Напомним, в Меркенском районе Жамбыльской области погибла гражданка Узбекистана Мадина Рашидкызы. По некоторым данным, незадолго до смерти Мадина успела написать подруге, что муж жестоко избил ее из-за того, что она съела один из бисквитов, купленный для их восьмимесячного ребенка.
К конфликту, утверждают родные девушки, подключилась и ее свекровь. Мадина пыталась бежать из дома, даже просила у подруги деньги на дорогу, но у той средств не оказалось. На следующий день молодую маму нашли мертвой.
Мадину Рашидкызы похоронили накануне. При этом мать и сестра погибшей утверждают, что на молодой женщине не было живого места - голова разбита, на теле гематомы, царапины, руки в ссадинах, а под ногтями грязь. По некоторым данным, Мадина была беременна.
Родные обвиняют мужа и свекровь Мадины в убийстве и инсценировке суицида и требуют справедливого суда. Будут ли выявлены виновные в ее гибели и понесут ли наказание, покажет проводимое следствие.
Точной статистики, сколько женщин в Казахстане и других странах Центральной Азии становятся жертвами семейного насилия, за сколькими суицидами кроются доведение до самоубийства или убийства, нет. Зачастую жертвы опасаются обращаться не только в правоохранительные органы, но и к своим родным. Все потому, что первые нередко спускают разбирательство на тормозах, а вторых больше заботит исполнение принципа "что скажут люди".
Женщинам предлагают "терпеть", утверждая, что все через это проходили. А дискуссии о том, как искоренить чудовищную "традицию" издеваться и убивать женщин в семьях, нередко сводится к обвинениям в адрес жертв. Поэтому, безусловно, попытка на этом фоне бойкотировать бисквитный батончик и сделать его виноватым в смерти молодой женщины, выглядит просто бесчеловечно.
По данным Генеральной прокуратуры Казахстана, в 2025 году завершено 55 уголовных дел об убийствах женщин в семейно-бытовой сфере. В соседнем Кыргызстане за 11 месяцев 2025 года МВД зарегистрировало 19 995 случаев домашнего насилия, что на 27,5% больше, чем за аналогичный период 2024 года. В рамках этих дел было возбуждено 519 уголовных дел, в том числе по 31 убийству.
В Узбекистане, который славится своей необычной и точечной статистикой, данных о том, сколько женщин погибло в результате семейного насилия, нет вообще. Выборка идет совсем по иным категориям, не отражающим реальное положение дел.