
Во-первых, что такое Мураново? Это подмосковная усадьба, которая когда-то принадлежала поэту Баратынскому, а затем оказалась под крылом Тютчевых. Сегодня здесь музей-заповедник.
Во-вторых, о какой такой железной дороге речь? О Ярославской, по которой пол-Москвы продолжает ездить на дачи. Вот только во времена поэта ближайшей к тютчевскому семейному уголку Муранову были Талицы, нынешняя станция Софрино. Станция Ашукинская, от которой мы теперь добираемся до старинной усадьбы, появилась позднее.
И вот что удивительно - больше века прошло, а будто ничего не изменилось. Ровно двадцать лет назад во время сильнейшей грозы случился страшный пожар, усадьба сильно пострадала, героически тогда спасали все музейное добро. Но вот сейчас - как не бывало ничего: те же станции, та же усадьба. С храмом, усадебным домом, кучерской, амбаром, даже с прачечной - на живописном бережку. Уголок нетронутой России, даже горизонты тянутся за речку Талицу, их и сегодня будто ничего не перекрыло.
Кстати, сам Федор Иванович, похоже, до усадьбы сына и невестки так и не доехал. По крайней мере, кроме семейных преданий тому подтверждений нет. Зато его потомки здесь живут до сих пор. С одним из них, прапраправнуком поэта Василием Бегининым, мы прогулялись по тенистым аллеям Муранова.

Василий Евгеньевич, что сложнее сохранить в старой усадьбе: вещи, здание, документы или интонацию места?
Василий Бегинин: Здание и все постройки, являющиеся деревянными. Все-таки наш климат не предполагает долгое их использование без всякого ремонта. А с нашим областным бюджетом работникам музея-усадьбы остается надеяться на себя самих и, возможно, еще на чудо. "…Но сердце верит в чудеса", как писал Федор Иванович Тютчев. Вот мы и верим, и храним…
А музей сегодня, по-вашему, должен быть исключительно хранителем памяти? А как же переменчивое время, новые культурные смыслы?
Василий Бегинин: Музей всегда должен оставаться хранителем подлинной истории. Организуя различные фестивали и программы, мы всегда остаемся в контексте истории места. А "культурных смыслов" в Муранове предостаточно, их не надо специально изобретать - надо просто уметь "доставать" их из своих запасников. Так что - не создаем, но преумножаем то, что у нас есть в изобилии.
Как меняет время культуру восприятия посетителями таких исторических мест?
Василий Бегинин: Сто лет назад, после революции (а музей был основан в августе 1920 года), посетителям было интересно попасть туда, где они, возможно, прежде не бывали, посмотреть, "как барин жил". Со временем публика стала больше интересоваться литературной составляющей. Ныне же я замечаю, что посетителей привлекает бытовая часть и ставшая популярной в последнее время усадебная культура. Никто особо не знает, что это такое, но все хотят с ней познакомиться и приобщиться. Летом многие посетительницы одеваются как-то сообразно их представлениям о том, как должна выглядеть усадебная барышня. Мне видится, что сейчас мы снова оказались где-то между группами 1-го и 2-го поколения посетителей прошлого века, нежели как-то продвинулись вперед.

Во всех старинных усадьбах есть свои тайные места. Где они в Муранове, расскажете?
Василий Бегинин: Среди главных тайных мест усадьбы, как ни странно, "бабушкин флигель", в котором я живу. Об этом многие посетители даже не догадываются. Конечно, мы стараемся не привлекать понапрасну внимание, и в целом удается сохранять определенный баланс между музейным объектом и жилым домом.
Стоит обратить внимание и на "розовую аллею" - два ряда кустарников роз, которые ведут к северной веранде главного дома. В этом году, наконец, здесь высажен сорт, своим запахом напоминающий тот самый, исторический, что я помню с детства. Так что, стоя среди этих роз, можно вполне почувствовать себя в атмосфере усадьбы XIX века… А вообще лучше приехать в усадьбу и послушать ее обитателей и сотрудников здесь: многое словами не опишешь - надо увидеть, почувствовать.
Вы продолжаете дело своего деда Николая Ивановича Тютчева - основателя музея. Что для вас сейчас - предмет исследования?
Василий Бегинин: Важно найти и донести ее наиболее достоверную историю. Конечно, по возможности в деталях выяснить, как именно была спасена усадьба в послереволюционное время. Кроме версии о небесном заступничестве Великой княгини Елизаветы Федоровны, в которую мы безусловно верим, хочется немного больше материальных подробностей. Раньше этим не занимались, а теперь и спросить уже некого.
О каком будущем для Муранова вы мечтаете?
Василий Бегинин: Идеальное будущее нашей усадьбы я все так же вижу во взаимодействии семьи и музея. Притом что музей станет, наконец, получать финансирование - не просто согласно статусу музея областного подчинения, а согласно его действительной ценности. Как музей, который призван сохранять основы национального культурного кода той самой России, у которой по Тютчеву "особенная стать" и в которую уже который век "можно только верить".
Александр Богатырев, директор музея-заповедника "Усадьба Мураново имени Ф.И.Тютчева":
- Мураново - дом двух поэтов, и их гений здесь ощущается в полной мере. В кабинетах хранятся мемориальные предметы, созданные Евгением Абрамовичем Баратынским, и перевезенный из Царского Села рабочий стол Федора Ивановича Тютчева со всем его содержимым. Мы можем увидеть "камеру мирового судьи" - так называли кабинет сына поэта, Ивана Федоровича Тютчева, где он решал самые разные судебные тяжбы.
На втором этаже дома - кабинет внука поэта, Николая Ивановича Тютчева, отражающий талант коллекционера и создателя музея, человека, который смог уберечь дом и обстановку в самые непростые времена.
Еще одно "место гения" - кабинет Ивана Сергеевича Аксакова, фигуры, чрезвычайно значимой для русской культуры. Будучи председателем московского Славянского комитета, он стал первым биографом Федора Ивановича Тютчева, сохранившим для нас подробную историю жизни великого поэта.

К счастью, структура усадьбы в Муранове не нарушена современными постройками. Здесь нет ощущения, что историческое пространство обрамлено современной инфраструктурой или превращено в удобную туристическую декорацию. В усадьбе не отдельный дом-экспонат, а среда: дом, парк, хозяйственные постройки, ландшафт, перспективы. Все это вместе и создает эффект перемещения во времени.
Конечно, люди узнают в музее-усадьбе что-то новое. Но важнее всего - они уходят с новыми переживаниями: это останется с ними навсегда. Да, несколько лет назад мы провели совместно с IPQuorum и Строгановской академией оцифровку предметов мебели. Это чрезвычайно важно с точки зрения технологии реставрации, это помогает с большей точностью сохранять предметы коллекции. С другой стороны, диджитал-формат отвечает потребностям тех, кому достаточно знаний с экранного носителя. В помощь им мы аккуратно вписали и рендеры (3D-модели, преобразованные с помощью современной компьютерной графики в изображения высокого качества - прим. ред.) в пространство нашей экспозиции. Большее - я считаю здесь лишним.
В конечном счете никакой интернет не заменит живого впечатления от старой усадьбы, хранительницы времени.
1 и 2 августа в усадьбе в третий раз пройдет музыкально-этнографический фестиваль "Поле Фолка". Он объединит детские, народные, джазовые коллективы с исполнителями инди, рэпа, электронной и этнической музыки. Среди участников Алексей Архиповский, Сергей Старостин и Татьяна Бондаренко, группа "Видеоигры", ансамбль "Комонь". Ведущая фестиваля - Тутта Ларсен.

Для зрителей будет организован фермерский фудкорт, ремесленный маркет, выставка промыслов. Более того, по словам продюсера фестиваля Анастасии Шишкиной, в этом году будет развернут полноценный кемпинг, которым бесплатно сможет воспользоваться любой желающий.
Ожидается, что "Поле фолка" станет одним из самых ярких и посещаемых событий этого лета в Подмосковье. "В первый год был такой уровень адреналина, что мы даже не задумывались будет ли второй фестиваль или нет. Мыслили проще: если получится сейчас - будем думать дальше. И у нас получилось. Теперь ежегодно количество публики увеличивается примерно на 50%", - рассказала Шишкина.