогает формировать долгосрочные профессиональные связи и укрепляет позиции российских разработчиков на международных рынках.
Наша цель - сначала показать успешные примеры такого сотрудничества на практике, а затем добиваться их масштабирования в странах БРИКС при поддержке нашего государства.

