Бойцы здесь делают нечто. Хотя сами называют это просто "ежом". Такая защита от FPV-дронов ВСУ сегодня чуть-ли не главная на передовой.
Сварка во все стороны. Под ногами - земля, пропитанная соляркой. В центре этой ремонтной зоны, в большой армейской палатке, прямо внутри стоит танк Т-80БВ. Вокруг него, в снопах искр - люди. Они не смотрят на искры. Я смотрю.
"Проходите, подальше только, - говорит заместитель командира войсковой части по вооружению с позывным "Сибирь". - Искры, они такие. Могут прожечь берцы".
Он родом из Западной Сибири. Вот и взял себе такой позывной. На вопрос "как дела?" пожимает плечами: "Специфика у нас своя. Ремонтная".
Мы идем между следующих палаток. Танки ревут все громче, их все больше. Похоже на дальний гром, но Сибирь даже головы не поворачивает. Привык уже.
Он останавливается у кучи металла. Лежит стальной профиль - уголок 75 на 75. На один танк уходит до 150 метров разных направляющих, и 20-30 метров стального профиля. Противодронная защита танка начинается с того, что будут варить каркас.
"Видите, - говорит Сибирь. - Начинают. Ребята варят каркас на танк Т-80. "Обварка", как мы говорим. "Ежи" появились где-то полгода назад. Их делают не только в нашей ремроте. Не мы придумали "ежа". Нам показали - мы сделали. А потом начали совершенствовать технологию. Потому что танкисты приезжали и говорили нам: "Слушай, мне обзор перекрывает, ни черта не видно". Или: "Тяжело в лесу развернуться - цепляюсь "ежом" за деревья".
Здесь, на ремзоне, каждый танк - как личность, к нему нужен подход, как к человеку. Или как к ежу.
Рядом с соседней палаткой - механик электрического оборудования взвода бронетанковой техники с позывным "Бурый". Он огромный, под два метра, розовощекий, но с добрыми глазами. Родом с Русского Севера, из Архангельской области. Позывной у него очень медвежий.
"Мы можем не только это, - он говорит устало, но с чувством выполненного долга. - Двигатель заменить - без проблем. На танках Т-72, на Т-80. Ствол поменять тоже. Был у нас случай, ствол танка осколками от дрона посекло. Мы за ночь поставили новый. Но главное - вон мы делаем иголки для "ежа".
Бурый поднимает с земли тросы. Они уже нарезаны. Собраны в пучок. А эти пучки издалека похожи на иголки у ежа. Сделать противодронную защиту - процесс трудоемкий. Столько иголок!
"Мы собираем тросы в сотни пучков, - показывает Бурый. - Потом их привариваем к каркасу. Танк становится со всех сторон колючий".
Я смотрю на конструкцию. Она похожа на колючую броню. Металлические пучки и тросы торчат в разные стороны, как иголки разозленного дикобраза. Т-80БВ "модернизируется" прямо на моих глазах в полевых условиях.
Спрашиваю, сколько ударов дронов выдерживает такая защита. "Недавно пригнали этот танк, - показывает он. - Экипаж говорит: "В нас тридцать FPV-дронов ВСУ попало". Тридцать штук, представляете? Я сам не поверил. Залез внутрь танка проверил - все целое. Экипаж - живой. "Еж" как ангел-хранитель".
Он замолкает. Смотрит в сторону, где за палатками впереди передовая: "Это ведь главное. Чтобы ребята вернулись живыми-здоровыми". Бурый говорит это тихо. Почти шепотом. Я понимаю: на самом деле он говорит не о танках, а о жизнях тех, кто в них воюет.
Мы проходим дальше. Пятеро бойцов с кувалдами. Рядом лежит пес. Он положил голову на лапы. Пес не просыпается даже от ударов кувалды. Может уже оглох от грохота снарядов.
"Противник не дремлет, - говорит Бурый. - У них все та же тактика: дроны-"ждуны". Они сидят вдоль дорог на передовой. Танк едет - дрон взлетает. Пытается попасть в него".
Теперь, по его словам, все иначе. "Еж" встречает "ждуна" на подлете. Дрон или путается в иголках и просто висит, как муха в паутине, или взрывается о трос на безопасном расстоянии от брони. Ударная волна расходится. Экипаж танка внутри вздрагивает. Ну а как не вздрогнуть…
У каждого из бойцов своя зона работы. На изготовление одного "ежа" уходит 4-5 дней. Если срочно - можно за двое суток. Танкисты, которые сидят и ждут, тоже могут помогать, делать пучки и иголки.
Вес противодронного "ежа" - от тонны до двух. Утяжеляет танк. Габариты тоже конечно становятся больше, за счет "иголок" на 1,5-2 метра (с каждой стороны по 70-90 см). Передвижение танка в узких местах в лесу становится сложнее. Но живучесть вырастает в разы.
Бурый стоит у гусеницы танка, пытается улыбнуться. Вспоминает молодость. С 2014 по 2018 год служил в 76-й Псковской дивизии в разведроте. Но потом решил уйти из армии. Ему нравились двухместные небольшие самолеты - легкие, красивые. Он строил для них ангары в Подмосковье. Потом 2022 год… СВО. Донбасс. Там как раз были бои за Артемовск. Там же он подорвался на мине. Хорошо, ребята вытащили его с передовой. Ангел-хранитель не бросил.
После госпиталя его перевели сюда в ремонтную роту на Харьковское направление. Он не просился сам - так сложилось. "Я бы снова пошел в штурмовики, мне нравилось там, - признается он. - Но здоровье уже не то. Последствия ранения мешают. Поэтому мое место теперь в ремзоне".
Отворачивается, смотрит на танк, который через два дня уйдет на передовую. Говорит, что в экипаже - в основном молодые ребята. Они не просят жалости. Они просят, чтобы все сделали надежно. Технология "еж" - это не новое изобретение. Это ответ. Ответ на вопрос, который каждый день задают себе здесь тысячи людей на войне: как выжить под дронами?