По оценке Петриченко, в обычной ситуации Россия экспортирует около 60-70 млн тонн зерна в год при внутреннем потреблении порядка 82 млн тонн. Однако в начале нового сезона экспорт оказался ниже привычных темпов. На конец сентября (с начала сезона - июля) аналитик ожидает поставки около 8-8,5 млн тонн против 14 млн тонн за аналогичный период прошлого года.
Главное ограничение - Азово-Черноморский бассейн (АЧБ). По словам Петриченко, экспортные мощности региона используются лишь частично. Отдельные отгрузки продолжаются, но их объемы сейчас ниже.
Часть выпадающих объемов РФ пытается перенаправить по другим маршрутам. Основным покупателем сейчас стал Иран: через Каспий и волжские порты теоретически можно отправить до 9 млн тонн. Однако, отмечает Петриченко, эти мощности нельзя автоматически считать полноценной заменой черноморскому экспорту: значительная часть иранского спроса приходится на направления, куда доставлять через Каспий менее удобно. В прошлом сезоне на Иран пришлось около 6,15 млн тонн поставок.
Другие альтернативные маршруты также имеют ограниченную пропускную способность. Через Балтику, по расчетам эксперта, можно отправить около 9,5 млн тонн, еще часть - через прибалтийские порты, по железной дороге и через Дальний Восток. В совокупности при практически выключенном АЧБ максимальный экспортный объем Петриченко оценивает примерно в 39 млн тонн. Если ситуация с портами улучшится, показатель может приблизиться к 45 млн тонн. Потенциальный экспортный ресурс страны при нормальной работе логистики он оценивает в 59 млн тонн.
Для пшеницы ограничения особенно чувствительны. При оптимистичном сценарии Россия сможет вывезти около 33 млн тонн, однако более вероятной Петриченко считает оценку в 27 млн тонн. В результате недоэкспорт может составить 14-20 млн тонн зерна. Эти объемы перейдут в конечные запасы, усиливая предложение на внутреннем рынке.
Но важен и внутренний спрос. От поголовья птицы и свиней в сельхозпредприятиях зависит производство комбикормов. А потребление зерна мукомольной отраслью пока ожидается лишь на уровне слабого восстановления.
На этом фоне уже ощущается давление на цены. Петриченко отмечает, что закупочные цены на зерно в ряде регионов опустились до уровней 2018 года. На хозяйствах фуражную пшеницу можно было видеть по 5-6 тыс. руб. за тонну без НДС. Для рынка это означает снижение доходов аграриев в момент, когда хозяйства заканчивают уборочную кампанию и начинают закладывать экономику следующего сезона.
Отдельная проблема - зернобобовые. В 2026 году их сбор может составить чуть более 5 млн тонн против 7,9 млн тонн годом ранее, из них около 4 млн тонн придется на горох (против 5,7 млн тонн в прошлом году). Росстат фиксировал сокращение площадей под зернобобовыми с 4,1 млн до 2,9 млн га, под горохом - с 2,25 млн до 1,79 млн га. Петриченко связывает это с неблагоприятной экономикой производства.
При этом сама урожайность не становится главным источником риска для зернового рынка. Основной вопрос смещается к тому, куда направить уже произведенное зерно. При оптимистичном сценарии остатки к 1 июля 2027 года могут составить около 28 млн тонн, при пессимистичном - до 35 млн тонн. Аналитик ожидает, что избыток будет накапливаться постепенно, а его последствия рынок начнет ощущать в январе.
Одним из способов снизить давление на рынок Петриченко считает интервенционные закупки. Однако даже закупка государством условных 3 млн тонн, по его расчетам, проблему избытка полностью не решит. На рынке при этом уже сформировался значительный разрыв между текущими ценами и потенциальной стартовой ценой таких закупок.
Еще один сигнал для следующего сезона - сокращение озимого сева. По предварительной оценке Петриченко, площади могут уменьшиться примерно на 1 млн га: уже сейчас он фиксирует сокращение темпов примерно на 800 тыс. га относительно прошлого сезона, причем сев на Юге, где ситуация с ценами наиболее сложная, на данный момент еще не начался.