Как в кузне выковалась идея сельского музея специальной военной операции

Первый на Урале деревенский музей СВО создают в селе Тыгиш, что в ста километрах от Екатеринбурга. Место под него местные жители выбрали не официозное, как это обычно бывает: при местной администрации или школе, - а предпочли территорию если не магическую, то знаковую: близ сельской кузни.

Местом силы уральского села кузня стала весной нынешнего года, когда здесь закипела работа над памятником погибшим в СВО героям. Автор проекта кузнец Андрей Воробьев, как и все односельчане, называет пятиметровый монумент ласково - Журавушка. Над возвышающимся в небо мощным стальным дубом в полете кружат 500 журавлей - у каждого на крыле выбито имя бойца, даты жизни и воинский позывной.

Сейчас в полумраке кузни продолжается процесс рождения журавушек. И выглядит он действительно мистически: в горниле печи кусок обычной арматуры накаляется докрасна и под тяжестью молота в искрах и пламени рождается символическая душа очередного героя.

- В следующем году над дубом закружат новые стальные птицы. Пришло уже множество новых заявок от матерей погибших бойцов. Узнав про наш памятник, пишут со всех краев страны и просят увековечить имя ребят. Это их боль, и я уже просто не могу переключиться на другое. Для меня стальные птицы как миссия перед людьми и историей, - объясняет мне Андрей.

Перед тем как в кузне начало расти железное дерево, она походила на обычное рабочее место мастера ковки. Конечно же, не без флера таинственности: у входа - горн, наковальня, множество подсобных инструментов, кажется, вышедших из средневековья. Вдоль стен - сабли, копья, пики и прочее старинное оружие, названий которых, как выяснилось, я даже не знаю, копии исторических амуниций, изготавленные Андреем для любителей реконструкций битв прошлых веков. На полке расправил крылья строгий железный орел, а рядом - прожектор. Тот самый, киношный, который дает фокусирующий свет. "Это моя главная лампочка, которая помогает прорабатывать мельчайшие детали, в том числе чеканить имена на крыльях стальных птиц", - объясняет Андрей.

Над возвышающимся в небо мощным стальным дубом в полете кружат 500 журавлей - у каждого на крыле выбито имя бойца, даты жизни и воинский позывной. Фото: Татьяна Андреева/РГ

Я попробовала внести свою лепту в процесс рождения птичек: взяла нужную литеру и нацелилась молотом весом в три кило для удара. Сорвалось: инстинкт самосохранения не дал ударить со всей силы. "Это естественно. Здесь столько пальцев до крови разбили..." - прокомментировали осечку.

По специальности Воробьев - метеоролог. Окончил в конце прошлого века университет, но по профессии ни дня не работал. Как он шутит, "романтизму не хватило". По распределению хотели отправить на Землю Франца-Иосифа, но он предпочел уйти служить в армию. А по возвращении домой устроился электриком на огнеупорный завод в Богдановиче. Там заглянул в кузнечный цех и понял - это его. К тому же, изучив родословную, Андрей узнал, что тяга к огню, можно сказать, у него в крови: прапрадед и прадед были кузнецами, передавали свое умение по наследству. Дед тоже был кузнецом, но передать мастерство не успел: погиб под Кенигсбергом за неделю до конца Великой Отечественной. Наследственность, видимо, дала о себе знать, и, заприметив в соседнем селе пустующую колхозную кузню, Андрей выкупил ее у хозяйства и всей семьей переехал в деревню.

Бизнесом свое дело до сих пор не признает, хотя бытовых заказов из разных регионов хватает, считает пристрастие к огню и стали образом жизни, в который он уже вовлек и жену, и сына-подростка, и восьмилетнюю дочь. На видео снято, как белокурая Лада лихо управляется со сварочным аппаратом, приваривая крылья к журавликам. Семейное дело породило семейное хобби: все Воробьевы - поклонники исторических реконструкций, особенно эпохи похода Ермака на Урал.

- В то время казачья форма выглядела не так, как мы привыкли видеть на картинках и фотографиях. Например, у воинов были латы, которые крепились на кожаную амуницию. Когда мы только начинали проводить бои, никто не хотел играть татар или ногайцев. Но через некоторое время в Сухом Логу появился военно-патриотический клуб "Тхан", участники которого изображают исключительно татар. Хотя, насколько мне известно, среди них нет ни одного этнического татарина, - раскрывает Андрей детали погружения в историю.

Первый на Урале деревенский музей СВО создают в селе Тыгиш, что в ста километрах от Екатеринбурга. Фото: Татьяна Андреева/РГ

Двор вокруг его кузни не однажды становился площадкой фестивалей исторических реконструкций. Благодаря этому два года назад деревенское подворье вошло в новый туристический маршрут Среднего Урала "Изумрудное кольцо". И хотя мастерство ковки далеко от самоцветного блеска, полюбоваться горном и наковальней с удовольствием приезжают гости, а Воробьев планирует украсить территорию железными скульптурами героев фэнтези. Правда, сейчас его захватила другая страсть: открыть через стенку с кузней музей героев СВО. Тех самых, что увековечены в журавликах.

В задуманное окунулся, как всегда, с головой. Никаких документов на грант или иную поддержку из бюджета оформлять не стал. Рассказал об идее друзьям-единомышленникам, и они всем миром взялись за дело.

- Уже выгребли из помещения весь хлам, обшиваем стены, меняем полы. Те, кому строительные работы не по плечу, собирают информацию о героях, переписываются с родителями, чтобы получить фотографии, артефакты, детальные рассказы о подвигах, - поделился с нами один из единомышленников и участников проекта Денис Тарабаев.

Общественники хотят успеть до конца лета, но ни к каким датам или событиям, как это частенько принято в официальных структурах, свою задумку не подгоняют. "Память - явление мистическое. Она не подвластна разнарядке. Пробьет час - и все получится", - философски заявил Андрей, окидывая взором пока еще неприкаянную строительную площадку.