27.06.2023 21:15
Общество

Социолог Эдуард Понарин рассказал о том, что сегодня придает людям уверенности

Текст:  Валерий Выжутович
Российская газета - Неделя - Федеральный выпуск: №140 (9085)
После некоторого роста потребительских настроений россияне снова начали экономить. Согласно исследованию, проведенному компанией NielsenIQ, по сравнению с 2022 годом больше половины населения страны снизили расходы на питание и развлечения. Но желание одновременно и тратить, и сберегать осталось неизменным. Большинство респондентов оценивают текущее время как хорошее и для совершения крупных покупок, и для сбережений. В какой мере материальные показатели влияют сегодня на общественное самочувствие и является ли это влияние преобладающим? Обсудим тему с заведующим Лабораторией сравнительных социальных исследований НИУ ВШЭ Эдуардом Понариным.
Люди среднего класса стали меньше ездить в Европу, теперь они тратят деньги дома. / iStock
Читать на сайте RG.RU

Когда люди боятся, что деньги потеряют стоимость, они их тратят быстрее

По данным Росстата, за первый квартал текущего года индекс потребительской уверенности (это величина, которая показывает отношение населения к тратами и позволяет судить о готовности людей приобретать на свои деньги товары и услуги) поднялся на 5 процентных пунктов. Граждане склонны больше потреблять, чем накапливать сбережения. При этом материальное положение большинства практически не изменилось. Почему же улучшилось потребительское самочувствие?

Эдуард Понарин: Отчасти это может быть связано с тем, что представители среднего класса стали меньше ездить в Европу, где они тратили довольно много денег в отпуске. Кто-то теперь ездит в другие места, а кто-то тратит сэкономленные деньги дома. Другой возможный фактор - опасение инфляции. Когда люди боятся, что деньги потеряют стоимость, они их тратят быстрее, чтобы успеть купить что-нибудь "по старым ценам".

Тренд нынешнего года - снижение безработицы. Она достигла исторического минимума - 3,5 процента - на фоне возросшего спроса на труд. Сейчас легко найти работу и пожилым, и молодым людям. Кроме того, по офицальной статистике, в стране несколько выросли реальные зарплаты и пенсии, появились новые и были проиндексированы уже существующие выплаты. Как это отражается на общественном самочувствии? Что по этому поводу говорят опросы?

Яков Миркин: Запасенное в детстве счастье помогает пережить лихолетье

Эдуард Понарин: По недавнему опросу ФОМ, примерно 21 процент россиян говорит, что жизнь стала лучше, а 32 процента - что хуже. В качестве причин изменения чаще всего называют как раз материальные факторы. Выплаты, о которых вы говорите, помогают, как я полагаю, стабилизировать положение прежде всего незащищенных слоев населения, которые довольно многочисленны. Без этих выплат ситуация была бы хуже.

У младших поколений материальные запросы выше

Вопреки опасениям, санкции и уход из России иностранных компаний не создали дефицит потребительских товаров. Их выбор сузился, но дефицита, кроме автомобилей, нет. Насколько существенно это влияет на общее социальное самочувствие россиян?

Эдуард Понарин: Это, в самом деле, существенный фактор. Россия - страна по преимуществу с материалистической ориентацией, причем для старшего поколения, которое помнит рассказы своих дедушек о войне и собственный трудный опыт 1990-х годов, важнейшим фактором является просто наличие еды. Поскольку сейчас много разнообразной еды по доступным ценам, эта потребность полностью удовлетворяется, в связи с чем пенсионеры иногда чувствуют себя более уверенно, чем младшие поколения. У младших поколений материальные запросы выше, но в целом и они тоже в основном удовлетворяются.

Согласно опросам, проведенным экспертами Аналитического центра НАФИ совместно со Страховым Домом ВСК, особенно сильно люди боятся заболеть какой-нибудь тяжелой болезнью (27 процентов), а также потерять свои доходы (27) и увеличить расходы из-за вызванного инфляцией роста цен (29). Ничего не боятся только 8 процентов опрошенных. Насколько типична эта картина? Так было и до весны 2022 года или что-то изменилось?

Эдуард Понарин: С одной стороны, наша страна живет в условиях санкций с 2014 года, а еще с 2008 года - в условиях экономической стагнации. Резкое снижение покупательной способности рубля и, соответственно, скачок цен в постсоветское время случались не раз. Поэтому опасения, связанные с падением реальных доходов и ростом расходов, не являются кардинально новым явлением. С другой стороны, последнее такое событие произошло всего год назад, поэтому этот страх более актуален сейчас, чем, например, два года назад.

Относительно новое явление - страх заболеть тяжелой болезнью, это появилось после пандемии COVID-19

Что же касается страха заболеть тяжелой болезнью, то это относительно новое явление, появившееся с наступлением пандемии COVID-19. В СМИ циркулируют мнения из разных источников о том, что человечество ожидают новые вспышки тяжелых инфекций. Поэтому этот страх остается актуальным, несмотря на то, что коронавирусная инфекция ушла из списка горячих новостей. Но несмотря на эти страхи, в целом настроение российского населения остается достаточно оптимистичным. Людей, считающих, что их личное положение и положение страны в краткосрочной перспективе будет улучшаться или останется таким же, гораздо больше, чем тех, кто считает, что ситуация ухудшится. А если говорить о среднесрочной перспективе, оптимистическое большинство еще более значительно.

Есть немало людей, которые любят обсуждать эзотерику

По данным "Национального индекса тревожностей россиян КРОС", в первом квартале 2023 года наибольшую обеспокоенность россиян вызывало наступление нейросетей, неконтролируемое развитие и отсутствие модерации создаваемого искусственным интеллектом контента. Как трактовать эту боязнь? Не замещаются ли ею какие-то иные страхи?

Эдуард Понарин: Это реальная проблема, о которой говорят многие серьезные люди. Развитие искусственного интеллекта идет настолько быстрыми темпами, что будущее, о котором я читал подростком в фантастических рассказах, кажется уже совсем близким. Распространение искусственного интеллекта само по себе чревато потерей рабочих мест там, где людей можно заместить машинами. Еще большую тревогу вызывают перспективы использования искусственного интеллекта в военных целях. В условиях принципиальной борьбы не на жизнь, а на смерть стороны противостояния будут в большей степени озабочены тем, чтобы опередить соперника в использовании систем искусственного интеллекта и в меньшей степени тем, как продумать контроль над ними.

Социолог Павел Разов: Платформенная занятость дает человеку возможность самому распоряжаться рабочим временем

В то же время пресса любит любые горячие темы, поэтому и эта тема усиленно раскручивается, что усиливает тревогу в массе. Что же касается возможности замещения других страхов этой тревогой, то можно сказать следующее. Есть немало людей, которые любят обсуждать эзотерику: Шамбалу, инопланетян, масонов, рептилоидов и т. п. Проблемы искусственного интеллекта отлично укладываются в этот ряд. Очень часто склонность к такого рода обсуждениям связана с низким уровнем доверия, как доверия людям вообще, так и власти, медицине и другим социальным институтам. Люди, которые никому и ничему не верят, страдают от этого и стремятся найти истину, данную им в откровении.

Страхи сейчас несколько поутихли

По результатам многих опросов, 2022 год оказался для россиян не экстраординарным. Больше половины сказали, что для них лично он был удачным, но трудным для страны, хотя не труднее, чем ковидный год. Есть ощущение, что события на Украине обычного человека непосредственно не затрагивают. Эта так? Насколько, судя по опросам, россияне вовлечены в события на Украине?

Эдуард Понарин: Эти события самым непосредственным образом затрагивают жителей граничащих с Украиной областей, а также тех граждан по всей России, чьи родственники воюют или просто живут на Украине по обе стороны фронта. Кроме того, в средствах массовой информации события на Украине по-прежнему занимают видное место и при этом, как правило, подаются в контексте противостояния России коллективному Западу. События на Украине видятся лишь частью этого противостояния. В этот эмоциональный контекст вовлечено большинство населения страны, при этом большинство от этого большинства поддерживает власть. Другое дело, что связанные с этими событиями страхи сейчас несколько поутихли. Они поднялись осенью прошлого года на фоне объявленной частичной мобилизации. Довольно долго эти страхи оставались на высоком уровне, подпитываясь слухами о новой волне мобилизации, но к настоящему моменту все опросные данные свидетельствуют о том, что в этом плане настроения успокоились. Впрочем, если будут поступать новые неприятные известия, то настроения могут вновь обостриться, что вполне естественно - так уж устроены люди.

Тревога перестает быть преобладающей эмоцией россиян, следует из последнего опроса ФОМ: впервые в 2023 году количество тех, кто чувствует себя спокойно, превысило количество испытывающих тревогу. И это несмотря на то, что спецоперация на Украине по-прежнему остается в фокусе общего внимания. Чем объясняется невысокий уровень тревоги?

Эдуард Понарин: Я уже обратил ваше внимание в начале нашей беседы на то, что по всем опросным данным к концу весны 2023 года тревожные настроения поутихли. Я связываю это со стабилизацией на фронте СВО, а также с тем, что экономическая ситуация после начального шока в марте-апреле 2022 года тоже улучшилась и остается стабильной.

Валерий Выжутович - о том, как соцконтракт стал эффективным инструментом в борьбе с бедностью

Может, дело еще и в том, что тревога и страх - это энергозатратные состояния, долго в них пребывать невозможно? Поэтому люди находят способы адаптации и склоняются к поведению, которое позволяет снижать общий уровень тревоги?

Эдуард Понарин: Такой механизм, действительно, существует. Люди в трудных обстоятельствах способны спустя некоторое время переключать свое внимание на общение с друзьями и близкими людьми, на созерцание природы и т. д. Однако, если судить по исследованиям счастья, объективная ситуация все-таки прямым образом влияет на эмоциональное состояние людей. Не случайно Афганистан, где более 40 лет шла война, много лет занимал последние строки в рейтингах счастья; к по-настоящему тяжелым обстоятельствам полностью адаптироваться невозможно.

Половина считает, что жизнь останется примерно такой же, а половина - что изменится к лучшему

Сколь трудно или легко российские граждане адаптируются к геополитическим изменениям?

Эдуард Понарин: Для большинства людей геополитика не является жизненно важной темой, они чувствуют ее, только если она прямым образом влияет на их жизнь: если ухудшается экономическая ситуация, если родственники или друзья ушли на фронт, если трудно поехать в отпуск в привычное место и т. д. Я вижу два механизма, с помощью которых россияне адаптируются к новым обстоятельствам. Во-первых, у значительной части российского общества уже довольно давно растет гордость за принадлежность к нашей стране, и это может компенсировать потери, сохраняя и даже увеличивая удовлетворенность своей жизнью. В своих работах я показал, что такая компенсация особенно характерна для менее обеспеченных групп населения. Во-вторых, как было сказано выше, многие россияне переключаются на различные виды деятельности, которые способствуют хорошему самочувствию: больше общаются с друзьями и близкими, занимаются спортом и т. д.

Как россияне представляют себе свое ближайшее будущее?

Эдуард Понарин: Если говорить о перспективе полугода-год, то россияне делятся примерно пополам: половина считает, что жизнь останется примерно такой же, а половина - что изменится к лучшему. И лишь относительно небольшой процент считает, что жизнь ухудшится. Если же говорить о перспективе трех-пяти лет, то уже относительное большинство (почти половина) считает, что жизнь станет лучше; считает, что не изменится - примерно четверть, и лишь каждый десятый считает, что ухудшится. То есть оптимизма больше на среднесрочную перспективу, чем на ближайшую.

Визитная карточка

Эдуард Понарин - социолог, заведующий Лабораторией сравнительных социальных исследований НИУ ВШЭ. Родился в 1964 году в Ленинграде. Окончил факультет психологии Ленинградского государственного университета. С 2009 года работает в Высшей школе экономики. Возглавляемая им лаборатория представляет Россию в международных проектах. В качестве ведущего научного сотрудника Лабораторией сравнительных социальных исследований осуществляет научное руководство коллективными научными проектами по отдельным проблемам науки, возглавляет группы занятых ими работников. Осуществляет подготовку научных кадров и участвует в повышении их квалификации. Участвует в регулярных научных семинарах, конференциях и летних школах, организуемых Лабораторией.

Социология