Законопроект часто называют облегченным или компромиссным, поскольку в первой его версии говорилось о пошлинах 500%. Хотя, на деле, размер пошлин после уровня 50% значения уже не имеет. Это заградительный тариф, в случае его применения к какому-то товару, в Америку (крупнейший рынок сбыта продукции большинства азиатских и европейских стран) он уже не попадет.
Впрочем, дело даже не в цифрах. Главное в том, что президент США Дональд Трамп фактически сможет единолично принимать решения о торговых войнах. Начинать и заканчивать их, не оглядываясь на всякие там Сенаты и Палаты представителей. Причем Россия здесь выступает в роли, не только объекта, против которого направлены санкции, но и как инструмент давления на третьи страны. Стоит ли говорить, что такой механизм недобросовестной конкуренции можно использовать как в интересах американской экономики, так и бизнес-интересов, личных или близкого круга. То есть, весьма странный законопроект для "оплота демократии", которым считают себя США.
Важный нюанс в том, что принятие законопроекта не означает моментального начала действия санкций. На самом деле под вывеской борьбы с нефтяными доходами РФ через Конгресс протаскивается расширение полномочий президента США в мировой экономике. Росчерком пера он сможет определять, какие страны заслуживают экономического процветания - покупать нефть и газ у России, и торговать с США, а какие, нет.
Также примечательно, что ничего не известно о механизме выбора крупнейших импортеров нефти и газа из России. На сегодня, если исходить из объемов поставок, по нефти - это Китай, Индия, Турция, Словакия, Венгрия. По газу - Китай, Турция, Франция, Япония, Венгрия. Но по данным Reuters со ссылкой на неназванного участника разработки законопроекта, Турция в нем не упоминается. Зато есть Бельгия и Азербайджан. И вполне можно допустить, что крупнейшими импортерами нефти и газа из РФ будут назначаться страны лично Трампом, по одному ему известному принципу.
Как заметил в беседе с "РГ" глава Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов, с большой долей вероятности, законопроект будет принят. Документ этот очень специфический. Он не вводит санкции, а наделяет правом президента США их вводить в любой момент. Никаких сомнений, что этим правом он воспользуется, нет. Хотя бы как инструментом психологического устрашения, чтобы улучшить свои переговорные позиции с той же Индией или Китаем.
Схожее мнение у доцента Финансового университета при Правительстве РФ Валерия Андрианова. Законопроект выдвинут обеими партиями - демократами и республиканцами, и его поддерживает администрация Трампа, поэтому скорее всего он будет одобрен, поясняет он. Поскольку закон не предполагает немедленного введения новых пошлин, его принятию никак не помешают события на Ближнем Востоке. Пользоваться своим правом применять соответствующие санкции Трамп вряд ли будет до момента общей стабилизации нефтяного рынка, то есть до полной разблокировки Ормузского пролива. Ведь приближаются промежуточные выборы в Конгресс (в ноябре этого года) и рост цен на бензин в США стал бы для них плохим фоном.
Андрианов считает, что этот закон нужен США не для того, чтобы наказать Россию, а для того, чтобы иметь дополнительный рычаг давления на Пекин и Нью-Дели. Но против Китая Трамп едва ли введет пошлины. Это привело бы к немедленному удорожанию электроники, бытовой техники, одежды и автокомпонентов в США. В результате средняя дополнительная налоговая нагрузка на одну американскую семью выросла бы на 1,5-2,5 тыс. долларов в год. А ВВП США потерял бы 0,8-1,2% роста.
С Индией ситуация сложнее - США уже вводили против нее заградительные пошлины. Новый закон позволит при желании вновь устанавливать их быстро и без лишних юридических проволочек, и точно так же быстро демонтировать - в случае, если Нью-Дели пойдет на политические и экономические уступки Вашингтону.
Не повлиять на наш экспорт нефти применение таких санкций не сможет. По словам генерального директора компании ДА-Консалтинг Даниил Тюня, главный риск для России заключается не в потере рынков Индии и Китая, а в ухудшении переговорной позиции. Ни Индия, ни Китай не заинтересованы в отказе от российской нефти, поскольку она позволяет им снижать стоимость импорта и поддерживать конкурентоспособность собственной переработки. Однако они получат дополнительный аргумент для требования более глубоких скидок, более выгодных условий оплаты и доставки. Резкого сокращения физических объемов закупок не случится, но усилится давление на цену российского барреля.
Эксперт допускает, если закон будет принят, но останется резервным инструментом, дисконт российской нефти Urals к Brent увеличится примерно на 2-4 долл. за баррель. Если же США начнут применять 100% пошлины против крупнейших покупателей российской нефти, дисконт способен расшириться на 8-15 долл. за баррель относительно существующих сейчас уровней (23.5-24.5 долл. за баррель).
С точки зрения Андрианова, в случае разблокировки Ормузского пролива дисконт на российскую нефть и так устремится к своему максимуму. Но он не может расти бесконечно, он ограничен себестоимостью производства нефти, ценой фрахта и механизмами, которые необходимы для обхода финансовых санкций (цепочка посредников съедает значительную часть стоимости поставок). Поэтому дисконт в районе 25-30 долларов - это предел. Отдельные партии могут продаваться и с еще большей скидкой, но в целом порог именно таков. И никакие дополнительные санкции и ограничения не смогут сделать дисконт еще больше.
При этом эксперт подчеркивает, что еще один негативный момент американского законопроекта для России заключается в том, что он может ограничить диверсификацию экспорта. Любой стране, закупающей у России энергоресурсы, придется делать это с оглядкой. Если у нее есть какие-либо разногласия с США, она может оказаться в зоне риска применения пошлин США. То есть опять-таки дело не в российских энергоресурсах, а в расширении возможности США давить на любых оппонентов. При этом Белый дом может закраивать глаза на сколь угодно большие поставки российских энергоресурсов, если это "кому надо поставки", иронизирует Андрианов.