26.04.2013 00:08
Культура

Юрий Яковлев был для Владимира Высоцкого боевым самолетом

Народный артист Юрий Яковлев был для Высоцкого как боевой самолет
Текст:  Игорь Вирабов
Российская газета - Федеральный выпуск: №92 (6068)
Про народного артиста Юрия Яковлева (которому 25 апреля исполнилось 85) всем, кажется, давно все известно.
Читать на сайте RG.RU

* И про то, что его очкастый Панталоне сочувствовал принцу ногайскому, которого изводила загадками дурында, принцесса китайская.

* И про то, что его гениальный Мышкин, как последний идиот, задолго до Евгения Миронова сочувствовал всем - и тем, кто вряд ли того стоит.

* И про то, что его бравый поручик Ржевский, как ни сочувствовал влюбленным гусарам, сам попался на удочку премиленькой обманщицы Ларисы Голубкиной.

* И про то, что гипнотический голос за кадром, явно сочувствующий бедолагам из комедий "Берегись автомобиля" и "Старики-разбойники", - это его, Юрия Яковлева, голос.

* И про то, что  его героический Сальвадор Альенде в "Неоконченном диалоге" еще сто раз пожертвовал бы собой - из сочувствия к своим согражданам - даже если б и знал, что спустя годы героем вдруг сделают отпетого подлеца Пиночета.

* И про то, что его милосердный Иван Васильевич горячо сочувствует боярыне, обиженной смердом Пуговкиным.

* И про то, что его пацак Би сочувствует дяде Вове, потому что ни на каком Плюке скрипач не нужен.

* И про то, что в рейтингах самых популярных киношных фраз на первом месте - "Я требую продолжения банкета" - от Ипполита, сочувствующего женщинам, в окна к которым давно не лезет никто.

* И про то, что он перестал играть в любимой постановке "Без вины виноватые" - потому что перестал со-чувствовать: мол, "душа из спектакля уже ушла".

* Да и про то, что Яковлев - в отличие от всех других артистов - "ни за что" никогда не хотел сыграть ни Гамлета, ни Ричарда, ни Макбета, ни Лира. Почему? А к Шекспиру "не лежит душа, я его не чувствую".

Вся судьба Юрия Яковлева, как ни верти, насквозь, - прошита ниточкой со-чув-стви-я.

А 35 лет назад, 24 апреля 1978 года, от имени и по поручению Таганки, юбиляра лихо чествовал виршами Владимир Высоцкий - он-то и сравнил Яковлева с боевым самолетом. Что за странность: его, импозантного мужчину с внешностью холеного, вальяжного арбатского барина?

Вот тот стишок, подаренный Высоцким:

"Ю. Яковлеву к 50-летию"

(Москва. Театр Вахтангова. От Таганки.

Любимцу публики, рампы, руля.

Желаем дома, в лесу и в загранке

Удач, оптимизма, добра и рубля.

Юрий Любимов и его команда).

Ты ровно десять пятилеток в драке,

В бою за роли, время и блага.

Все Яковлевы - вечно забияки:

Еще в войну повелевали "ЯКи"

И истребляли в воздухе врага!

Дела их - двояки и трояки,

Якшаться с ними славно и дружить.

Актеры - Яки, самолеты - "ЯКи",

И в Азии быки - все те же яки...

Виват всем ЯКам - до ста лет им жить!

Желаем с честью выйти из виража и пьянки,

И пусть тебя минует беда, хула, молва...

Як-50, желают тебе друзья с Таганки

Счастливого полета, как "ЯКу-42"!

Вроде бы понятно, откуда тут ЯК-истребитель. Он удачно рифмовался с ЯКом-актером. Но… 35 лет назад в этом простом посвящении, в этой рифме любая аудитория могла прочесть смыслы, стертые теперь временем. Для Высоцкого образ-то был непрост: про это стоит напомнить.

Напоминаю. За десять лет до того, в 1968-м, Высоцкий спел "Две песни об одном воздушном бое" - "Песню летчика" и "Песню истребителя".

Первая - про неравный бой и надежную спину: "Их восемь - нас двое, - расклад перед боем Не наш, но мы будем играть! Сережа, держись! Нам не светит с тобою, Но козыри надо равнять.// Я этот небесный квадрат не покину - Мне цифры сейчас не важны: Сегодня мой друг защищает мне спину, А значит - и шансы равны".

Вторая - поется голосом обреченного на подвиг самолета: "Вот сзади заходит ко мне "мессершмитт", - Уйду - я устал от ран!.. Но тот, который во мне сидит, Я вижу, решил - на таран!".

"Он рвет на себя - и нагрузки вдвойне, - Эх, тоже мне - летчик-ас!.. Но снова приходится слушаться мне, - Но это - в последний раз!".

"Досадно, что сам я не много успел, - Но пусть повезет другому! Выходит, и я напоследок спел: " Мир вашему дому!"".

Цена таким словам в те времена казалась высокой. Кого ни попадя "ЯКом" Высоцкий бы не назвал. Потому что "ЯК" - это жить на пределе возможностей, прикрывая спину друга - в этом, казалось тогда, есть высший смысл. Сгорая - нести мир нашему дому. Людям, человечеству - которому сочувствуешь, стОит оно того или не стОит.

Фронтовики были уверены, что про "ЯК-истребитель" мог написать только настоящий летчик. В таком вот пафосе, от которого мы отреклись, чертыхаясь, - для тех времен содержался отчетливый смысл. Высоцкий объяснял так: "Мое поколение мучает чувство вины за то, опоздали родиться".

Эти "ЯКи" Высоцкого и были - попыткой "довоевать" и, срываясь в пике, обнаружить смысл земных предназначений.

И опять кто-то спросит: ну и что общего у этих романтических "ЯКов" - ой, с Ипполитом и той самой заливной рыбой?

А Яковлев вдруг вздохнул не так давно по какому-то поводу с неподдельной тоской: "Оказывается, зритель наш соскучился по романтике - ведь в реальной жизни сейчас все оценивается на злато-серебро, и вряд ли что-то изменится в ближайшее время".

И столько в этих словах актера открылось тоски - по тому, который в нем, в этом ЯКе, внутри сидит. По тому, который знает другие смыслы жизни - на таран, в лепешку, на разрыв. По сути, те самые смыслы со-чув-стви-я.

Это только кажется, что время этих смыслов ушло безвозвратно. Прощание с ними и без того обходится нам слишком дорого.

Так поздравим же, не стыдясь излишнего пафоса, ЯК-85, боевого интеллигента Юрия Яковлева, существование которого рядом с нами делает жизнь неповторимей и незабываемей, умы светлее и сердца - со-чувственней.

Наше кино