По словам вице-премьера Александра Новака, спрос на топливо в стране вырос на треть, что спровоцировало дополнительную загрузку АЗС. Ограничения помогут увеличить поставки топлива внутри страны. Решение принято для поддержания стабильной ситуации на российском топливном рынке. Также Новак сообщил, что с начала июля начат импорт нефтепродуктов.
Сложности с поставками топлива в России начались на фоне сезонного роста спроса и остановок нефтеперерабатывающих заводов (НПЗ) из-за внеплановых ремонтов. Это привело к росту цен в опте и рознице, а также повышенному спросу на топливо в ряде регионов.
Ранее запрет экспорта ДТ касался только трейдеров, прямые производители, то есть НПЗ, поставлять его за границу имели право. А вот полный запрет на экспорт бензина был введен еще в апреле этого года, поскольку его выпускается в России в два раза меньше, чем дизеля. Кроме того, бензина в России производится всего на 10-15% больше, чем требуется внутреннему рынку. Выпуск же дизеля на 40-45% выше внутреннего спроса.
Как заметил в беседе с "РГ" генеральный директор Open Oil Market Сергей Терешкин, запрет на экспорт, по всей видимости, призван насытить цепочку поставок ДТ. Действующих мощностей, даже с учетом внеплановых ремонтов НПЗ, достаточно для насыщения внутреннего рынка. Но теперь, когда экспорт запрещен, у НПЗ не будет иной альтернативы, кроме как поставлять топливо российским потребителям.
Дело в том, что экспорт дизельного топлива остается более выгодным для его производителей в нашей стране, чем поставки на внутренний рынок. А с учетом выпадающих из-за ремонтов НПЗ объемов поставки за границу могут начать идти в ущерб внутреннему рынку. Поэтому и введен их запрет.
Что касается цен на АЗС, то, по мнению генерального директора компании "ДА-Консалтинг" Даниила Тюня, все принимаемые правительством меры: запрет экспорта, импорт нефтепродуктов, производство топлива более низкого экологического класса, направлены не на снижение цен, а на то, чтобы не допустить дефицит и ликвидировать очереди на АЗС.
Схожий взгляд у зампреда Наблюдательного совета Ассоциации "Надежный партнер", члена Экспертного совета конкурса "АЗС России" Дмитрия Гусева. Основная задача - обеспечить доступность топлива для населения и бизнеса. А цена в любом случае будет зависеть от рынка, считает он.
По оценке Тюня, в июле на АЗС дизель может прибавить в цене литра еще около 1-2 рублей, а бензин - 2-4 рубля в проблемных регионах. Но без принятых мер рост мог бы быть вдвое выше.
Как отмечает доцент Финансового университета при правительстве РФ Валерий Андрианов, цены на АЗС крупных нефтяных компаний мало зависят от объема экспорта и определяются в ручном режиме, с учетом общей инфляции в стране. Прямой реакции тут не будет. Независимые же сети АЗС (более половины заправок в РФ) вынуждены привязывать свои цены к биржевым котировкам, и поскольку запрет экспорта может сдержать рост цен в оптовом звене, им будет проще удерживать цены и на своих заправках.
Здесь стоит уточнить, что среди озвученных Новаком мер по поддержанию стабильности на внутреннем рынке топлива был назван переход независимых АЗС на прямые договоры с НПЗ, минуя трейдеров. Но как это будет делаться, пока не совсем понятно. Независимым придется полностью перестроить логистику, которой они часто даже не занимались, оставляя ее трейдерам, а для крупных НПЗ - это увеличение административной нагрузки и, возможно, издержек. И то и другое едва ли приведет к снижению цен.
Еще один нюанс связан с техническими особенностями производства нефтепродуктов. Из тонны нефти нельзя сделать только бензин или только ДТ. Из нее получается "корзина" светлых и темных нефтепродуктов. Если производство дизеля начнет снижаться из-за затоваривания рынка, начнет падать и выпуск других видов топлива, а в худшем случае это может отразиться на нефтедобыче. При этом запрет на экспорт ДТ будет гораздо более чувствительным для российских НПЗ, чем запрет на экспорт бензина. Дизель остается одним из двух ключевых экспортных нефтепродуктов (наряду с мазутом).
С точки зрения эксперта по энергетике Кирилла Родионова, долговременный запрет чреват сокращением нефтедобычи. Дизель является более маржинальным видом нефтепродуктов, чем мазут, и более "массовым" с точки зрения экспортных объемов, чем автомобильный бензин. Поэтому запрет вряд ли будет столь же долгим, как в случае с бензином, запрет на экспорт которого фактически стал постоянным.
Терешкин уверен, что если запрет будет ограничен периодом в два месяца, то на динамике нефтедобычи это никак не отразится, тем более что сокращение нефтепереработки, как правило, приводит к росту экспорта нефти при одновременном сокращении нефтепродуктов.
Тюнь полагает, что запрет на экспорт дизеля может работать без серьезного ущерба для внутреннего рынка только как короткая аварийная мера - примерно до конца июля, максимум - на 4-6 недель. Если держать его дольше, проблема начнет разворачиваться против самой нефтепереработки: НПЗ теряют экспортную маржу, складские мощности забиваются дизелем, а при невозможности вывезти избыток компании начнут снижать загрузку установок.
Что касается импорта, то главным образом речь идет о бензине. Поскольку цены на него за рубежом выше, чем в России, правительство приняло решение, что демпфер (компенсацию из бюджета части разницы стоимости топлива внутри России и его экспортной ценой) смогут получать импортеры топлива. Мера позволит не разгонять внутренние цены, а также сделать такие поставки выгодными для посредников. Ранее демпфер могли получать только российские и белорусские НПЗ.
Корректировки, внесенные в июне в российское законодательство, позволят распространить на импортное топливо те же механизмы, которые действуют для отечественного, поясняет Андрианов. Получится не привязывать стоимость топлива в рознице к мировым ценам. Благодаря этому можно будет избежать повышения цен не только на АЗС российских нефтяных компаний, но и у независимых сетей.
По оценке эксперта, России может потребоваться от 300 до 450 тыс. тонн бензина в месяц. Белорусский бензин уже поставляется в Россию. В июне объемы его поставок достигли исторического максимума - 141 тыс. тонн (что в 2,4 раза больше майских показателей). Дополнительные объемы необходимо искать в других странах. В первую очередь эту будет Индия, закупающая российскую нефть и располагающая крупными нефтеперерабатывающими мощностями. Также не исключены поставки из Китая и Турции.
По мнению Тюня, в мягком сценарии России нужно 200-300 тыс. тонн бензина в месяц, чтобы закрыть отдельные региональные провалы; в стрессовом, если НПЗ быстро не восстановятся, - 500-700 тыс. тонн в месяц. Основные источники - Беларусь как самый логичный и близкий поставщик. Казахстан - точечно, в небольших объемах, если позволит собственный баланс, Индия - морем, как дорогой, но быстрый аварийный канал. Но Индия не станет системным поставщиком: возить бензин оттуда в Россию - это признак дефицита, а не нормальная экономика. Также возможны отдельные партии из Туркменистана, Азербайджана или через трейдеров в Азии.
Главный риск, который важно не упустить: запрет экспорта дизеля и импорт бензина - это не решение корневой проблемы, а покупка времени. Корневая проблема - падение доступной переработки, подчеркивает эксперт.