Труды Залесского всегда отличает широта охвата проблем, глубина их изучения, энциклопедическая документальность. Ему всегда интересны первопричины. Вот и в книге "Барбаросса" вне стенограмм" об операции по захвату фашистами нашей страны ответ на вопрос "как" автор использует в ответе на вопрос "почему", а потом ставит главный - "зачем".
Зачем фашистская Германия пошла войной на нашу страну? Какие глубинные мотивы и идеологические установки стояли за решениями нацистского руководства?
Автора не устраивает объяснение "потому что законченные садисты", поскольку отдельные психопаты и маньяки не могут развернуть столь масштабные убийства. Также исследователю не совсем по душе определение цели нацистов как "истребление миллионов советских людей и превращение всего остального населения СССР в рабов немецких капиталистов, помещиков и кулаков". Залесский исследует проблему, отчего это произошло, и к размышлению о плане OST (секретному плану порабощения, колонизации и этнических чисток стран Восточной Европы и Советского Союза) идет от попыток увидеть Россию через призму "немецких традиционных ценностей". Проходя теорию расового превосходства и описывая разработки правовых, экономических и территориальных основ будущего немецкого строительства на Востоке.
Не минуя, конечно, этап подготовки и осуществления фашистами операции "Барбаросса". На этой главе мы сегодня и остановимся.
Залесский К.А. ""Барбаросса" вне стенограмм"
М.: Молодая гвардия, 2026.
"Дортмунд" или "Альтона"
Солдаты, наступил момент начала сражения, которое по территории и величине сил, втянутых в него, является самым большим в истории человечества.
Адольф Гитлер,
21 июня 1941 г.
30 марта 1941 года в Новой Имперской канцелярии в Берлине в 11:00 состоялось большое совещание фюрера с высшим комсоставом вермахта, посвященной будущей операции "Барбаросса". На него были приглашены более 200 представителей вермахта - командиры и начальники штабов соединений, которым предстояло принять участие в будущей кампании. Выступление Гитлера, продлившееся два с половиной часа, носило программный характер. Его записи не сохранилось, однако краткие конспекты дошли до наших дней. Одна часть речи - все же это было выступление перед военными специалистами - касалась части военных вопросов и вопросов военной политики: Роль и возможности России: Обоснование необходимости [военного] разрешения русской проблемы. Только при условии окончательного и полного решения всех сухопутных проблем мы сможем выполнить стоящие перед нами задачи (в отношении техники и личного состава) в воздухе и на море в течение ближайших двух лет.
Наши задачи в отношении России - разгромить ее вооруженные силы, уничтожить государство. […]
Русские не выдержат массированного удара танков и авиации. […]Вопрос об отходе русских войск: Отвод маловероятен, так как иначе теряется связь с Прибалтикой и Украиной. Если русские намереваются отойти, то они сделают это заблаговременно, иначе уже не смогут привести себя в порядок.
После разрешения задач на Востоке будет достаточно оставить там 50-60 дивизий.
Это лишь небольшой отрывок… Гитлер теперь уже не нескольким доверенным лицам из высшего руководства вермахта, а довольно большому количеству ответственных генералов и полковников объяснил, для чего будет и какими методами будет вестись будущая кампания. Это выступление не было ни первым, ни последним, но после него ни у кого из присутствовавших не могло оставаться каких-либо сомнений о характере будущей войны [курсив в тексте мой. - К. З.]:
Уничтожающий приговор большевизму не означает социального преступления. Огромная опасность коммунизма для будущего. Мы должны исходить из принципа солдатского товарищества. Коммунист никогда не был и никогда не станет нашим товарищем. Речь идет о борьбе на уничтожение. Если мы не будем так смотреть, то, хотя мы и разобьем врага, через 30 лет снова возникнет коммунистическая опасность. Мы ведем войну не для того, чтобы законсервировать своего противника.
Будущая картина политической карты России: Северная Россия отойдет к Финляндии; протектораты в Прибалтике, на Украине, в Белоруссии. […]
Эта война будет резко отличаться от войны на Западе. На Востоке сама жестокость - благо для будущего. Командиры должны пожертвовать многим, чтобы преодолеть свои колебания.
Подобная "идеологическая накачка" (за которой на самом деле стояло не просто сотрясание воздуха, а вполне конкретные рекомендации, которые приобрели форму приказов и директив) была обусловлена тем, что первоначально начало вторжения было намечено на 15 мая 1941 года - следовательно, оставалось всего два месяца. Однако произошедшие за три дня до совещания внешнеполитические события на Балканах внесли в планы вермахта свои коррективы. 6 апреля начались "Операции "Марита"" (против Греции) и "Операция 25" (против Югославии). На следующий день фон Браухич подписал Директиву ОКХ № 644/41, где, среди прочего, начало операции "Барбаросса" переносилось на 4-6 недель.
В целом Гитлер подтвердил оговоренную ранее дату: "Ориентировочно с 23.5". В принципе, к этому моменту все уже было решено, оставалась лишь активная работа командных структур по подготовке непосредственно военных действий.
Подтверждением этого может служить дневник Гальдера: совещания и обсуждение вопросов, связанных с "Барбароссой", идут практически ежедневно, они очень интересны с чисто военной точки зрения, однако какого-либо принципиального значения не имеют, в связи с чем нет смысла на них подробно здесь останавливаться. Закономерным следствием этой работы стало подписанное Гальдером 10 июня секретное распоряжение главнокомандующего сухопутными войсками о назначении срока нападения на СССР. Оно имело следующее содержание:
На основе предложения, представленного Верховным командованием сухопутных войск, Верховное командование вермахта установило следующие сроки подготовки к военным действиям:
1. Днем "D" операции "Барбаросса" предлагается считать 22 июня.
2. В случае переноса этого срока соответствующее решение
будет принято не позднее 18 июня. Данные о направлении главного удара будут в этом случае по-прежнему оставаться в тайне.
3. В 13.00 21 июня в войска будет передан один из двух следующих сигналов:
a) сигнал "Дортмунд" (Dortmund). Он означает, что наступление, как и запланировано, начнется 22 июня и что можно приступать к открытому выполнению приказов;
b) сигнал "Альтона" (Altona). Он означает, что наступление переносится на более поздний срок. В этом случае уже придется пойти на полное раскрытие целей сосредоточения немецких войск, так как последние будут уже находиться в полной боевой готовности.
4. 22 июня, 3:30: начало наступления сухопутных войск и перелет авиации через границу. Если метеорологические условия задержат вылет авиации, то сухопутные войска начнут наступление самостоятельно.
Счет уже шел на дни. В связи с чем возникла насущная необходимость еще раз обозначить перед военным командованием цели, которые национал-социалистическое государство ставило перед вермахтом. Дать им еще раз понять, что они лишь орудие в руках режима и их цель не просто разгром противника на поле сражения, а достижение поставленных целей, в т.ч. и политических, основанных на господствующей - и единственной в Германии - идеологии национал-социализма.
Полная версия на портале ГодЛитературы.РФ