Чем чревата для Зеленского операция "Карфаген"

В понедельник вечером, после тяжелого разговора с узурпатором Владимиром Зеленским и главой парламентского большинства Давидом Арахамией, руководитель офиса генерального прокурора Украины (ОГП) Артем Кравченко написал заявление об отставке по собственному желанию. Это только первые лежащие на поверхности последствия операции НАБУ и САП "Карфаген" для киевской верхушки. Но конечная цель антикоррупционной активности - не конкретные персоналии, а вся система власти Зеленского.

Можно сказать, что Кравченко, в публичном поле появлявшийся редко и в политические разборки старавшийся не влезать, погорел из-за любовницы и даже не своей, а своего ближайшего помощника Сергея Кропивы - именно через "о", на украинский манер.

В разговорах с нею, которые слушали агенты НАБУ, Кропива обсуждал и любимый ими обоими тяжелый люкс, не учитываемый декларацией о доходах чиновника, и его происхождение - "крышевание" мошеннических кол-центров. Фамилия Кравченко в опубликованных записях прямо не прозвучала, но из контекста следует, что над Кропивой есть кто-то могущественный, кто и придумал схему незаконного обогащения.

Подозрения в коррупции Кравченко пока не выдвинуты, но он их заранее решительно отрицает, а отставку объясняет нежеланием того, чтобы "должность генерального прокурора использовалась в качестве инструмента политического противостояния".

Обыск в помещении мошеннического кол-центра в Днепропетровске 1 сентября. В защите подобных учреждений подозревают главу украинской прокуратуры. Фото: Прокуратура Украины

Дальнейшая судьба карьерного коррупционера Кравченко, чье восхождение с должности рядового прокурора в Севастополе началось после государственного переворота в 2014 году, а равно судьба арестованных Кропивы, его любовницы и водителя в этом деле не важны. Уже бывший генпрокурор не входит в ближний круг Зеленского, он всего лишь отобранный на эту должность Андреем Ермаком и Вероникой "Фэншуй" персонаж. И в этом главное отличие дела "Карфаген" от предшествовавших "Мидас", "Династия" и "Форест Гамп". Впервые дискредитации подверглись не друзья Зеленского, а целиком орган власти, ключевой для режима.

Дело в том, что, несмотря на все реформы последних десяти лет, в ходе которых генеральная прокуратура Украины, помимо прочего, сменила название и лишилась функции следствия и общего надзора, она все равно остается важной линией обороны воровского режима.

Во-первых, ОГП осуществляет процессуальное руководство над двумя новыми следственными органами - Государственным бюро расследований (ГБР), чьими клиентами являются государственные служащие трех высших категорий, и Бюро экономической безопасности (БЭБ), которому отведена роль финансовой полиции. Созданные по настоянию ЕС, они должны были расследовать дела, непосредственно коррупцией не считающиеся: хищения государственного имущества и бюджетных средств, незаконную приватизацию, мошенничество, контрабанду, налоговые махинации и прочие традиционные пути обогащения украинской элиты. Именно в рамках процессуального руководства эта элита получает от ОГП предупреждение о грядущих неприятностях, и за отдельную плату, если неприятностей избежать не удалось, может развалить дело на этапе следствия или уже в суде. Собственно, платным предупреждением хозяев кол-центров о запланированных обысках и "наездах" конкурентов в погонах занимался болтливый прокурор Кропива. Поэтому и ключевые показатели эффективности ГБР и БЭБ не оправдывают ожидания заинтересованных европейских наблюдателей.

Уже бывший генпрокурор не входил в ближний круг Зеленского, он лишь отобранный на эту должность персонаж

Во-вторых, и, пожалуй, в главном, генпрокурора Зеленский может назначать сам, хоть и при формальном согласовании Рады, зато вне конкурсных процедур с участием западных экспертов, каковые прописаны тем же ГБР и БЭБ. За это его единоличное право и развернулась сегодня политическая борьба, о которой сообщил сообразительный генпрокурор Кравченко в своем прощальном заявлении.

Принято считать, что целью всех сенсационных расследований НАБУ и САП является лично Зеленский, мол, еще чуть-чуть и его арестует взбунтовавшийся украинский народ, шокированный масштабами воровства. При этом забывается, что пока Зеленский, пусть и сомнительно с точки зрения конституции, но сохраняет президентский пост, никто не может выдвинуть в его адрес обвинения - у него единственного в стране есть законный иммунитет от уголовного преследования. Да и украинский народ после госпереворота сложно чем-то шокировать, тем более элитным воровством, к которому все принюхались еще при Порошенко.

"Трудовые доходы" украинских мошенников шли защищавшим их людям во власти. Фото: НАБУ

Впрочем, это не значит, что западные друзья Зеленского, обнимающие и целующие его на камеры, ничего не знают, или готовы мириться с украинскими национальными особенностями. Все знают, воспринимают украинских политиков и чиновников через презумпцию виновности, и предпринимают меры.

Не случайно в последние дни группа поддержки НАБУ в украинских медиа дружно вспоминает о "плане Качки-Кос": меморандуме девятимесячной давности, посвященном "восстановлению доверия стран-членов ЕС к реформаторским намерениям Украины", выполнение которого увязано с предоставлением дальнейшей помощи.

Из десяти пунктов плана два посвящены ОГП и предполагают передачу контроля над этим органом власти в руки европейских управляющих. И некое торможение с выделением средств - не зря премьер Корецкий жалуется, что получена только четверть от обещанных Европой 45 миллиардов, - можно считать инструментом по стимулированию Зеленского к принятию неизбежного: превращению лично его в номинальную фигуру, которая должна быть символом европейской войны с Россией, а присвоение украинских активов, недр, приватизацию в нужные руки оставшихся монополий и секторов экономики, делегировать реальным хозяевам, вкладывающимся в эту войну. Это и называется внешним управлением, финализация которого на Украине началась из-за болтовни прокурорской сошки со своей любовницей.