В преддверии юбилея Арктического совета, который мы, по всей видимости, встретим в условиях фактической парализации работы этого органа, как вы оцениваете роль Российской Федерации вообще в международном взаимодействии в Арктическом регионе, за Полярным кругом? Какое будущее ждет как Совет, так и в целом нашу роль в этом регионе?

Владислав Масленников: Российская Федерация, будучи крупнейшей арктической державой, всегда играла и будет играть лидирующую роль в международном взаимодействии в Заполярье, и вне зависимости от колебаний геополитической конъюнктуры наша страна неизменно стремится к поддержанию мира и стабильности в высоких широтах, демонстрирует открытость к конструктивному диалогу со всеми, кто к этому готов.

Соответственно, мы последовательно выступаем за восстановление полноформатной работы Арктического совета (АС), деятельность которого уже, в общем-то, пятый год "подморожена" с подачи западных участников этого формата. Вместе с тем, это, по сути, единственный сохранившийся механизм многостороннего сотрудничества на Севере, и отказываться от него окончательно пока вроде бы никто не собирается. Хотя, естественно, к своему тридцатилетию он подошел не в лучшей форме именно потому, что последние примерно пять лет наблюдается простой в его деятельности, особенно на политическом уровне и на уровне Комитета старших должностных лиц - это основной координирующий орган. Инструмент финансирования проектов Арктического совета тоже в данный момент остановлен. Но в то же время нельзя сказать, что АС полностью парализован. В рабочих органах движение идет, рабочие группы собираются, хотя преимущественно в дистанционном формате.

Худо-бедно, малыми шагами нам удается держать эту организацию на плаву. Все западные участники говорят о необходимости ее сохранения с оговорками, что это нужно на будущее, когда возникнут более благоприятные условия для сотрудничества и так далее.

Вместе с тем мы видим, что "арктическая семерка" - а это исключительно натовские государства - действует весьма противоречиво. С одной стороны, западные коллеги упорно затягивают Североатлантический альянс в Арктику, включая те его страны-члены, которые к северным реалиям имеют весьма отдаленное отношение. С другой - стремятся сохранить Совет, пусть и в некотором усеченном формате. Таким образом, получается, что одной рукой они тянут в Арктику НАТО, другой рукой пытаются удержать Арктический совет от развала. Поза достаточно неудобная, с моей точки зрения. Честно говоря, на перспективы эффективного функционирования Совета в будущем в такой конфигурации надежды получаются слабые.

Очень многие вещи, которые для работы Арктического совета были характерны в предыдущий период, как то, допустим, научное сотрудничество, таким образом могут оказаться под вопросом просто из-за того, что семь из восьми членов Совета фактически занимаются милитаризацией региона.

Поскольку на сессиях Восточного экономического форума очень много было сказано про Северный морской путь, нельзя, конечно, не затронуть эту тему. С точки зрения МИД России, с точки зрения российской дипломатии, какие шаги еще нужно предпринять для развития этого маршрута?

Владислав Масленников: В принципе, есть очень неплохие перспективы для работы с внерегиональными странами - и с теми, кто является наблюдателями в том же Арктическом совете, и с другими государствами, заинтересованными в сотрудничестве на Севере. Мы их стремление к такому сотрудничеству поддерживаем.

Хорошие перспективы по раскрытию логистического потенциала Трансарктического транспортного коридора и Северного морского пути просматриваются в двустороннем формате с нашими основными партнерами. Это прежде всего Индия и Китай. Наш министр иностранных дел Сергей Викторович Лавров недавно опубликовал статью о вызовах и перспективах арктического сотрудничества, и в ней прямо названы другие перспективные партнеры по взаимодействию на Севере: это Индонезия, Бразилия, Иран, другие страны-члены БРИКС. В случае заинтересованности Беларуси или других стран-членов СНГ они также имеют возможность подключиться к совместной работе на Севере. Видим значительный интерес со стороны Южной Кореи и Сингапура.

Таким образом, пул наших иностранных партнеров в Арктике постоянно расширяется, интерес огромный. Естественно, в координации с другими профильными ведомствами нашей страны, с госкорпорацией "Росатом" МИД России будет и далее оказывать необходимое содействие развитию такого сотрудничества, для которого сейчас складываются весьма благоприятные условия.

На фоне турбулентной ситуации в районе Красного моря и Ормузского пролива международные логистические компании, как мы уже отчетливо слышали здесь на форуме, отмечают нарастающие сложности с грузоперевозками по традиционным южным маршрутам и подчеркивают привлекательность Северного морского пути с точки зрения более короткого транспортного плеча, экологичности и, главное, безопасности. Большим преимуществом является то, что в Арктике нет пиратских нападений или захватов судов, которые происходят в других районах Мирового океана. И это бонус, который очень хорошо понимают наши партнеры - точно так же, как отсутствие в нашей Арктике каких-либо конфликтов и военных действий, в отличие от Красного моря и Ормуза.

В результате динамично растут грузоперевозки по СМП между российскими и китайскими портами. Состоялся запуск регулярного транзитного сообщения из Китая в Европу, а сейчас на траекторию Северного морского пути вышел южнокорейский контейнеровоз. Как мы слышали на этом форуме, на этот год запланировано фактически 60 рейсов по Северному морскому пути. Все предпосылки для развития сотрудничества уже созданы, и здесь важно не упустить окно возможностей, которое сейчас уже открылось.