26.09.2017 15:17
Рубрика: "Родина"

"Хочу выплеснуть глухую боль незнания..."

Читатель поделился с редакцией детским дневником и фотографиями отца - сына харбинского эмигранта
Добрый день, уважаемая редакция! Я живу в Рязани, но очень тоскую по своей "малой родине", Пермскому краю, поэтому для меня как бальзам на душу репортаж о Чердыни в апрельском номере. А после того как прочел материалы о русском Харбине и поэте Арсении Несмелове, понял: сейчас или никогда - и сел за письмо к вам.

Я хочу поделиться с вами всем тем, что связано с темой русской эмиграции в жизни нашей семьи, выплеснуть эту глухую боль незнания и всегдашней полуправды.

Мой дед, Варачёв Михаил Николаевич, принадлежал к первой волне русской эмиграции и служил казачьим есаулом (кажется - так) в Шанхайском Русском полку. Там и родился мой отец - Николай Михайлович. После опубликования Указа Президиума Верховного Совета от 14 июля 1946 года "О восстановлении в советском гражданстве бывших подданных Российской империи" вся семья в 1947 году вернулась на Родину.

В советское время было не принято вспоминать о "заграничном" прошлом родных, поэтому я до сих пор располагаю очень скудной информацией о том, как они там жили. Зато от отца осталось много фотографий - я их с некоторой гордостью называю "мой белогвардейский архив". Еще со слов моей мамы, знаю, что дед, уже проживая со своей семьей в Харбине, служил главным бухгалтером в харбинском филиале известного в то время в России и за ее пределами пушного дома "Чурин и сыновья". Он скопил денег и построил для своей семьи большой двухэтажный дом.

И вот однажды произошел такой случай: к моему деду обратился один из его знакомых, которого тот, вероятно, хорошо знал, и попросил срочно одолжить крупную сумму денег, знакомый заявил, что попал в безвыходное положение. Дед по доброте душевной отдал ему все, что было на тот момент в кассе. Через несколько дней нагрянула ревизия, и деда обвинили в огромной недостаче. Ему сказали: либо сядешь за растрату казенных денег в долговую яму, либо можешь продать свой дом, его стоимость покроет эту сумму. Дед, естественно, предпочел продать дом. Так они в одночасье стали совершенно нищими. Но подрастал Николай, ему надо было дать хорошее образование. Тогда моя бабушка, которая прекрасно готовила, пошла кухаркой к директору французского лицея Ecole Remi, и администрация лицея взяла Николая на полный пансион.

Еще сохранилась особенно дорогая для меня маленькая записная книжка, что-то вроде мини-альбома, в который 14-16-летние ученики колледжа французских иезуитов (спасибо правительству Франции за заботу о русских эмигрантах!) вписывали шуточные пожелания друг другу, рисовали пером, вклеивали свои фотографии. Книжица очень хорошо сохранилась, легко прочесть имена, разглядеть лица...

Прошу редакцию опубликовать несколько снимков, может статься, живы внуки или правнуки этих людей? Может быть, им захочется поделиться воспоминаниями? Может быть, таким образом, я больше узнаю о своем отце Николае Варачёве...

Михаил Варачёв, Рязань

Материалы загружаются
Пустая выдача