Между античностью и советским веком: Каким запомнили Азу Тахо‑Годи ее современники

Сегодня в МГУ открылись XIX "Лосевские чтения", международная научная конференция, посвященная памяти Азы Алибековны Тахо-Годи и приуроченная к ее дню рождения. Ученый, филолог, философ, антиковед, писатель, мемуарист, духовная дочь великого русского философа Алексея Федоровича Лосева она словно была человеком разных времен. И Древней Греции, и русского Серебряного века, и советского времени, чаще всего требующего от нее и ее учителя культурного и духовного "сопротивления". О том, что сделало ее легендарной фигурой нашей культуры, наш разговор с писателем, ректором Литературного института Алексеем Варламовым.

Аза Алибековна Тахо-Годи была уникальным человеком, человеком-символом. Знаток античной и русской культуры, образец веры - серьезной и глубокой ( это она донесла миру весть, что супруги Лосевы были тайными монахами), соавтор книг о Платоне и Аристотеле, автор книг о Лосеве и напоминающих высокую прозу мемуары - кем она только не была… Любила повторять, что не читает современных писателей, ибо все написали древние. Но для вас она делала исключение, читала вас и в доме принимала. Кем она была для вас?

Алексей Варламов: Ее лекции ( а это было что-то завораживающее!) одно из самых сильных впечатлений моей студенческой юности. Если не вообще всей моей жизни.

Я не был ее учеником, не был близок к ней с научной точки зрения. Первое знакомство с нею - отроческое впечатление. Когда мы, поступив в Московский университет, после традиционной тогда "картошки" попали в университетскую аудиторию, то из тех, кото мы увидели за кафедрой, она мне показалось самой необычной, самой невероятной, ни на кого не похожей, царственной. Стояла за кафедрой и что-то читала нам на незнакомом языке. Это, конечно, были "Илиада" или "Одиссея", фрагменты из них. Но ее певучий голос создавал ощущение, что она сама из "тех", античных времен, древнегреческая жрица, пифия… Что она оттуда перенеслась в наше время и приглашает нас, "зеленых", несмышленых студентов-первокурсников окунуться в мир античной литературы.

Я всегда гордился тем, что лекции по античной литературе я слушал у Азы Алибековны Тахо-Годи. Мы были последним курсом, которому она читала эти лекции.

Но зато она чуть ли не до ковида вела у себя дома, на Арбате, семинары для небольших групп "классиков".

Алексей Варламов: Да, после нас она занималась уже только с "классиками" (студентами классического отделения филфака).

Но должен сказать, что ошеломительное впечатление юности у меня не сопровождалось знанием подробностей ее биографии. И про Алексея Федоровича Лосев я тогда ничего не знал. Все это стало открываться много позднее, и я стал понимать, какое же это было счастье, лекции Азы Алибековны и само ее присутствие в нашей жизни.

Она преподавала не только в МГУ, но и в Литературном институте.

Алексей Варламов: Да, и для меня это стало еще одним моментом заочного знакомства с ней. Когда я пришел в Литинститут работать сначала как руководитель творческого семинара, а потом уже и как лектор, мне о ней очень много рассказывали. И судя по этим рассказам, она там была совсем другой, чем в МГУ. На филфаке ее аудиторией была зеленая молодежь, вчерашние школьники, вернувшиеся с "картошки". А в тогдашнем литинституте были совсем другие люди, туда тогда сразу после школы никого не брали, и студенты были уже люди опытные, взрослые, понимающие, чего они хотят от жизни и сознательно выбравшие литературу и писательскую среду. И тут у нее была совсем другая интонация, более насмешливая, ироничная. Входя в аудиторию первый раз, она говорила: "Ну что вы тут все писатели?". "Да, Аза Алибековна, все писатели". "А вы знаете, что все уже было написано? В античной литературе. Что вы-то собираетесь писать?". По легенде, одним из ее студентов был Николай Рубцов, который все никак не мог ей сдать - ни первого, ни со второго раза - античную литературу. И только потом она сжалилась над ним и поставила зачет.

Какая ее черта казалась вам главной?

Алексей Варламов: В советское время она была в какой-то постоянной внутренней оппозиции многому. Ее происхождение, история ее рода, память об этой истории, все это чувствовалось в ней. Но при этом она была человеком, как мне кажется, по-пушкински веселым, легким, очень ироничным, с прекрасным чувством юмора.

Господь даровал ей такую удивительно долгую жизнь. И в конце ее жизни, когда я уже стал писателем, я несколько раз бывал у них дома, у нее, ее сестры и ее племянницы Елены Аркадьевны Тахо-Годи, замечательной писательницы, поэта, филолога, сберегающего память о своей великой тетке.

И каким же Аза Алибековна была живым человеком! Несмотря на уже очень преклонный возраст (ста лет ей еще не было, но было хорошо за девяносто) в ней было столько огня, столько интереса к жизни! Вроде бы занятия античной литературой, это жизнь в башне из слоновой кости… Но ничего подобного! Она жила в современности. Ей было интересно все, что происходит, что люди думают, как они видят мир.

Хотя была свидетельницей жизни целого века…

Алексей Варламов: Да, она была свидетельницей своего века. Того столетия, что Бог ей даровал. Мне кажется, нас еще ждет ее архив, и его открытия, строки из ее дневников, воспоминаний.

И тем, кто знал ее близко, часто бывал в их доме и много с ней общался, есть что рассказать о ней. Мне кажется, еще появится книга о ней, и ее значение, значение ее имени с годами будет только возрастать.

А открывшая сегодня в МГУ конференция сможет послужить вкладу в нашу память и наши представления об этой удивительной женщине.

Справка РГ

Аза Алибековна тахо-годи (1922 - 2025) - российский филолог-классик, переводчик, философ. Доктор филологических наук, профессор, она заведовала кафедрой классической филологии МГУ, и была связана с филологическим факультетом более полувека. Спутница жизни философа и филолога Алексея Федоровича Лосева, хранительница его наследия.