- С учетом последних реалий, когда беспилотники висят в воздухе над полем боя, упор делается на тактику просачивания малых штурмовых групп. После сосредоточения, под прикрытием артиллерии и БПЛА, они неожиданным ударом овладевают населенным пунктом или укрепрайоном, - говорит офицер. - В качестве примера могу рассказать об освобождении одного из населенных пунктов в Донецкой Народной Республике.
Это был совсем крохотный поселок - всего две улицы и шесть переулков. Несмотря на размеры, он имел очень важное значение - это был плацдарм для продвижения на Север вдоль канала Северский Донец - Донбасс. Поэтому противник основательно укрепился, используя рельеф местности и частные дома. Проще говоря, украинские формирования оборудовали укрытия под бетонными плитами и в подвалах. Обнаружить такие блиндажи и доты непросто: видишь маленький лаз, а внутри оказывается большое помещение.
Главной задачей было обойти позиции противника по каналу и блокировать ему пути подвоза снаряжения, питания, боеприпасов и эвакуации.
Как и планировалось, сначала совершили маневр на север. При этом наши операторы БПЛА в любую погоду вели разведку, и мы минометным огнем пресекали попытки противника усилить гарнизон в поселке. Дороги - и по суше, и по воде - для врага оказались перекрыты.
Тогда противник попытался снабдить свой гарнизон при помощи гексакоптеров типа "Баба-яга". Сначала позволили им летать, чтобы вскрыть узлы обороны: БПЛА сбрасывает груз, а мы отмечаем, в каких именно домах и подвалах укрывается противник. После этого устроили полную блокаду и уничтожали все, что пыталось по земле, воде и воздуху проникнуть в поселок.
В итоге в последние дни перед штурмом личный состав противника сидел без пищи и воды. К примеру, когда конвоировали одного пленного с нижней улицы, он сказал, что не ел девять дней. Мы его начали кормить, а он есть не может. Первую ложку с трудом проглотил - настолько был изможден.
Как уже говорил, при штурме тактику изменили. Сначала для разведки поднимали БПЛА. Затем налегке выдвигалась "двойка". Ее задача - еще раз вскрыть первую линию обороны. В прямой контакт разведчики не вступали и сразу отходили, а в бой входили средства огневой поддержки. На двух штурмовиков работали 14 стволов артиллерии калибром от 122‑мм до 152‑мм, больше 12 операторов разведывательных БПЛА и свыше 20 расчетов ударных FPV‑дронов. В итоге наша пехота заходила уже в оставленный опорный пункт. Потери были снижены до минимума.
Взяли северную улицу. Противник попытался остановить нас артиллерийским огнем и сбросами с БПЛА, но на помощь пришла непогода. Густой туман позволил скрытно занять нижнюю улицу. Вошли в пустые подвалы, а потом начали зачистку.
Помогал радиоперехват. Мы слышали их переговоры и с помощью дронов обнаружили все "блины", то есть блиндажи. Наши "двойки" вплотную приближались к укрытиям. Если противник не сдавался, то забрасывали входы минами и гранатами.
Большинство бойцов противника все же выбрали жизнь и подняли руки. На северной улице - человек 16-20. На южной (нижней) - около шести. В остальных точках - не больше двух‑трех человек. Среди пленных были и насильно мобилизованные, и психологически надломленные люди в возрасте, но встречались и физически развитые мужчины 35-40 лет, в основном с Западной Украины.
Большинство пленных охотно отвечали на все вопросы. Они рассказали, как, оставшись без поддержки, боеприпасов и питания, и их боевой дух упал до нуля. В рядах ВСУ их удерживала только жестокая система наказаний от командиров и... страх. Некоторые боялись за родных на Украине, которым могут отомстить оставшиеся в тылу националисты. Другим - идеологически промыли мозги в СБУ, и они считали, что их будут пытать в плену, но теперь убедились в обратном.
Выделить кого‑то одного, кто проявил себя в штурме, - неуважение к остальным. Это боевая работа всего коллектива. После боя стараемся штурмовиков выводить на отдых, чтобы они могли восстановиться и обучить новое пополнение, но долго держать людей в тылу нельзя - теряются навыки. Освобождение каждого населенного пункта - это повод активнее наступать дальше. Нужно развивать успех: продвигаться на север и освобождать наши города и села. Мы обязательно победим, потому что наше дело правое.