Смятый пластилин: в ДНР запустили программу арт-терапии для детей и ветеранов СВО

"У нас в регионе нет такой группы населения, которая не нуждалась бы в психологической помощи", - заявила в начале нашей встречи руководитель известного в ДНР благотворительного фонда "География сердца" и донецкого филиала волонтерской организации "Лисена-арт ДНР" Дарья Федько.

Дарья и ее единомышленники запускают в республике масштабную программу психологической арт-терапии. Волонтеры занимаются с самыми разными дончанами - от детей до ветеранов СВО.

Руководитель проекта Дарья Федько. Фото: Сергей Рутта/РГ

- Арт-терапевтические техники значительно улучшают психологическое состояние человека. При этом мы используем как групповые занятия, так и индивидуальные, выездные, что важно для особенных детей, которым сложно выбраться из дома или работать в группе, - отмечает Дарья. - А групповые занятия необходимы для детей Донбасса, утративших коммуникативный навык. Началось все с ковида, потом было дистанционное обучение из-за обстрелов. В итоге дети привыкли общаться с помощью мессенджеров. Даже простой звонок по телефону или короткий разговор с незнакомым человеком для них становится проблемой. Это всеобщая тенденция, но у нас она проявляется острее, и арт-терапия помогает ее решить. Также она облегчает социализацию возвращающихся с СВО бойцов, позволяет их семьям понимать и принимать сильно изменившегося на передовой ветерана.

Часто под арт-терапией ошибочно подразумевается только рисование. Но на самом деле в это направление входят также лепка, сказкотерапия, игротерапия, танцы.

Психолог Михаил Шаповалов. Фото: Сергей Рутта/РГ

- На арт-терапии дети, да и взрослые тоже, через образы передают то, чего по каким-то причинам не могут проговорить вслух. При рисовании важно, с какими красками работает человек. Есть агрессивные, а есть успокаивающие краски. И меняя их, можно менять напряжение и настроение. Сказкотерапия хорошо работает с детьми, которые нуждаются в социализации. Они зачастую не умеют или не готовы рассказывать о себе, а через сказку транслируют информацию. Есть разные приемы: либо мы разбираем сказку, либо они сами ее придумывают, либо рассказываем по очереди, продолжая сказку друг друга. Очень хорошо работает лепка. Причем пластилин помогает не только детям, но и взрослым, в том числе ветеранам СВО. Когда человек мнет в руках податливую массу, он, сам того не ощущая, выплескивает свое внутреннее напряжение и агрессию, - рассказывает психолог Михаил Шаповалов.

К арт-терапии ошибочно относят только рисование. Но на самом деле в это направление входят также лепка, сказкотерапия, игротерапия, танцы

Кроме того, лепка помогает развивать моторику рук после травм и ранений. Ветераны СВО также оценили игровую и танцевальную терапию, позволяющую через движения снимать психологические зажимы в теле.

Если поначалу вчерашние бойцы недоверчиво и осторожно относятся к подобным практикам, то со временем втягиваются и ведут себя как дети.

- Эмоции никуда не уходят. То, что человек переживает, остается в нем в виде непонятных болей в пояснице, шее. В процессе танцевальной или игровой терапии человек избавляется от этих внутренних зажимов. Более того, во время таких практик важные, серьезные взрослые "выпускают" своего внутреннего ребенка и как бы подпитываются детскими ресурсами, энергией, энтузиазмом, креативностью. Люди снимают свои невидимые пиджаки, которые их сковывают, в глазах появляется интерес, азарт, возвращается вкус жизни. Конечно, важен настрой человека, но если, например, ветераны СВО приходят на занятия, то это значит, что они уже готовы меняться, - отмечает Михаил.

- И благодаря арт-терапии они действительно меняются, - продолжает Дарья. - Это видно хотя бы по их рисункам. Ребята начинают рисовать темными красками, в которых читается боевая травма. Но постепенно используемые краски становятся светлее, меняется тематика рисунков, все чаще появляются образы мирной жизни, дома, семьи. Видели бы вы, как они разрисовывали свои футболки! Было у нас такое задание: волонтеры привезли футболки и специальные краски. Ребята сначала косились друг на друга настороженно: мол, что обо мне подумают другие? А потом раскрепостились. Столько было мальчишеского восторга!

Анастасия Сенкевич - режиссер театральной студии "Свет рампы". Она тоже участвует в арт-терапевтическом проекте, точнее, в театротерапии.

Анастасия Сенкевич занимается театротерапией. Фото: Сергей Рутта/РГ

- Мы готовили утренники и театрализованные программы для детей военнослужащих, для сирот в детских домах, выступали и перед бойцами. Особенно сложно было работать в прифронтовых поселках перед ребятишками с пустыми, потерянными глазами. Очень тяжело там изображать веселье, но именно в этом была наша миссия - подарить им праздник, вовлечь их в представление. Иногда, кстати, приходилось репетировать в экстремальных условиях. При сильных обстрелах мы писали сценарий и проводили репетицию в онлайн-режиме. Я сидела в коридоре, а связь прерывалась, - рассказывает Анастасия.

Еще одно направление - выступления иммерсионного театра в пунктах временного размещения. Артисты приезжали к беженцам. Те рассказывали свои истории, и их тут же обыгрывали, но осторожно, без трагизма. Таким образом зрители переживали все заново, но в ином формате, и это благотворно воздействовало на их психику.

- Например, запомнилась история с эвакуацией. Когда мирных жителей выводили из-под обстрелов наши бойцы, один из эвакуированных потерялся, его пришлось искать. Тогда это было очень страшно, а теперь люди вспоминают случившееся со смехом. И еще один интересный аспект: они все чаще рассказывают нам истории из жизни в ПВР. То есть сегодняшний день уже пришел на смену вчерашнему. То, что происходит здесь и сейчас, стало актуальнее, чем травмирующие воспоминания, и это здорово, - отмечает Михаил.

Взрослые глаза на детском лице

По мнению специалистов, долгие годы жизни в зоне боевых действий не прошли для жителей ДНР бесследно.

- На многие вещи дончане смотрят иначе, не так, как в других регионах. Например, если в магазине работает одна касса, они будут спокойно стоять в очереди, потому что знают, что продавцов не хватает: кто-то уехал из республики, кто-то воюет. Я неоднократно был свидетелем сцен, когда явно неместные начинали шуметь в магазине и требовали открыть другую кассу, их успокаивали сами покупатели, объясняя, что людей просто не хватает, - говорит Михаил.

- При этом у людей притупляется чувство самосохранения. Они перестают реагировать на беспилотники, сирену, обстрел, а просто идут по своим делам. Сейчас, кстати, похожая трансформация происходит в Курской и Белгородской областях. Но самое страшное - видеть на лице ребенка глаза взрослых людей. Наши дети очень быстро взрослеют, они многое пережили. Мне запомнилось, как девочка-второклассница из прифронтового села ответила на вопрос, о чем она мечтает. Ребенок мечтает о временах, когда можно будет просто гулять. Она говорит, что мама рассказывала о таких чудесных временах, и рассудительно добавляет, что сейчас гулять нельзя, потому что, когда она вышла на улицу, видела, как рядом убило бабушку. Причем ребенок об этом рассуждает спокойно, как о чем-то будничном. К сожалению, у нас уже выросло целое поколение войны, - вздыхает Дарья.