Сразу после победы вы признавались, что еще до конца не поверили в то, что произошло. Как обстоит с этим дело сейчас?
Элизабет Абраамян: Честно говоря, до конца еще не осознала. Сижу и думаю: ну вот, чемпионка Европы. А потом сама себе: да ладно! Хотя умом понимаю, что совершила прорыв. Понимаю, как нужна была эта победа для российского тенниса.
Быть чемпионкой Европы насколько это круто? Есть же стереотип, что в настольном теннисе заправляют азиаты…
Элизабет Абраамян: На самом деле, здесь тоже много игроков азиатского происхождения, просто они выступают за другие страны. К примеру, я играла за выход в четвертьфинал с китаянкой Юань Цзя Нань, которая представляет Францию. То есть уровень довольно высокий. И бешеная конкуренция. Пройти весь этот турнир - нереально сложно. И ведь все играют по-разному, к каждому сопернику надо найти подход.
Вы эмоциональный человек. И матчи у вас были весьма эмоциональными. Где находили моральные силы на каждый новый бой?
Элизабет Абраамян: Помню, после полуфинала я успела буквально на час вернуться в гостиницу и там на 20 минут просто закрыла глаза. И все равно не смогла отключить мозг. В голове - только розыгрыши с этого матча. И мне казалось: я все отдала, сил не осталось. Но потом, когда выходишь к столу, опять играет адреналин, опять огромное желание победить, дойти до конца. Мы же, профессиональные спортсмены, - максималисты. Нам нравится испытывать себя. И потом, я понимала, что столько людей смотрят, все переживают, верят в меня. Когда начался седьмой сет финала, мой тренер Андрей Анатольевич Крутов после каждого розыгрыша просто говорил: "Силы есть! Есть!". Мы потом с ним посмеялись. Он сказал, что уже не знал, что мне еще подсказать (улыбается). Важно было перетерпеть, потому что соперница тоже устала. Победил тот, кто лучше сработал на пределе.
По ходу турнира были моменты, когда думали: ну все, мне конец?
Элизабет Абраамян: Такой категоричной мысли не возникало. В этом плане самым сложным был матч первого раунда основной сетки против итальянки. Я знала, что мой уровень позволяет мне пройти дальше, и боялась провалиться, выбыть так рано. Было эмоционально сложно, и это сильно мешало играть раскрепощенно. Казалось, я просто не справлюсь со своими эмоциями и не вытащу этот матч. Когда я все-таки победила, то практически не думала об игре. Концентрировалась только на своем состоянии. Понимала, что, если хочу дойти до медали, надо менять отношение. Более опытная спортсменка Оля Воробьева смотрела мой матч с трибуны и потом мне так и сказала: "Если ты не успокоишься, то ты просто не доедешь". Так что в тот вечер я работала над собой. Убеждала себя принять: да, я, может, не в суперформе, может, нога болит. Просто надо думать не о том, что мешает, а о том, что получается. И я смогла перестроиться. Дальше уже с каждым матчем было легче.
Наверное, многие уже знают вашу историю. Как вы с семьей переехали из Армении в Россию по совету тренера, который разглядел в вас потенциал. Вам тогда было три года. То есть ваши родители решились на эти перемены только ради вашей карьеры?
Элизабет Абраамян: Во многом - из-за нее. Были и другие факторы, но этот - основополагающий. Смелый шаг, и я очень благодарна родителям, что они на него пошли. Конечно, я тогда ничего не понимала. Мне-то что, лишь бы папа с мамой были рядом. Только сейчас приходит осознание, насколько все было трудно. Родители, скажем так, не идеально говорили по-русски. А надо было искать работу. Первое время мы жили в квартире, потом купили какой-то старый домик. Папа его со временем ремонтировал, что-то пристраивал. В буквальном смысле родители строили жизнь в новой для себя стране. Думаю, сейчас они точно ни о чем не жалеют, ведь все складывается довольно удачно.
Они смотрят ваши матчи?
Элизабет Абраамян: Мама иногда может и пропустить, потому что сильно нервничает, но папа смотрит все. Орет на весь Нижний Новгород. Потом говорит: "Я сегодня на работу не пойду, все силы тебе отправил". Он - моя самая настоящая опора.
Вы рассказывали, как вас травили в школе. Из этих людей никто в вашей жизни потом не объявлялся?
Элизабет Абраамян: Есть друг моего брата, мы тоже с ним знакомы. Я ему потом говорила: мол, помнишь, ты меня обижал. Он не помнит, естественно. Но, говорит, если такое происходило, то ему стыдно. Конечно, я все понимаю. Мы же детьми были. К сожалению, буллинг и сейчас есть в школах. Это довольно серьезная тема. Кстати, сейчас в ту школу, где я училась, сестра ходит. Там теперь все по-другому. Учителя, директор к ней подходили, передавали поздравления. Сейчас все радуются, все гордятся, а те моменты мало кто вспоминает.
Настольный теннис был отдушиной?
Элизабет Абраамян: У меня так по жизни. Что бы ни происходило, прихожу на тренировку или играю матч - голова отключается. Забываю обо всем, что за пределами зала. За столом никакой язык не нужен, лишь бы были ракетка и мячик.
Вас в секции быстро признали?
Элизабет Абраамян: Я бы так не сказала. Был момент, когда выезжали на соревнования в другие города. А я в детстве играла с косичкой. У меня густые длинные волосы - сама себе заплетать не могла. Дома обычно это делала мама, но на соревнованиях ее не было. И Сергей Борисович Брусин, мой тренер, просил это делать девчонок постарше. И в один прекрасный день девочка, которая мне помогала, отказалась заплетать. И ушла. Я пошла к Брусину. Говорю, так играть я не смогу. Нашли другую девочку. Хорошо, что Сергей Борисович всегда был рядом. Я была уверена, что он в случае чего не бросит, поможет.
Когда начали побеждать, отношение сильно изменилось?
Элизабет Абраамян: Меня, в принципе, со временем начали признавать. Видели, что я адекватная, дружелюбная, ничего плохого никому не делаю. А когда пошли победы, многие "переобувались", конечно. Мне даже больше по душе, если человек изначально равнодушен ко мне был и сохранил такое отношение - без лицемерия.
Вы стали чемпионкой Европы, о вас узнали, начали больше интересоваться настольным теннисом. Вы вообще довольны тем, как ваш вид спорта развивается в нашей стране, насколько он популярен?
Элизабет Абраамян: Не могу сказать, что довольна уровнем популярности, но довольна тем, как настольный теннис растет. Вот мы сейчас с вами общаемся, и это тоже показатель. Понятно, что внимание приходит с победами. Но хочется, чтобы не было прямой зависимости от результатов. Ведь настольный теннис сам по себе невероятно зрелищный и увлекательный вид спорта. Если чуть углубиться и посмотреть несколько профессиональных матчей, то мало кого это оставит равнодушным. Смотрят же люди футбол. Уверена, те же эмоции можно получать от просмотра настольного тенниса. И еще наш большой плюс - доступность: столы есть буквально в каждом офисе.
Думали о том, как увеличить популярность своего вида?
Элизабет Абраамян: Надо добавить ему медийности. Есть же футбольная медиалига, медиабаскетбол. Было бы интересно сделать что-то наподобие в настольном теннисе. Тем более сейчас в него играют многие стендаперы, стримеры, блогеры. Был даже какой-то турнир, если не ошибаюсь. Можно привлечь профессионалов, сделать шоу. Все равно, когда вживую смотришь игру, она воспринимается по-другому. Быстрее, зрелищнее. Можно придумать какие-то специальные правила, добавить музыку, звуковые эффекты. Надо поработать в информационном поле. Вот проходит чемпионат России. Там же бывают невероятно зрелищные матчи. Но пишут об этом мало. Хотя наша Федерация настольного тенниса старается работать в этом направлении. Опять же - спонсоры. Хочется, чтобы они были больше увлечены нашей игрой. Это же перспектива вместе расти. В то же время я понимаю, что всем нужна слава здесь и сейчас.
Вы рассуждаете как бизнес-стратег…
Элизабет Абраамян: Да просто я довольно много об этом думаю. Считаю продвижение и популяризацию настольного тенниса одной из своих главных миссий. Многое видела в других странах, где поиграла, в иностранных лигах…
Там есть чему поучиться?
Элизабет Абраамян: Есть, но что-то лучше не брать.
Например?
Элизабет Абраамян: Ну вот играли мы в Чехии, в таком маленьком зале. Стоит стол, скамейки для команд, а вокруг фуршетные столы. И люди за ними в двух шагах от тебя пиво пьют. С одной стороны, они веселились, им интересно приходить на настольный теннис как на концерт, при этом они общаются, смотрят игру. В этом что-то есть. Но все-таки алкоголь и профессиональный спорт, наверное, не должны так сближаться.
Если бы у вас была возможность пригласить за стол вообще кого угодно, с кем бы сыграли?
Элизабет Абраамян: Было бы интересно Арину Соболенко поставить к столу. Любопытно, как бы она с маленькой ракеткой и с маленьким мячиком управилась.
Как у вас устроена повседневная спортивная жизнь?
Элизабет Абраамян: Основной контракт - с российским клубом. Кроме того, играю в Италии, но это второстепенный для меня клуб на данный момент. Даже в контракте, который я подписывала с итальянцами, было прописано, что российский клуб в приоритете, как и участие в международных соревнованиях за сборную. Когда мы были полностью отстранены, играть в Италии было спасением. Но сейчас нас уже много куда допустили, и на итальянскую лигу времени не хватает. Сейчас я там занята в основном в Лиге чемпионов, потому что туда российские клубы пока не допускают. Это очень престижный турнир, много сильных соперников - хорошая игровая практика. Опять же, дополнительный заработок.
Кстати, про заработок. Я спрашивал у другого нашего топового игрока в настольный теннис - Владимира Сидоренко, он говорил, что на достаток не жалуется, но квартиру в центре Москвы не купишь…
Элизабет Абраамян: Да и в Питере, думаю, тоже. Если ты играешь сильно, на хлеб с маслом тебе хватит. А если уровень игры невысокий, то и заработок будет соответствующим.
Как обстановка с личными спонсорами?
Элизабет Абраамян: Пока туго.
Но сейчас дело должно сдвинуться?
Элизабет Абраамян: Надеюсь. Вроде бы нам вернули флаг и гимн, но санкции никто не отменял. Поэтому пока с нами мало кто хочет сотрудничать. Это политика. Хотя желающих, думаю, было бы много. Все ждут подходящего момента. Хочется, чтобы больше внимания нам уделили свои, российские бренды. Наш вид спорта растет, мы, спортсмены, стараемся не закрываться. Я стараюсь активно вести соцсети и открыта всем предложениям. Давайте сотрудничать.
До Олимпиады в Лос-Анджелесе осталось меньше двух лет. Уже смотрите в эту сторону?
Элизабет Абраамян: В первом квартале следующего года начнется отбор на Олимпиаду. Будем пробовать квалифицироваться командой. Если команда отберется, то наша страна автоматически получит по две квоты на мальчиков и девочек в одиночном разряде. Вопрос отпадет сам собой, и уже можно будет концентрироваться на подготовке к Играм. Кроме того, в следующем году у нас личный чемпионат мира в Астане. Очень рассчитываю, что смогу подойти к нему в оптимальной форме, показать достойный уровень. Считаю, что все возможно, особенно на нынешних эмоциях. Сейчас, конечно, кажется, что я любые горы могу свернуть. Но нужно немного заземлиться, проанализировать победу, понять, над чем работать дальше. Не хочу, чтобы за взлетом последовало падение.