Как песня о любви стала гимном
Мир "серебряннейшего композитора" Микаэла Таривердиева - удивительно скромный и неповторимый, но пронзительно изящный в своей грусти и лирической интимности: "И плачем мы. И светит воск с огарка / на профиль гениального сайгака", - писал Андрей Вознесенский.
Детство Микаэла Леоновича прошло Тбилиси, сам он вспоминал: "Окна распахнуты, и отовсюду несется музыка… Это полифония самого высокого класса. Может быть, сама земля эта столь удивительно красива и щедра, что не петь невозможно? Я не знаток фольклора, и в грузинском мелосе есть, наверное, песни и о тяжелой доле. Но то, что я слышал в детстве, - это песни о любви, нежности, красоте. Я вырос на этом пении..."
Вот на этой ноте мы начинаем разговор.
Вера Гориславовна, как Микаэл Леонович обычно отмечал свой день рождения? Какие любил яства, угощения?
Вера Таривердиева: Как правило, этот день в давние времена мы встречали в Сухуми. Микаэл Леонович обязательно плавал на серфинге, потом мы шли в грузинский ресторан, и это был самый близкий круг людей. Он обожал грузинскую и армянскую кухню (я и сама армянские блюда дома часто готовила), предпочитал виски.
Великолепно сложенный, всегда элегантно одетый. Как Таривердиев умудрялся всегда и всюду соответствовать такому имиджу?
Вера Таривердиева: Он был таким с детства. Что бы ни надевал, всегда выглядел респектабельно. В нем было какое-то особое внутреннее благородство и аристократизм. Хотя, эффектные модные вещи он тоже носил. Помню, у него был любимый пиджак, купленный в Италии, когда мы были там с программой "Новые имена". О своем характере, натуре, жизни лучше всего Микаэл Леонович рассказал сам (а он умел говорить) в автобиографической книге "Я просто живу", которую мы делали вместе.
Быть композитором - сохраняя внутреннюю свободу - в те времена, наверное, было непросто?
Вера Таривердиева: У Микаэла Леоновича была удивительная способность оставаться самим собой во всем, и в творчестве тоже. Он рано начал сочинять и еще был, можно сказать, подростком - учащимся музыкального училища, когда его одноактные балеты поставили в Тбилисском театре оперы и балета. Романтик по характеру и по жизни - и музыка у него, соответственно, очень романтическая. В определенный период творчества он обратился к редкому инструменту - органу, и это породило тот особый индивидуальный стиль композитора - приверженность к барочным идеалам, неслучайно в его музыке просвечивает "архитектура" открытых пространств и дальних перспектив. А его самая популярная музыка, написанная по академическим законам и самостоятельно вышедшая на эстраду, говорит о том, что он был просто гениальным мелодистом.
Думаю, быть и оставаться самим собой - это самая большая сложность, в какой бы системе человек ни жил, ни работал. Микаэл Леонович никогда не писал, что называется "на заказ". Его "Песня о далекой Родине" на слова поэта Роберта Рождественского из фильма "Семнадцать мгновений весны" стала своего рода патриотическим гимном, хотя изначально он писал о большой любви к чему-то высокому…
… О своей Родине, какой она запомнилась с детства - "где-то далеко… в маленьком саду созрели вишни, наклонясь до земли"?
Вера Таривердиева: Армянин, родившийся в Тбилиси, он был связан, помимо русской, и с армянской культурой и, конечно же, с грузинской. Во дворе, где он вырос, постоянно звучало грузинское многоголосие. Несомненно, это повлияло на его восприятие звука, формы и стиля.
Что слушал Микаэл Леонович в период золотого века музыки кинематографа?
Вера Таривердиева: Слушал разное. А его кумирами всегда оставались Бах и Моцарт. Он как-то сказал: "Если бы Моцарт жил в XX веке, он бы обязательно писал музыку кино" (смеется)… Микаэл Леонович хорошо и тепло относился к итальянским композиторам, например, к Нино Рота, близок ему был и Мишель Легран.
Мечтал ли, мог ли он когда-либо уехать из России?
Вера Таривердиева: Очень любил, как я сказала, Грузию, Абхазию; обожал путешествовать. Побывал на многих морях! Выступал с концертами, куда его приглашали - на Филиппинах, Кубе, в Америке… Но никогда не хотел и не мог бы уехать. Его родным домом стала Москва.
Что Микаэлу Леоновичу было абсолютно чуждо?
Вера Таривердиева: Любая несвобода. Он был поразительно свободным человеком, что называется, от рождения. Остро ощущал любое давление и всегда противился этому. Свободным и независимым людям живется непросто при любых обстоятельствах…
Почему из современных ему композиторов он выделял Родиона Щедрина и Валерия Гаврилина?
Вера Таривердиева: С Щедриным и Плисецкой он познакомился в доме Лили Юрьевны Брик. Микаэл Леонович очень уважал Родиона Константиновича. Они катались на водных лыжах в Сухуми, вместе первыми в России осваивали новый вид парусного спорта - виндсерфинг. С Валерием Гаврилиным у Микаэла Леоновича было взаимное теплое общение, несмотря на то, что Гаврилин принадлежал кругу Георгия Свиридова, который Микаэла Леоновича не воспринимал.
А кто был самым близким человеком для Микаэла Леоновича?
Вера Таривердиева: Их было трое. Режиссер Михаил Калик, с которым он начинал свою работу в кино. "Человек идет за солнцем", "До свиданья, мальчики", - Миша был настоящим другом и соратником. Их пригласили в Париж на вручение премии за фильм "Человек идет за солнцем", но Калика не выпустили, - он прошел лагеря, а Микаэл Леонович без Калика не поехал и на несколько лет стал невыездным… Многие годы Микаэл Леонович дружил с недавно ушедшим Рудольфом Мовсесяном, врачом-кардиологом, доктором наук, заслуженным врачом России. Чуть что, мы сразу звонили Рудику. Он тут же мчался к нам, говорил, что делать. Он летал с нами в Лондон, где Микаэлу Леоновичу делали операцию. А Миру Салганик, знаменитую переводчицу с хинди и английского, дружившую с Индирой Ганди (в Индии ее знали все), Микаэл Леонович называл своей сестрой. После ухода Микаэла Леоновича Мира целый год жила со мной, спасала меня.
Мифов о Микаэле Леоновиче множество - наверняка какой-то еще не развенчан?
Вера Таривердиева: Все эти "истории" порядком поднадоели, но, наверное, интерес к ним никогда не иссякнет. Нет-нет, да кто-нибудь опять обязательно поднимет историю с Фрэнсисом Леем. На выставке, посвященной Микаэлу Леоновичу, мы специально как-то демонстрировали ту телеграмму, где Лей говорит о том, что никогда никаких претензий к Микаэлу не предъявлял. Или история с актрисой Людмилой Максаковой, когда Микаэл Леонович был сильно задет использованием в сюжете фильма "Вокзал для двоих" лично рассказанной им истории, хотя Эльдара Александровича он очень любил и уважал. А новых легенд пока нет (смеется).
Вам помогает государство в сохранении творческого наследия композитора?
Вера Таривердиева: Конечно, и в нынешний год 95-летия, и в том числе, когда речь идет о Международном конкурсе органистов имени Таривердиева, Фонде композитора и других мероприятиях, нас государство поддерживает. Все концерты этого года - инициатива многочисленных концертных организаций. Правда, рассылку, по моей просьбе, делал Союз концертных организаций России, в составе которого более 40 членов, и очень многие откликнулись.
С какими мыслями проснется муза композитора 15 августа, в день рождения маэстро?
Вера Таривердиева: Музыку Таривердиева я хорошо знаю, люблю и восхищаюсь. Участвую в жизни этой музыки и сегодня. Хочу, чтобы она звучала, потому что в ней есть то, что делает мир и людей лучше!