Время такое - надо сделать чуть больше

Герой России и лидер предвыборного списка партии "Единая Россия" Евгений Поддубный в интервью генеральному директору ТАСС Андрею Кондрашову, показанном в эфире "Вестей", рассказал, как становятся военными корреспондентами, почему Россия не бьет по Банковой и о пророссийских настроениях в украинских городах.

"Даже вопросов не стояло, что делать в профессии"

В какой-то момент я увидел программу "Международное обозрение" с материалом о Ближнем Востоке. Я влюбился, это какой-то удивительный мир. Это было первое прикосновение к международной журналистике. А потом я увидел репортаж из сектора Газа. И про себя подумал: "Какая же это крутая работа - быть военным корреспондентом". Ну, наверное, с тех пор вот и захотелось стать. А потом началась вторая чеченская кампания. И многие друзья, кто постарше, ушли воевать. Я тогда начинал делать первые шаги в профессии. Вообще даже вопросов не стояло, что делать. Было единственное место, где правильное применение. Это Северный Кавказ. И я делал все возможное, чтобы там работать, и у меня получилось. Вот уже 24 года.

Чемпион Белгорода - подтягивался 39 раз

Я родился в обычной советской семье. Мама - учитель, папа - инженер. И детство-то было такое очень камерное. Типично советское. Был двор, и я знал всех жильцов дома. Был турник обязательно. Вокруг него крутилась вся жизнь. Я был чемпионом среди школьников Белгорода. Подтягивался 39 раз. Был у нас военрук во дворе, дядя Паша, который занимался с нами начальной военной подготовкой по собственной инициативе. А рядом был большой завод "Энергомаш", где работал мой дед после Великой Отечественной войны, всю жизнь. Белгород - это вообще рабочий город. После войны разрушенный абсолютно. И после войны город строился вокруг заводов. Поэтому город трудовой. Я давно уехал из Белгорода, мне было 19 лет. И очень часто я стал бывать на малой родине, когда началась спецоперация. Белгород стал прифронтовым регионом.

В Харькове "шепот" довольно громкий

Харьков всегда был русским городом. В 14-м году киевский режим начал активный процесс вымывания коренного населения. Завезли сотрудников СБУ из западных регионов. А затем начали переселять людей из западных областей в Харьков, чтобы снизить уровень пророссийских настроений. Хотя до сих пор они велики, и мы это называем "шепот". Вот есть "шепот Киева", "шепот Харькова", "шепот Житомира". Это наши люди, они находятся под большим давлением и в обстановке серьезной опасности, но продолжают тихо выходить на связь и очень нас ждут. В Харькове "шепот" довольно громкий.

Воюют люди, разговаривающие на одном языке

Ничего страшнее войны, чем СВО, я не видел. В уровне ожесточенности и в совокупном количестве сил и средств: наших и противника. И, конечно, в том, что воюют люди, которые разговаривают на одном языке. Россия сейчас - самая воюющая и мощная армия в мире. Мы видим, насколько армия круто использует современные возможности. Вот мы на голову в плане качества огневого поражения превосходим противника. Потому что если сравнить результат огневого поражения, то он несоизмерим. Но слава богу, что наш результат касается военных объектов, энергетики, только тех, которые непосредственно задействованы в вооруженном конфликте. Противник сосредоточен на других целях. И в физических целях, и в итоговых целях огневого поражения. В этом смысле я очень рад, что у моего государства есть огромное моральное преимущество. Мы не ставим перед собой цель любой ценой посеять в украинском обществе страх. Мы деремся честно. Мы бьем только по объектам, связанным с украинскими военными. Нам нужно уничтожить вооруженные силы противника. И это понятная и прямая цель.

Мы не ставим цель посеять страх в украинском обществе. Мы деремся честно. Уничтожаем вооруженные силы противника. Это понятная и прямая цель

Почему мы не бьем по Банковой и по Верховной раде?

Ну от Верховной рады на Украине ни черта не зависит, чего по ней бить? Бесполезное место. Куда важнее ударить по предприятию, которое производит беспилотники. От него действительно зависит ситуация на переднем крае. У противника другая парадигма. Они бьют по тем целям, которые нас будут раздражать, злить, растягивать, будут сеять панику, страх. Но ничего, мы точно справимся. Мне удивительно, как люди там, которые очень хорошо понимают, какие мы на самом деле, вообще втянулись в эту историю. Код внутренний, он сработает, и он уже работает. Это видно.

"Мы умеем набирать твердость, когда ее неоткуда взять"

Когда кажется только хуже, у нас начинаются какие-то обратные процессы, мы становимся только крепче. И вроде враг уже думает: "Все, мы создали нечеловеческие условия для этих людей!" А в этих нечеловеческих условиях у нас порог повышается, и закалка работает как сталь, которую закаляют.

Мне кажется, что вот в этом смысле, да, мы умеем набирать твердость, когда кажется, что ее неоткуда взять.

При одном условии: мы сами с собой должны быть максимально честны.

Законы хорошие, но включается человеческий фактор

Очень часто у нас хорошие законы, но включается человеческий фактор, и здравый смысл куда-то уходит. И иногда это касается участников и ветеранов СВО. Многие обращаются, говорят: "Слушай, ну комичная ситуация: закон на моей стороне, а я не могу ничего добиться". И ты начинаешь эту веревочку, на которой много узелков, развязывать. И каждый узелок - это просто человеческая вредность, человеческая лень, безразличие, нежелание выйти из зоны комфорта. Ну, человек работает, делает ровно то, что должен. А надо сделать чуть больше. Сейчас время такое, надо делать чуть больше, хотя бы чуть, - и тогда будет лучше.

"Без рефлексии мужики встали и пошли воевать"

Есть часть общества, которая по первому зову встала на защиту страны, наплевав на комфорт, на то, что можно лишиться жизни. Время, которое люди воюют там, его же не вернешь. А это может быть время с детьми, с женами, с родителями. Это очень тяжелая жертва. Но без разговоров, без рефлексии мужики встали и пошли воевать. И когда они возвращаются домой - это то, что всему обществу нужно и придется учитывать. Поэтому это и элита, хотя не очень я люблю это слово. Это просто люди, которые беззаветно преданы Родине. Наверное, у слова "элита" появляется сейчас новое значение.

Нужно быть педантичными в плане творческой гигиены

Чтобы появились литературные произведения, авторам нужно время для осмысления. Не получается по заказам писать быстро крутые книги, как правило. Поэтому нам нужно, конечно, быть педантичными в плане творческой гигиены. Ну не может творческая элита страны не любить свою страну. Это аморально, это нездорово. К сожалению, в России так вышло: часть творческой элиты откровенно не любит страну и людей. С другой стороны, оказалось огромное количество людей - настоящих патриотов. И в современных жанрах тоже. И это нормальный процесс кристаллизации. Мы вообще,не только сфера искусства, - в 2022 году, 24 февраля, наконец поняли, кто мы есть, куда идем и чего хотим.