Танк Т-55 с "Мосфильма" получил от морпехов позывной "Убийца"

На Сумском направлении, где в небе постоянно кружат дроны, а земля изрыта воронками, воевал танк, который когда-то стоял в павильонах "Мосфильма". Его передал фронту лично генеральный директор киноконцерна - известный режиссер Карен Шахназаров. Бойцы 810-й бригады морской пехоты дали танку звучный позывной "Убийца". За его 170 выстрелов в сутки и дальность стрельбы до 17 километров - это дальше, чем стреляют многие современные танки. Корреспондент "РГ" провела сутки с командиром минометной батареи с позывным "Искандер", чтобы узнать, как старый киношный танк стал грозой для ВСУ и почему в этой войне побеждает не только оружие, но и смекалка.

Сюда приезжаешь, и сразу забываешь про тишину. Она то и дело прерывается: то загудит в небе наш беспилотник "Герань", то звонко закричит рация. Местные жители уже не прячутся по подвалам - привыкли. Но морпехи 810-й бригады морской пехоты (входят в группировку войск "Север"), которые встретили меня на окраине села, привыкать не собираются. Они делают свою работу, чтобы эта тишина однажды стала настоящей - мирной.

Командир минометной батареи Александр с позывным "Искандер" сейчас командует 65 бойцами. Фото: Анна Ковалева/РГ

Рядом ремонтная база. Когда мы стоим у бетонной стены ремзоны, разговоры сами собой идут о войне. 1418 дней - столько длилась Великая Отечественная. 1568 - Первая мировая. А эта… Сколько еще? Никто не знает. Парни в камуфляже говорят: "Будем воевать, а там посмотрим". Но глаза у них горят не фатализмом, а той спокойной злостью, которая бывает только у профессионалов.

В бетонном ангаре, где пахнет соляркой и жженым металлом, я услышала историю, от которой в Москве, наверное, ахнули бы киноведы. Историю танка с "Мосфильма", который стал "Убийцей".

"Шахназаров сказал: забирайте"

Командир минометной батареи, зовут Александр (позывной "Искандер"), открывает дверь. Ему 37 лет. За плечами - 13 лет спецназа, капитанская пенсия. Потом - пошел добровольцем на СВО, пулеметчиком. И оказался в 810-й бригаде. Сейчас командует 65 бойцами.

- Был у нас танк. Нам его передали с киноконцерна "Мосфильм", - рассказывает он буднично, как о поставке тушенки. - Говорят, режиссер Шахназаров лично связался с Министерством обороны. Сказал: "На "Мосфильме" есть военная техника, берите".

В 2023 году киноконцерн отдал армии 28 танков Т-55, восемь плавающих танков ПТ-76, шесть БМП и восемь тягачей. Эти военные машины стояли на хранении еще с середины 90-х. Их берегли для съемок. Один из них, сошедший с конвейера на заводе в 50-х годах (именно тогда Т-55 приняли на вооружение Советской армии), прошел здесь столько испытаний, что их хватило бы на целый фильм.

- Т-55 - это старье? - переспрашиваю я.

- Для прямой наводки - да. У него небольшая 100-мм пушка, - говорит "Искандер". - Но у него ствол нарезной! А у современных "Арматы" Т-14 и у "Прорыва" Т-90М - гладкий. Понимаешь, наш "старичок" бьет на 17 километров, современные танки - меньше.

Как поднять танк носом к небу: история Т-55

В Судже Курской области, когда выбивали ВСУ, "Искандер" и его ребята работали на этом Т-55. Во дворе разрушенного частного дома (хозяева, к счастью, уже уехали) бойцы соорудили из бревен эстакаду и подъем.

- Заехали на танке, задрав его нос под 70 градусов, - показывает руками "Искандер". - И давай работать. Вы только вдумайтесь: 170 выстрелов в сутки! Рекорд, за это его и прозвали "Убийца".

Мы садимся на ящики из-под снарядов. "Искандер" рассказывает главное.

- Шли бои на Сумском направлении. Танк работал с закрытых позиций. У нас в тылу 150 вэсэушников. Окружение. Нас - шестеро.

- У вас же танк, почему не стреляли? - спрашиваю.

- Мы бы просто погибли или сгорели там. Принял решение: вытащить клин затвора на танке, это все равно что вынуть ключ зажигания из автомобиля и унести его с собой. Мы этот клин спрятали, - говорит Искандер. - Сделали танк "не БГ" (небоеготовым). И ушли. Все живы.

Он замолкает. За стеной слышно, как где-то далеко рвется мина.

- А через время, когда это место уже было нашим, мы вернулись. Представляете? Клин затвора так и лежал. Забрали. А сам Т-55 ВСУ перед уходом подожгли. Он горел. Мы восстановили. Потом он снова горел… У него было много жизней.

Работают по технологии, но без долгих согласований

Здесь, в ремзоне, я знакомлюсь с Димой с позывным "Мордер". У него звание младшего сержанта, но уверенность, как у главного инженера. Его бойцы возвращают к жизни орудия (пушки и минометы), которые на передовой вышли из строя.

Младший сержант с позывным "Мордер" рассказывает о восстановлении поврежденного орудия. Фото: Анна Ковалева/РГ

- Смотрите, - показывает он на одно из них. - Осколки, попадания дронов, постоянная нагрузка - техника на передовой работает на износ. Обычно такой ремонт занимает недели, а то и месяцы: везти в тыл, ждать очереди, заполнять бумаги... Но мы сделали иначе. Организовали свою мастерскую прямо здесь, под боком у передовой.

Технология ремонта налажена и заточена под оперативность. Фото: Анна Ковалева/РГ

Парни из 810-й бригады наладили процесс так, что ремонт занимает дни, а не месяцы. Работают по технологии, но без долгих согласований.

- Мы торопимся, - говорит Мордер. - Если орудие надолго выбывает, пехота остается без прикрытия. А они - наши ребята. Поэтому мы делаем все, чтобы техника как можно быстрее вернулась в строй.

Смотрю на застывшие капли металла на бетонном полу, на инструменты, на уставшие лица. От того, как работает этот парень и его бойцы на ремзоне, зависят жизни штурмовиков. Они всего в десяти километрах отсюда.

Работа в ремзоне не прерывается, ведь от их скорости зависят жизни штурмовиков. Фото: Анна Ковалева/РГ

"Козерог" - прототип "Града"

Отдельный разговор - про "Козерога". Вот он стоит тоже на ремзоне. Это установка, которая имитирует реактивную систему залпового огня БМ-21 "Град". Начали с одной трубы, приварили сваркой, потом сделали две, теперь вон - четыре трубы сварили.

- Везти огромную машину БМ-21 на передовую? Это долго, да и к тому же дороже, - объясняет Мордер. - А "Козерог" мы затащили в лес, замаскировали. Противник думает, что это "Град" стреляет, поднимает в воздух дроны, а мы уже отстрелялись и ушли. Одна труба весит порядка 100 кг, четыре трубы - это 400 кг. Не так много.

Кто-то варит, кто-то просто сидит на ящике с закрытыми глазами - у ребят нет сил даже на разговоры. Руки в черных потеках, лица серые от усталости, но никто не останавливается. Я отошла в сторону. "Искандер" подошел прощаться. Он уже собрался уезжать на позиции, задержался только чтобы показать мне "Козерога".

Установка "Козерог" имитирующая реактивную систему залпового огня БМ-21 "Град". Фото: Анна Ковалева/РГ

Мы вышли на улицу. В небе снова гудит наша "Герань", идущая на цель.

- Вы спрашивали про Шахназарова, - говорит "Искандер". - Если встречу, расскажу ему эту историю. Чтобы он знал: его "Мосфильмовский" Т-55 не просто стоял в ангаре. Он воевал. Он горел, тонул в грязи, выживал. И бил врага.

Сейчас в бригаде остался еще один Т-55, но тот, самый первый, сгорел окончательно.