Имея в виду эти цели, Зеленский провел переговоры с Джаредом Кушнером и Стивеном Уиткоффом блестяще: войска с Донбасса выводить отказывался, настаивал лишь на заведомо краткосрочном перемирии и в целом постарался подменить содержательный разговор шоу в американской стилистике. То есть не поступился принципами режима, за что получил похвалу от ревностно наблюдавших за его репризами украинских СМИ из пула "партии войны". Их комментаторы не скрывали, что общей целью остается избегание мира, сохранение текущего положения, затягивание времени и что сами люди Трампа не были желанными гостями в Киеве.
Отсюда и скандальные импровизации местных журналистов на пресс-конференции, и мусульманское меню для исповедующих иудаизм гостей, и двусмысленное напутствие Зеленского, чтобы в следующий раз они прилетели в Киев на самолете, где из контекста и подтекста следовало, что возвращения Кушнера и Уиткоффа скоро не ждут. Даже заявления Зеленского о том, что он ждет встречи с Трампом на полях Генассамблеи ООН, и его пожелания новой военной помощи и ракет для ПВО от США, нивелировали статус визитеров и привезенную ими повестку.
В чем Зеленский не соврал, так это в необходимости денег для продолжения войны: еще три недели назад, вскоре после назначения, премьер Украины Сергей Корецкий заявил, что дефицит военного бюджета к середине третьего квартала составил уже 27 миллиардов долларов, и если их не изыскать, может возникнуть ситуация, когда платить еще живым боевикам ВСУ будет нечем. Причина недостачи быстро отыскалась: та самая сорокадневная кампания по "принуждению к миру", которую затеял в июне Зеленский при поддержке европейских друзей. Оказалось, что дальнобойные дроны, ежедневно сотнями запускаемые по России, стоят денег, и немалых: одна ночь такой атаки, по подсчетам украинских военных экспертов, обходилась в 200-250 миллионов долларов, и это по себестоимости, без коррупционной составляющей. Утверждается, что окрыленный первыми яркими кадрами горящих складов и еще не догадывавшийся о скорой отставке министр обороны Михаил Федоров досрочно освоил на этой операции деньги, отложенные в военном бюджете на второе полугодие, и тем фактически оставил ВСУ без денежного довольствия. Впрочем, вряд ли самого Федорова это волновало, ведь он сторонник доктрины, что люди - ничто, дроны - все.
Иронично, что на эту авантюру ушли почти все деньги, предоставленные Киеву на "оборонные нужды" Европой - те самые две трети от 45 миллиардов "репарационного кредита". И теперь Зеленский намекает Еврокомиссии на необходимость выдать причитающуюся на 2027 год аналогичную сумму авансом. В Брюсселе официально взяли время на изучение ситуации, посоветовали поискать деньги внутри страны и не стали поступаться установленным графиком выделения траншей. Да и сам вопрос осмысленности дальнейшего финансирования Зеленского уже задается европейскими СМИ и вошел во внутриполитическую плоскость.
Из внутренних резервов заткнуть дыру оказалось крайне затруднительно даже новому украинскому правительству "молодых технократов": ответные удары России обвалили украинский экспорт на 20 процентов только в августе, доведя дефицит торгового баланса до 60 миллиардов долларов и сильно подорвав налогооблагаемую базу. И вряд ли динамика ответных российских санкций позволит Киеву улучшить ситуацию в экономике и остановить ускоренное таяние ВВП. Вот и вынужден теперь Зеленский клянчить деньги и ракеты для ПВО то в Норвегии на похоронах монарха, то в Канаде, пользуясь эскалацией между Оттавой и Вашингтоном.