Напомним, что молодой человек 6 октября был на нерабочей платформе Покровское-Стрешнево МЦД-2 и бросил камень в поезд, который шел в сторону Нахабино. Камень разбил окно и попал в голову девушке. Его обвинили по уголовной статье 213 УК РФ. Этот случай, к сожалению, нельзя назвать исключительным. "РГ" попросила эксперта объяснить, подобное "развлечение" - это детское озорство или преступление.
Никита Навасардов, адвокат МКА "РОСАР"
- Случаи метания камней, стрельбы из рогаток или пневматики по поездам и общественному транспорту давно перестали быть единичными эксцессами. Общество нередко воспринимает подобные поступки подростков или молодых людей как бездумное озорство, однако для правоохранительной системы и уголовного закона грань между шалостью и преступлением очевидна.
Общественный транспорт - зона повышенной опасности. Любое внешнее физическое воздействие на движущийся состав ставит под угрозу не только сохранность имущества транспортного предприятия, но главное - жизнь и здоровье неопределенного круга лиц.
Вменяемая молодому человеку вторая часть статьи 213 УК РФ, санкция которой предусматривает наказание вплоть до семи лет лишения свободы, определяет хулиганство как грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу. В качестве квалифицирующего признака здесь выступает совершение деяния с применением оружия либо предметов, используемых в качестве оружия, либо группой лиц. В рассматриваемом случае обычный строительный камень или кирпич, в силу своих поражающих свойств, квалифицируется законом именно как предмет, используемый в качестве оружия, поскольку им наносится кинетический удар, способный пробить каленое стекло и нанести смертоносные раны.
По моему мнению, избрание наиболее суровой меры пресечения в виде заключения под стражу девятнадцатилетнему обвиняемому свидетельствует о принципиальной позиции следственных органов и суда. Для изоляции подозреваемого от общества учитывается как тяжесть инкриминируемого деяния (тяжкое преступление), так и дерзость его совершения на объектах транспортной инфраструктуры.
Ключевой аспект в этом деле - субъективная сторона преступления, то есть форма вины и мотив обвиняемого. На допросе юноша заявил, как следует из информации, что бросил камень, не думая о последствиях, и искренне извиняется, утверждая, что не имел умысла навредить конкретной девушке.
С правовой точки зрения утверждение об "отсутствии мыслей о последствиях" не освобождает от ответственности за хулиганство. Хулиганский умысел характеризуется демонстративным пренебрежением к нормам поведения и общественному порядку. Бросая тяжелый предмет в движущийся пассажирский состав, вменяемый человек не может не осознавать, что внутри находятся люди и что разбитое на скорости стекло неминуемо влечет риск причинения травм.
В уголовном праве различают прямой и косвенный умысел. Даже если виновный не преследовал прямой цели покалечить конкретную пассажирку, бросок камня в закрытое пространство вагона свидетельствует о косвенном умысле по отношению к последствиям: лицо осознавало общественную опасность своих действий, предвидело возможность наступления вредных последствий и сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично.
Кроме того, мотивом хулиганства выступает стремление противопоставить себя окружающим, выразить безнаказанность и вседозволенность. В судебной практике вопрос разграничения личных мотивов и хулиганских побуждений имеет принципиальное значение. Так, Верховный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание нижестоящих инстанций на недопустимость формального подхода к оценке мотивов конфликта в общественном транспорте: если действия грубо попирают общественный порядок и нарушают нормальную работу транспорта, ссылки на сиюминутные поводы не исключают состава хулиганства. В случае с броском камня в поезд, как представляется, отсутствует какой-либо личный повод, связывающий бросавшего с пассажирами, что однозначно переводит содеянное в плоскость классического хулиганского мотива.
Текущая квалификация по ч. 2 ст. 213 УК РФ является основной, однако она может оказаться не единственной. Судьба итогового обвинения напрямую зависит от результатов судебно-медицинской экспертизы в отношении пострадавшей пассажирки.
Если удар камнем повлек расстройство здоровья потерпевшей, следствие обязано дать отдельную правовую оценку причинению вреда. В зависимости от диагноза врачей (сотрясение мозга, перелом костей черепа, раны лица, утрата зрения) действия виновного могут быть дополнительно квалифицированы по соответствующим статьям о причинении легкого, средней тяжести или тяжкого вреда здоровью, совершенного из хулиганских побуждений или с применением предметов в качестве оружия. Подобная совокупность преступлений существенно повышает предел реального наказания при вынесении приговора.
Помимо уголовной ответственности, обвиняемый и его родственники неизбежно столкнутся с гражданско-правовыми требованиями. Пострадавшая сторона вправе взыскать расходы на лечение, реабилитацию и компенсацию морального вреда. Дополнительный имущественный иск вправе заявить перевозчик за простой поезда, повреждение подвижного состава и восстановительный ремонт.
Арест молодого человека демонстрирует ужесточение судебной практики к правонарушениям на объектах транспорта. Иллюзия безнаказанности, подпитываемая уверенностью, что в темноте перегона бросившего никто не найдет, как показывает практика, разбивается о современную систему транспортной безопасности, камеры видеонаблюдения и оперативную работу спецслужб на транспорте.
Полагаю, главный правовой урок этой ситуации заключается в том, что закон оценивает не оправдания нарушителя ("я не хотел", "я не думал"), а объективную опасность совершенного действия. Брошенный в электричку камень квалифицируется не как административная шалость, а как дерзкое уголовное посягательство на общественную безопасность.
Гражданам и родителям подростков необходимо осознавать, что возраст наступления уголовной ответственности за хулиганство при отягчающих обстоятельствах наступает с 14 лет. Любые опасные действия вблизи железнодорожных путей, платформ и дорог могут повлечь реальное лишение свободы, разрушенную биографию и тяжелые материальные обязательства по возмещению вреда пострадавшим.