Гвардии сержант Бурлак: "Главное сегодня - грамотное перемещение"

Георгиевский крест гвардии сержанту Алексею Бурлаку вручили недавно. Это его первая государственная награда - до нее была ведомственная медаль "Участнику специальной военной операции". Четыре раза его представляли к награде, по одному из этих представлений пришла награда. "Когда они догоняют тебя - не знаешь, за какое конкретно представление. Значит, видишь, какая-то из четырех догнала", - говорит он. И добавляет: "Будет сыну что показать".

У него шестеро детей. Четверо сыновей, две дочери. Ему 47 лет. Он ушел добровольцем в августе 2022-го.

До войны Бурлак работал животноводом на племзаводе "Пушкинское" в селе Большой Бородин. Девять лет - на молочно-товарной ферме, следил за оборудованием. До этого восемь лет в охране: начинал простым охранником, дослужился до старшего смены большого предприятия. "Время было такое - конец девяностых, начало двухтысячных. Тогда в приоритете было, если ты служишь в охранных структурах, - есть уважение и почет", - вспоминает он.

Образование у него среднее специальное, слесарь-механик, но по этой линии он не работал - судьба увела сначала в охрану, потом на ферму, потом на фронт.

Срочную служил в 1997-1999 годах в военной радиоразведке, в Вязьме, в полку связи. Уходил младшим сержантом, командиром отделения. На срочной службе он был правой рукой старшины - каптером: "Следить нужно было за имуществом, за обмундированием. Если все грамотно делать - у тебя все будет и еще с запасом", - вспоминает Бурлак.

В 2022 году он пришел в военкомат сам. Объясняет коротко: "Патриотизм. Когда все началось - смотрел новости, следил. Потом друзья стали уходить. С женой поговорил, принял решение - пошел и подписал контракт".

Его отправили в Нижегородскую область, предложили поступить в 10-й гвардейский танковый полк. Он согласился.

Сначала был командиром танка Т-80. "Очень хорошая машина", - говорит он. Но тут же оговаривается: у нее вертолетный двигатель, и пока он раскрутится, время уходит. "Допустим, с одной точки стреляли. 72-ка стоит, отстреливается. Крайний раз выстрелила - сразу по газам, клуб дыма, минута - и ее нет. А восьмидесятку пока разбудишь... А из-за дронов сейчас быстро с места уехать крайне важно".

В 2022-м беспилотников на фронте было мало: "Раз в день увидишь, и то - наблюдатель". Сейчас, по его словам, иначе: "На одного пехотинца 5-6 птичек. Это очень тяжело". Как наводчик он был результативным, работал на дальности от 3200 до 9800 метров. За это командир полка дал ему десять суток отпуска.

Потом танк сгорел. Зимой 2023 года Бурлака сильно контузило - госпиталь. После госпиталя он перевелся в мотострелковый батальон командиром отделения, а год назад получил сержанта и должность заместителя командира взвода. Контузий у него две, и вторая дает о себе знать. "У меня подробности не запоминаются. Могу сказать крайние две точки, где я был: Ильинка и Янтарная. Все. А подробно что было - уже не помню", - говорит он.

Сейчас его взвод рассредоточен: бронегруппа, минометная батарея, "птичники". Приходит задача - идут дальше. "Не успеешь на точку зайти, сразу начинают по тебе работать. Раньше, когда танкистом был, на чисто-поле выйдешь, отстреляешься - все, уезжаешь", - рассказывает Бурлаков.

Главное сегодня - грамотное перемещение: поймать момент, когда можно пройти без огневого поражения. "Мы закатывались, в норку зарывались. По нам сутки работали. Сутки. Потом командир нашел промежуточек времени на рассвете, когда они устали. Нас - раз - с этого места и откатили грамотно, четко. Без потерь, вообще супер", - вспоминает он.

Командира хвалит не раз: "Неоднократно нас заводил, выводил грамотно. Я ему очень сильно благодарен".

Отдельно объясняет, как тот работает с воздуха: "Птички летают, глазками все видят, координируют. Соответственно, могут принять правильное решение. А я же не вижу, что там впереди происходит, сидя в блиндаже".

Заход на точку - отдельная наука, и здесь у сержанта четкие правила. "Тебе сказали два шага вправо - значит, два шага вправо. Значит, слева что-то лежит. Когда заходишь, у тебя голова должна крутиться на 360 градусов. Ты обязан слушать рацию, выполнять команды беспрекословно. Смотреть небо, чтобы не было огневого поражения. И смотреть обязательно под ноги. Потому что всякое набросано, особенно в последнее время", - поясняет он.

Он вспоминает, как учил молодого бойца, 18-летнего сибиряка, и ходил с ним на задачу дважды. "Первый раз закатились - все нормально. Второй раз опять задача поступает, меня опять в группу с ним ставят. Потом, когда задача выполнена, откатились. Я подхожу к командиру, спрашиваю: почему его ко мне ставят? Он же ребенок. А он говорит: "Вот, ты понял. Все, что ты знаешь, ты должен передать ему. Для этого он и ходил с тобой. Чтобы ты ему передал весь свой опыт", - рассказывает Бурлаков.

В работе с людьми, считает сержант, главное - слаженность и умение слушать команду: "Если ты где-то чего-то не услышал и сделал не так - это может стоить очень дорого". Этот принцип он вынес еще из охранного прошлого, где подбирал смену из двенадцати человек и пользовался доверием начальника службы безопасности: "Не было такого, что кто-то работает, а кто-то спит. Если работаем - значит, работаем все вместе, в команде". Про страх говорит без рисовки: "Кто говорит, что не страшно? Как говорит командир: страх страхом, а задачу выполнять надо". Приказ для него - закон: "Выполняй приказ любыми способами, любыми путями. Сказали занять точку - значит, надо занять точку". По должности он обязан знать, кто, что, где, зачем и откуда прибыл. На каждого составляет характеристику. "Общаешься с людьми, пометки делаешь. Я же обязан знать, чем человек занимался до службы, откуда он, что за плечами. Потом, чтобы ротный не подошел и не сказал: "Бурлак, скажи мне вот про этого", - а я и не знаю. Нет, про каждого могу подробно рассказать", - поясняет он.

Дома его ждут шестеро детей. Старший сын, 24 года, сейчас тоже воюет - в группировке "Север". В прошлом году получил серьезное ранение, полгода восстанавливался и вернулся в строй, в декабре женился. "Он пошел по мобилизации. Я раньше подписал контракт", - говорит Бурлаков.

Прадед Бурлакова прошел две войны - Великую Отечественную и войну с милитаристской Японией. Помнит, что медалей и орденов у него было очень много. Прадед умер в 98 лет, перед смертью ослеп из-за ранений. Бурлаков его застал, но про войну тот уже подробно рассказать не мог. "Он в пехоте был. Рядовой", - уточняет он.

Бабушка, 1931 года рождения, - труженик тыла, умерла недавно. Про войну тоже говорила мало, вспоминала, что голодать приходилось.

После войны Бурлак хочет вернуться в мирную жизнь - дел много: крышу перекрыть, дом обшить. Уточняет, что в строительстве он тоже работал, бригадирил: "Строили нормально, людям помогали. Стоят дома, бани, никто не жалуется". А Георгиевский крест теперь будет храниться в доме, который он построил своими руками. Есть кому показать.