Календарь поэзии: Мужеством Евгения Фейерабенда восхищались фронтовики

Сюжет

Когда я приезжаю в Екатеринбург, непременно прихожу в сквер у Оперного театра. Здесь несколько старых деревьев помнят Евгения Фейерабенда. Он любовался на них в окно, но подойти к ним не мог - поэт с детства был парализован.

Беда случилась, когда ему исполнилось шесть лет. Первые поэтические строки и болезнь пришли к мальчику одновременно. Вот как об этом вспоминал Евгений Витальевич: "Отец мой был топографом. Однажды я поехал с ним... Лошадь, запряженная в телегу, не спеша везла нас по проселочной дороге. Остановились среди поспевающих хлебов около старой березовой рощи. В обход рощи вела гладкая утоптанная дорожка, по ней приятно было пробежаться. Обогнул я ближний угол рощи и остолбенел. Передо мной был муравейник. Огромный, выше меня ростом! Я смотрел на этого удивительного великана и потихоньку начал говорить стихами... А в конце лета я заболел костным туберкулезом. Вскоре парализовало ноги. Меня положили в гипсовый слепок и запретили поднимать голову..."

Любовь к мурашам поэт сохранил на всю жизнь. Летом они были первыми, кто приходил его проведать. В июне Евгения Витальевича привозили из центра города на окраину и он по дощатому настилу выползал на лужок. Наверное, только маленькие дети так пристально и почтительно наблюдают за муравьями, как это делал Евгений Витальевич. Стихотворение Фейерабенда "Муравей" Виктор Астафьев считал одним из лучших в русской поэзии.

Первые стихи 12-летнего Жени Фейерабенда появились в журнале "Костер". Во время войны Женя писал стихи, терпя холод, голод, страшные боли. С мамой Матреной Ивановной он жил в ту пору в хибарке на окраине Свердловска.

Отец умер осенью 1941-го. Его звали Виталий Вильгельмович. Поэт редко о нем упоминал, и понятно почему. Виталий Фейерабенд служил в белой армии в составе 8-го Бийского Сибирского стрелкового полка. До конца жизни состоял на особом учете в ГПУ-НКВД как бывший белый офицер. Его сестра Клавдия, учительница, провела в лагере десять лет. Брата Николая, землеустроителя, расстреляли.

В начале 1950-х осторожный Степан Щипачев, руководивший секцией поэтов в Союзе писателей, советовал молодому литератору сменить фамилию: "Возьми-ка псевдоним Евгений Уралец. Или вот: Евгений Вершинин..."

Поэт не предал отца. Остался Фейерабендом.

После одной из летних встреч с Евгением Витальевичем моя мама записала в своем рабочем блокноте: "Мы говорили почти три часа. Он признался, что отвык говорить, молчит целые дни, ведь мать почти не слышит. Не жалуется на судьбу, просто констатирует факт: "Я пролежал уже 44 года..."

Евгений Фейерабенд умер в 1981 году, незадолго до выхода своей книги в Москве. На обратной стороне титульного листа той книги написано: "Напишите нам, ребята, понравилась ли вам эта книга..."

С тех пор (а прошло почти полвека!) стихи поэта не переиздавались.