Сюжет своей знаменитой "Богемы" Пуччини позаимствовал со страниц популярного в конце XIX века, сложного романа Анри Мюрже "Сцены из жизни богемы" (на либретто Луиджи Иллика и Джузеппе Джакоза). И хотя мировая премьера оперы была далека от предполагаемого автором успеха, уже спустя пару лет лирическая история любви и веселья нищих художников, поэтов и их подружек, что заканчивается трагической смертью молодой красивой куртизанки, прославила композитора. И после он никогда не жалел о том, что эта опера стоила ему дружбы. Дело в том, что его приятель и коллега Леонкавалло начал сочинять оперу на этот же сюжет несколько раньше, о чём он и сообщил Пуччини. Тогда в одном из миланских кафе между творцами произошла ужасная ссора. Дружба их умерла навсегда. Об опере Леонкавалло никто не помнит, а опус Пуччини стал шлягером.
Работа над спектаклем в Улан-Удэ обошлась без громких конфликтов, хотя жизнь и здесь внесла свои коррективы: уже фактически на финишной прямой произошла замена режиссера.
Но господин Гевондов максимально достойно решил поставленную перед ним задачу. В самом лучшем смысле консервативная постановка решена практически в классических декорациях и костюмах (сценография Алексея Амбаева, костюмы Татьяны Тышкеновой), таких же скромных, как жизнь главных героев оперы.
Сценический антураж особенно контрастирует с имперскими интерьерами театра - яркого образца сталинской архитектуры, который публика имеет возможность рассмотреть, например, в антракте: главная точка притяжения в фойе - горельеф "Дружба народов", что эклектично соседствует с мраморными колоннами; витражами, барельефами и балясинами перил в буддийском стиле, а плафон зрительного зала украшает композиция "Торжество социалистического строя"...
Время действия в спектакле заретушировано. Ведь люди богемы - творцы, которые живут вне календарной системы координат, создавая собственное пространство. Однако атмосфера манящего Парижа и бесшабашный дух Латинского квартала переданы и с юмором, и любовью. Особое умиление, как всегда, бывает, вызывает появление детей, мерцающих свечей и роскошное, будто выставочное, "большой японской собаки" породы американская акита по кличке Егерь. Как это животное оказалось в парижских трущобах, остается только гадать, но смотрится очень эффектно.
Богемная шестерка (Мими - Батчимэг Самбуу, Рудольф - Жамсо Бамбагаев, Марсель - Надмит Надмитов, Мюзетта - Дина Санданова, Шонар - Галсан Ванданов, Коллен - Эдуард Жагбаев) молода, обаятельна и готова любить этот мир без оглядки на жизненные трудности. Солисты театра - певцы, пока не именитые, но талантливые, с красивыми голосами, которым еще предстоит обрести отточенность вокальной техники и верность фразировки.
Конечно, романтические соло и дуэты влюбленных Мими и Рудольфа, как дерзкий вальс Мюзетты, давно ставшие и концертными хитами, срывают аплодисменты. Но самым пронзительным моментом спектакля становится третий акт, сцена трагического объяснения Мими и Марселя, когда девушка признается, что смертельно больна, но хочет скрыть это от своего Рудольфа... Всё это время немигающим красным светом горит светофор: стоп - ни надежды, ни веры уже не осталось.
Жаль, что тишину между действиями "перебивают" банальные подтекстовки на занавесе из романа Мюрже. При этом оркестр звучит с достаточной долей страсти, вдохновения и готовности поддержать певцов.
А финал, что редкость, обходится без слащавой слезливости и дарит редкое ощущение соприкосновения с "подлинным" Пуччини, полным настоящего "веризма".
Кстати
Директор театра Дмитрий Дылыков рассказал, что уже на сентябрь запланирована еще одна премьера итальянской оперы, что считается, согласно статистике, самой популярной в мире. Речь о "Травиате" Джузеппе Верди, её постановку представит также приглашенный режиссер Георгий Исаакян. Очевидно, молодая руководящая команда театра уверенно ведет коллектив к успеху и неизменным аншлагам.